<<
>>

Проблема Восток - Запад А.Рихани

Как молодой ливанский иммигрант, который прибыл в начале века в Соединенные Штаты, Рихани оказался подвешенным между двумя мирами. Первым был «Восток», его первоначальная родина - Ливан, Сирия и весь арабский мир, который казался ему складом многочисленных достоинств и недостатков.

Его Восток был проникновенным, духовным, наполнен сердечностью, но все же застойным, озабочен и ограничен репрессивными традициями.[427] Другой противоположностью была его новая действительность, “Запад” представленный Америкой, «Eldorado».[428] На Западе Рихани столкнулся не только с кассовыми аппаратами и духом наживы но также и соблазнительными идеями и системами знания - свободой, равенством, наукой.

Опыт бытия Рихани отражал противоречивые факты, был банальностью среди мигрантов и перемещенных лиц в каждой эпоху. Эти противоречия для него стали условиями движения к пониманию и синтезу. В то время, как большинство «культурно гибридных» индивидуумов, через процесс ситуативного обособления и адаптации, желают жить с многократным и несовершенным объединенным тождеством, Амин не мог принять фрагментацию. Он отказался жить разделенной жизнью и утверждать культурно поляризованные привычки к размышлению. Кульминацией его усилий соединения Востока и Запада была полу автобиографическая The Book of Khalid, которая была первой книгой когда-либо созданной по-английски арабом. На Западе Рихани был тогда замечен как “гражданин ни западный, ни восточный”, но как “поэт, поющий о вселенной и Сверхчеловеке.“[429]

Для А.Рихани Восток и Запад были больше, чем точками на компасе или надоедливыми категориями, используемыми апологетами европейского империализма: они были полюсами его бытия.[430] В то время как для многих европейских и североамериканских авторов Восток был действительностью, которая могла бы быть расценена со снисхождением и в более унылых моментах, праздный романтизм Рихани испытал Восток как неотъемлемую часть его собственной идентичности. Точно так же, в то время как для многих Ливанских мигрантов Запад был, прежде всего, землей коммерческой потребности или возможности, он, также, был местом, к которому Рихани чувствовал глубокое и подлинное обязательство. Несмотря на трактовки, эти термины были функциональны для Рихани и он использовал их, чтобы объяснить напряженные отношения и противоречия его собственного опыта и внутренней жизни .

Как молодой иконоборческий автор, живущий поочередно в Нью-Йорке и Ливане на рубеже столетия, Амин Рихани развивал сильное влечение к Западному интеллектуализму. Он продвигал мысль, которая переносила печать европейской прогрессивной традиции с акцентом на таких революционных идеалах как свобода, равенство, и братство. Но приближение к этим идеалам, о которых он мечтает, это либеральные, европоцентричные ценности, утверждающие передовую Америку и отсталую Азию. Рихани чувствовал, что необходим компромисс между свободой и равенством, что же касается братства, то он об этом умалчивает.

Его ранний универсализм был вдохновлен частично мощью науки, чтобы изменить традиционные мировоззрения и частично универсальными этическими принципами, которые он стремился прослеживать и по отношению к западным философским и восточным пророческим традициям. Высоко критичный ко всем формам нетерпимости и ограниченному провинциализму, он развивал страсть и для преобразования арабской культуры, и для вливания по капле ее с новым смыслом солидарности вне границ кредо и секты, вместе с критическим отношением к полученным догмам и предубеждениям.[431] Рихани говорит, что нельзя уповать на похожесть идей. Контекст их, как правило, на Востоке совершенно иной. Вот почему Рихани и говорит о единстве рационального и мистического (интуитивного) – «восточного» видения мира.

«Западный», рациональный аспект мысли Рихани наиболее явен в его ранних работах о политической свободе, религиозной реформе и свободе мысли [432]. В этих работах Рихани предложил мощный критический анализ традиционной культуры и границ, которые она наложила на человеческое мнение. Он нашел прецедент для его собственной перспективы в работах слепого арабского поэта Абул-'Алы, которого Рихани рассматривал как подлинно арабского защитника традиции, свободы мысли и терпимости, основанной на гуманизме и скептицизме. [433] Хотя были и новые элементы, вскоре вошедшие в область интереса Рихани, но его подтверждение гуманистического универсализма и терпимости остались постоянными. В эссе «Экстремизм и реформа» Амин принимает религию как таковую, но осуждает любую форму религиозного деноминационализма, сектантства, или землячества. Я уверен, говорит Рихани, что «терпимость, даже если Вы не извлекали выгоду из этого, является лучше, чем фанатизм, даже если Вы получали прибыль от нее[434]

Рихани подтверждал терпимость и осуждал фанатизм до конца его жизни, следуя критическому, аналитическому мышлению. Экзистенциально, однако, он нуждался в кое-чем больше, чем терпимость: утверждение, путь бытия, который не был только интеллектуальным, но также и душевным. Он нашел этот путь бытия, поворачивая свое лицо к Востоку, он стремился примирить его с тем, что узнал на Западе.

<< | >>
Источник: Колесников А.С.. Мировая философия в эпоху глобализации. 0000

Еще по теме Проблема Восток - Запад А.Рихани:

  1. Амин Ар-Рихани: точка встречи культур Востока и Запада
  2. Проблема Запад - Восток
  3. Запад — Восток: товар и деньги
  4. 2. Россия на перекрестке культур: Запад—Восток
  5. УЧЕНИЯ O БЕССМЕРТИИ B РЕЛИГИИ И ФИЛОСОФИИ ВОСТОКА И ЗАПАДА
  6. Между Востоком и Западом:
  7. Взаимопроникновение Запада и Востока – один из важнейших динамических элементов их культуры.
  8. СТРАНЫ ЮЖНЫХ МОРЕЙ. МОРСКИЕ ПУТИ МЕЖДУ ВОСТОКОМ И ЗАПАДОМ. ТОРГОВЛЯ
  9. Сходства и различия в историческом развитии Запада и Востока
  10. ЛЕКЦИЯ 1. ЗАПАД—РОССИЯ-ВОСТОК: ПЕРЕКЛИЧКА ЦИВИЛИЗАЦИЙ
  11. Диалог Запада и Востока о том, чего не было