<<
>>

Подобно шуму глубокого моря внутри раковины: Война Поля де Мана

Лесть и расширяющаяся пульсация интеллектуального влияния де Мана непрерывные в течение четырех лет после его смерти, неожиданно натолкнулись на катастрофические открытия, - уважаемый профессор позабыл упомянуть живя в Америке, что в своей родной Бельгии в годы Второй мировой войны, он писал для газеты под нацистском надзором. Таймс нарушили молчание 1 декабря, 1987. На странице оглавления второго раздела была фотография де Мана и заголовок: «Yale Scholar’s Articles Found in Nazi Paper» (Статьи Йельского Ученого обнаружены в газете Нацистов).

Деррида узнал о военной журналистике де Мана из телефонного звонка в августе 1987 г. от Сэмюэла Вебера, который и сообщил, что ревностный поклонник де Мана докторант католического Лувенского университета де Граеф обнаружил неизвестные статьи написанные на Французском языке для Soir vole и на фламандском языке для Het Vlaamsche Land в 1940-42 гг. Де Граеф выбрал 25 статей, которые перевели и стали анализировать. Граеф пытался не повредить репутации де Мана, но только усугубил проблему.[338] Он подсчитал, что де Ман издал всего не менее 170 статей в Soir vole. Десять других зарисовок де Маном направлены в Het Vlaamsche land.. Лингвистически одаренный и рано развившийся молодой человек обращался к обеим из главным этническим группам: говорящих на Голландском фламандцев (приблизительно половина населения) и говорящих на Французском валлонов (почти тридцать пять процентов). Он знал, что писал для широкой национальной аудитории, как и то, что статьи должны проходить проверку оккупационных властей.

Ж.-М.Аростолидис из Стенфордского ун-та считал, что эссе Деррида о войне де Мана – аргументы его реабилитации. Главное – как читать и как интерпретировать, ибо были и другие тексты об этом, а не только Дерриды. Как пишет Давид Леман,[339] это были политико-философские проблемы: судьбы Европы, сущности будущего наций, мира и демократии, войны, науки и техники и особенно политическое значение и значение литературы. Отмечается необыкновенная сосредоточенность в этом возрасте и исключительный смысл исторических, философских и политических обязательств. Хотя есть искушение и поспешность в 22 года войти в литературу. Автор пытается через хитрость политико-идеологической риторики найти идеологическую непоследовательность схем, логики и запаса аргументов, западных этических принципов. Слово нацизм кроме 1-2 раз и не применяется.

Литература от Джойс до Кафки, от Гида до Хемингуэя, которую он привлекает, – независимая область, имеющая жизнь, законы, и обязательства, принадлежащие только ей, и не зависящие от философского и этического перемещения. Известно, что истина и добро не сливаются. Работает литературная критика или политическая критика, присоединенная к философии широкого гуманизма или еще лучше к моральной ответственности, связанной со сверхъестественной верностью человеку. П. Де Ман объединяет справедливость любой морали и политического процесса от имени «гуманизма», но старается быть независимым от этики и политики. Это не нейтральный, а наступательный и храбрый жест как сопротивление ортодоксальному морализированию, считает Деррида и выступает против поспешных осуждений американских журналистов

Выяснилось что, предметы его анализа серьезные и сложные. В работах де Мана распознавались наряду с чертами юности черты высокопрофессиональной (даже международной) литературной культуры (французская, фламандская, немецкая и англо-американская) открытые серьезным политико-философским проблемам, драматическим и неотложным: судьба Европы, сущность и будущее наций, личности и демократии, войны, науки и техники.

Он писал о философии, социологии, политике, музыке и особенно о значении литературы. Деррида говорит о противоречивом впечатлении, двойной грани и двойной связки, сингулярном артефакте лезвия и узла при анализе его работ. Интеллектуальная зрелость и развитие, которые были необыкновенны в том возрасте, придают исключительный смысл историческим, философским, политическим обязательствам, которые формируются в этих текстах. С ними соседствует экстраординарная преждевременность и некоторая поспешность. Без сомнения, мечты Поля о литературе своей реализацией были обязаны его дяде-марксисту Генри, а его проблемы той сомнительной игре в этой истории структуры всех политико-философских дискурсов. Деррида возмутила передовая статья выпуска Les Cahiers, которая в 1940 г. решительно выбирает демократию, и требует борьбы против варварства. Она настойчиво рекомендует Западу и Западной цивилизации тему ее «упадка» (не только в «теоретических», но практических, этических, политических терминах). Известно что, этот вид разговора может вести к восстановлению авторитарного, даже тоталитарного порядка. Деррида обеспокоен и осторожно регистрируемым подозрением на предмет идеи «освобождения личности». Это был способ еще раз проблематизировать «банальность». Стратегия этой краткой передовой статьи серьезно ироническая. Франция представляется символом Западной культуры. Нельзя было говорить, без опасного упрощения вопроса, что представленная война является борьбой Запада против варварства.

