<<
>>

Пример парадигмы терпимости

- преднамеренное решение воздержаться от запрещения, препятствия или принудительного поведения, которые каждый не одобряет, хотя и имеет власть поступать так. Основные компоненты концепции терпимости: предмет признания и допускаемый объект (или может быть индивидуум, группа, организация или учреждение); действие, вера или практика, которая является объектом терпимости; отрицательное отношение (ненависть или моральное неодобрение) со стороны толерантного к объекту терпимости; и существенная степень ограничения в действии против этого.

Философские аргументы главным образом коснулись: 1) диапазона терпимости (что должно или не должно допускаться); 2) степени ограничения, возможности и пределы, требуемые терпимостью (какие формы возражения и последовательны ли они с терпимостью); и, 3) наиболее важно, оправдание терпимости (почему должны допускаться некоторые действия). Моральный идеал терпимости может быть замечен как средний между нетерпимостью, или отказом разрешить это, которое нужно разрешить.

Как стало ясно из обсуждения этих проблем, ни прагматические, ни утилитарные, ни скептические аргументы не могут обеспечивать принцип терпимости совершенно безопасным основанием. Такой принцип должен быть подкреплен в соответствии с моральной теорией, которая обеспечивает более сильную поддержку. Недавняя моральная и политическая философия были обеспокоены, чтобы ясно сформулировать защиту терпимости в терминах принципов или оценить такие феномены как автономия, беспристрастность и уважение людей.

В поздний период в центре внимания Шелера оказывается идея становления всечеловека и Бога, что должно происходить на основе развития трех родов знания: господства, образования, спасения. По Шелеру, западная культура с двенадцатого века культивировала только знание господства, причем только одну его часть: господство над внешней природой, по преимуществу неорганической. Китай и Греция развивают образовательное знание, а Индия – знание спасения и вторую часть знания господства как господство над собственным телом и волей, господство над витальным. Таким образом, в Х1Х в., по Шелеру, должно происходить уравнивание и взаимодействие этих сторон духа, а не забота о самобытности культурных регионов, то есть не диалог культур, а их взаимодополнение, которое есть не вопрос выбора, а «неотвратимая судьба».

Толерантность в философии непосредственно выводит на пути становления интеркультурного типа философствования, когда стремление к универсальному осуществляется как интеркультурность. Философствование начинается, исходя из собственной культурной традиции, принимая ее как переход к интеркоммуникации, диалогу. Интеркультурный диалог – это новый подход философии к самой себе, реализующий «ситуационную универсальность», «плюралистическую идентичность» (Х.К.Сканноне). Ситуация «Смерти Запада» по П.Бьюкенену, характеризующаяся разрушением традиционных культурных, моральных и даже религиозных ценностей и жизненных ориентаций, только укрепляет в необходимости толерантности в мире.

Культурология, занимаясь проблемой межкультурного взаимодействия, должна пристально рассмотреть роль этнических пристрастий и предубеждений. Прикладная социология - через анализ социальных интересов, динамики их изменений - проанализировать формы и типы, уровни согласованности рассогласованности этих интересов. Большая роль принадлежит политологии, занимающейся выбором стратегии и тактики отношений между различными политическими группами людей.

Сегодня понятие «толерантность» используется в самых различных областях знания.

Так, например, в биологии и медицине под толерантностью (обратимой и необратимой) понимается способность организма синтезировать антитела в ответ на введение инородного антигена и переносить неблагоприятное влияние того или иного фактора среды. В токсикологии и фармакологии термин толерантность обозначает снижение чувствительности к токсическим и фармацевтическим препаратам. Предполагается, что толерантность существует в различных своих формах мировоззренческой, религиозной, политико-правовой, культурной, морально-этической, теологической, лингвистической, психо-эмоциональной и т.п., т.е. имеет феноменальный характер в отличие от базовых социокультурных принципов и потому требует серьезного историко-философского обоснования и критики. Исторический характер этой критики, с одной стороны существенно обогащает наши представления о толерантности, её моделях в разные исторические эпохи. С другой — он наталкивается либо на проблему потери содержательности понятия при его «широком» истолковании, либо на отказ большинству культур в теории и практике толерантности в случае «узкой» трактовки.

Стала видна недостаточность «чистого» «историко-философского» подхода к проблеме толерантности. Произошедший во второй половине двад­цатого века методологический сдвиг в области социально-гуманитарных наук продемонстрировал ущербность традиционных подходов к этой теме. Анализ концептов и направлений современной социальной теории показывает несостоятельность дальнейшей редукции социальности к жестким и статичным формам, методологического позиционирования бинарными оппозициями, трактовок общества как системы, «терпящей» отклонения своих элементов. Внутренняя динамика самих обществ подрывает работоспособность традиционных приемов «поддержания» толерантности правом «ригористического» типа, религией, моралью, «просвещенческим» образованием и т.д. Тем самым косвенно проблематизируется продуктивность концепций, постулирующих «наличие» толерантности как ценности в культуре или же как добродетели, вытекающей из универсальной «природы» человека.