Имеется некоторая «логика» как следствие политического, скорее, любого дискурса. Он говорит о бесконечной и неограниченной войне, которая полностью не может никогда быть усвоена, ни овеществлена. Она состоит, фактически, из многих фронтов и границ. И ее парадоксальные воздействия производятся непрерывным прохождением этих фронтов или границ. Ибо сама возможность прохождения апортеична сама по себе. Поднимаются вопросы будущего Европы и Европейского единства вокруг Германии, так как немецкая победа кажется необратимой. Даже если форма его дискурса более описательная чем предписывающий, он определяет, например, что могло бы «интересовать» «посетителей» в случае выставки по «история Германии». Вопрос наций доминирует над всеми текстами. Говорит как бельгиец, иногда как фламандец. Даже есть некоторое привилегии национальному немецкому в ущерб побежденной Франции. Сравнивает немецкую и французскую культуры, в их литературных проявлениях, власти мира литературы или символа. Защищает национальные языки. Это осознание национальных корней и идиоматизаций знака, литературной работы. Это специфическая моральная и политическая ответственность писателя (как и у Хемингуэя). Есть предупреждение против узкого национализма и ревнивого регионализма. Но говорит и о памяти, когда Германия поддерживала фламандцев. Пытается говорить о исторической эволюции Германии и судьбе немецкой нации, о понимании ее роли в судьбе Европы, германском гении, дуализме Германии и гитлеризма. Его анализ направлен к тому, чтобы осудить немецкую «гегемонию» в Европе. И кто может упрекать его за это? - вопрошает Деррида (р.182)

Воссоздание и анализ его работы требует терпеливого, тщательного, детального и трудного исследования от А до Z, говорит Деррида. Любое заключение, которое не полагается на такое исследование, было бы несправедливым, оскорбительным, и безответственным и неприличным. Эту войну де Ман пронес в себе. Он был этой войной. Это было его испытанием, мучением. Этот человек не был бы разорван на части трагедиями, разрывами. У него, должно быть, жила эта война внутри согласно двух темпоральностей или двух историй, которые были в то же самое время разъединены и неразрывно связаны. Как он переносил или принимал все внешнее во внутренних конфликтах? Как он жил в этом непригодном для житья разногласии между мирами, хронологиями, воспоминаниями, дискурсами, языками? Мы имеем средства, чтобы свидетельствовать об этом? Кто имеет право осуждать это?

Э.Родо писал, что любовь – достоинство того, кто любит. Деррида убедительно продемонстрировал ее как Полю де Ману, так и деконструкции.

<< | >>
Источник: Колесников А.С.. Мировая философия в эпоху глобализации. 0000

Еще по теме Подобно шуму глубокого моря внутри раковины: Война Поля де Мана:

  1. Литература и философия в творчестве Поля де Мана
  2. Глава 7 Раковины в горах
  3. Реформы Ван Мана и крушение первой династии Хань
  4. 3.10. Медь Чермного моря
  5. УРОВЕНЬ МОРЯ И ЛЕДНИКОВЫЕ ПЕРИОДЫ
  6. Сведения о «народах моря» и северных стран в египетских источниках
  7. 3.5.1. Источники поля.
  8. ГЛАВА ПЯТАЯ ПРИШЕЛЬЦЫ ИЗ‑ЗА МОРЯ
  9. 5.7. Вторая мировая война. Великая Отечественная война советского народа
  10. Море внутри
  11. ЭГЕЙСКИЙ МИР B ГЛУБОКОЙ ДРЕВНОСТИ
  12. Плазмоиды, криттеры, орбы и им подобные
  13. Перенос поля действия
  14. 13.3 Теория поля К.Левина
  15. 1. Трансцендирование во-внутрь
  16. Глава 3 РАССЕЛЕНИЕ ИНДОЕВРОПЕЙСКИХ НАРОДОВ В БАССЕЙНЕ СРЕДИЗЕМНОГО МОРЯ
  17. Войти внутрь мандалы