Джэй Ньюмэн выдвигает гипотезу, что «имеется несколько абстрактных, базовых транскультурных ценностей» и почти все известные общества построены на основании ограниченного числа таких ценностей. Ньюмэн приводит доводы, что эти базовые транскультурные ценности «являются по существу целями и люди в различных религиозных, или политических, или этнических группах ссорятся относительно того, что предопределяет значение этих целей». «Если не имеется никаких транскультурных ценностей, тогда мы остаемся с радикальным этическим релятивизмом и бессодержательной концепцией цивилизации. Но если имеются универсальные этические термины, не важно какой степени абстрактности... тогда интеркультурный диалог по этическим вопросам возможен, и мы можем учиться от людей в других обществах относительно путей более быстрой реализации общих идей». [387]

Действительно, имеются аргументы в пользу гипотезы, что только справедливость, мир и мудрость являются транскультурными ценностями. Питер Николсон в статье «Толерантность и моральный идеал», понятие толерантности определяет: 1) наличием некоторого отклонения; 2) нетривиальностью этого отклонения: 3) наличием у субъекта толерантности силы оказать воздействие на это отклонение; 4) отказом от использова­ния этой силы; 5) характеристикой толерантности как добродетели и ценности. История современных споров по проблеме толерантности в современной цивилизации (С. Мендус, К. Нидерманн, Дж. Лорсен, Дж. Грей, Г. Маркузе и др.) говорит о необходимости укоренения концепции толерантности в национальной культуре («культурной символизации» толерантности как универсальной ценности). Становящийся на этой базе национализм нового типа представляет собой своего рода геополитический фундаментализм, когда люди держатся за привычную идентичность, чтобы справляться с новыми потрясениями, которые принесла собой глобализация.

Определение “толерантности” – очень важная часть наших рассуждений. Толерантность – не просто абстрактный философский идеал, а совершенно необходимое практическое условие выживания, основанное на инстинкте самосохранения. Толерантность может быть определена как политика терпеливой воздержанности к тому, что осуждают или ненавидят. Это признание потребности, обеспечивающей благоприятные обстоятельства для других людей, исповедующих их собственные идеи, веру, поведение. Принцип терпимости продвигает взаимопонимание и взаимооценку базовых ценностей, поддержанных различными религиями и мировоззрениями. В масштабе человеческих отношений, толерантность не включает такие определения как рецепция, открытость и взаимозависимость. Дональд Фриман раскрывает неявное сообщение терпимости: “ Мы не нуждаемся в Вас, и предпочли бы, что Вы не были рядом, но мы вынесем Вас и оставим Вас в покое, пока Вы не покинете нас”.[388]

Пределы терпимости широки и передвижные - от безразличного пренебрежения к «иному» убеждению (поведению) до его поддержки и защиты. В историческом смысле терпимость означает уступать меньшему злу, чтобы избегать большего; то есть, это всегда означает приоритет собственных ценностей и, одновременно, терпимость к тем, которые отличны от наших и часто оцениваемых как худшие.

Собственно, социальный мир и становящаяся транснациональная культура подготавливает переход к социально-философской постановке проблемы, а именно как возможна толерантность в качестве социальной формы? Как, собственно, возможна толерантность в условиях полисубъектной социальности? Поэтому вопрос о толерантности — это не вопрос о ее «сущности»; это каждый раз конкретный вопрос о ее субъектах‚ ресурсах и процессе взаимодействия, ориентиры для которого не могут быть заданы с абстрактной позиции.

Терпимость - не только политика или законодательство, но также эмоциональное состояние человека, которое формируется под влиянием социальных процессов, также как и в индивидуальном опыте. Терпимость зависит от уровня развития общества, приверженности традициям или современности. Традиционное общество характеризуется статическим характером, где информация передается по традиционным каналам и влияние религии действует так, чтобы поддержать этнические моральные ценности. В таком обществе импорт новых идей - слабый процесс. В традиционных обществах, политика и законодательство настоятельно не влияют на процесс формирующейся терпимости. Более сильно и более важно - влияние традиции семьи, исторических стереотипов и индивидуального опыта.

Таким образом, культивирование толерантности предполагает не только существование, но и прочную укорененность в обществе ряда установок, относящихся к пониманию человека, его возможностей в общении, коммуникации, достижения согласия. По крайней мере, это установка на независимость, автономность индивида, его личную ответственность за свои убеждения и поступки, недопустимость силового навязывания каких бы то ни было идей, сколь бы хорошими они ни казались.

<< | >>
Источник: Колесников А.С.. Мировая философия в эпоху глобализации. 0000

Еще по теме Пример парадигмы терпимости:

  1. 1. Принцип терпимости
  2. Интеллектуальное согласие и вызов разнообразия: Рихани о терпимости и согласии
  3. ПРИОРИТЕТ ПАРАДИГМ
  4. ПАРАДИГМА КАК МОДЕЛЬ РЕАЛЬНОСТИ
  5. Общие суждения об эволюционной парадигме
  6. “Личность” в гуманистической парадигме
  7. “Личность” в гуманистической парадигме
  8. “Личность” в гуманистической парадигме
  9. Эволюционная парадигма
  10. ВАЖНЕЙШАЯ ПАРАДИГМА