<<
>>

4.2. Финансовое законодательство и финансовое право: взаимовлияние и особенности применения

Финансовое право справедливо увязывается с определением своего органичного источника–финансового законодательства. Но при этом остается неясным целый ряд взаимозависимостей: когда, при каких условиях “право и законодательство, как будто, совпадают”; при каких обстоятельствах “право доминирует над законодательством”; какие основание позволяют полагать, что “законодательство – это, прежде всего, форма права”[362]. Вместе с тем, какие аргументы необходимо предъявить, чтобы утверждать: “не всегда законодательство, в частности, законы могут полностью или в отдельных положениях отвечать праву, его принципам и нормам”[363].

Ответы на поставленные вопросы имеют не только общеметодологическое значение, но также позволят более четко и осознанно определиться с соотношением категорий “финансовое законодательство” – “финансовое право”. Без этого трудно надеяться на их эффективное применение в условиях рыночных реформ, которые происходят на постсоветском пространстве.

Для начала необходимо научно определиться в категориальном смысле отмеченных понятий. Термин “законодательство” является одним из базовых понятий общей теории права. В научных дискуссиях данная проблематика освещается по-разному. Известный российский ученый конца XIX в. В.А. Лебедев исходил из того, что “юридически-догматическое изучение финансовых законодательств и есть финансовое право”[364]. Не считаться с мнением столь авторитетных исследователей финансового права невозможно даже в XXI в.

Конечно, вне финансового законодательства финансовое право существовать не может в принципе. Можно утверждать, что финансовая жизнедеятельность в ее многомерном проявлении на общеэкономическом уровне, реализует себя через финансовое право, а последнее, в свою очередь, – через финансовое законодательство. Однако это не повод для их практического отождествления. С позиции научной корректности, мы поддерживаем тех исследователей, которые трактуют законодательство как систему законов. Широкий же смысл размывает истинный смысл данного понятия. Здесь, скорее всего, подходит категория “право” в контексте “правопонимания” и “правоприменения”. Общеобязательность же правовых норм и, таким образом, реальная действенность права осуществляется, в первую очередь и главным образом, через законы. И ради этого, в конечном итоге затевается законотворчество и осуществляется законодательство. Иначе говоря, законодательство в реальности диалектически соотносится с содержанием права. Но все же право доминирует над законодательством, поскольку имеет значительно больше проявлений в обществе – правоотношениях, правосознании, правоприменении, правовой культуре, судопроизводстве и пр.

В предыдущем параграфе была аргументирована позиция, в соответствии с которой финансовое законодательство является важным источником финансового права. Это, в свою очередь, требует высокого качества законодательной работы. Но, к сожалению, современное состояние развития финансово-правового поля характеризуется бессистемностью и хаотичностью. Это проявляется в несбалансированности законотворческой работы, принятии новых законов без согласования с уже действующими, нарушении системных связей между законами и подзаконными актами, несоблюдении правил законодательной техники, а также в игнорировании соблюдения единой терминологии.

Пробелы, несовершенство законодательного массива, спонтанность и тенденциозность, лоббистское влияние, разнообразные противоречия, дублирование – далеко не полный перечень негативных признаков и проявлений, присущих отечественному финансовому законодательству.

Каким образом все это сказывается на финансовом праве, – риторический вопрос. Устранение указанных недостатков следует начать хотя бы с недопущения путаницы в понятийном аппарате финансово-правовой теории.

При анализе первоисточников финансового права следует различать функциональные особенности понятий “формы права” и “источники права”. Это устранит путаницу в понятийном аппарате финансово-правовой науки, создаст устойчивость юридических конструкций, а главное – наполнит финансово-правовые категории реальным содержанием. Отмеченная особенность подчеркивает важность анализа взаимодействия системы финансового законодательства и системы финансового права. Нередко (особенно это имеет место в учебных пособиях для начинающих юристов, где присутствие научных обобщений минимально) категории “финансовое законодательство” и “финансовое право” употребляются как синонимы. Безусловно, эти понятия находятся в тесной взаимосвязи, обусловливают друг друга, но это вовсе не повод для их взаимозамены, а тем паче, полного отождествления.

В свое время О.Е. Мешкова предложила трактовку законодательства в узком и широком смысле[365]. В узком – это система законов (Конституция, в первую очередь); в широком – законы и система подзаконных актов, а также международно-правовые нормы (ратифицированные парламентом страны), процессуальные (судовые) прецеденты, нормативные договора и правовые обычаи.

Законодательство (в смысле “нормотворчество”) – это широкая и многомерная совокупность нормативных актов различной юридической силы, которые находятся в соответствующей взаимосвязи. В свою очередь, право – это соответствующим образом организованная совокупность актов высшей юридической силы (законов) и подзаконных актов, а также набор правовых норм, благодаря которым осуществляется системное урегулирование общественных отношений, процессов и явлений. Исходя из этого, можно утверждать, что законодательство (в нашем случае – финансовое законодательство) является важнейшим источником права (в том числе, финансового права), условием его развития.

Закон предопределяет комплекс правовых норм, границы их влияния, способы применения, определяет также время их вступления в силу. Закон также указывает на те правовые акты, которые подлежат отмене в связи с принятием нового закона, и на др. аспекты правоприменения. В связи с этим возникает вопрос об эффективности конкретного закона. Ведь появление нового закона – всегда несет за собой конкретные следствия. Поэтому крайне нежелательно и расточительно (и в материальном, и в нравственном аспектах) творить законы на авось. От этого, в первую очередь, страдает правоприменительная практика.

Законодатель не в состоянии предвидеть и учесть весь шлейф проблем, которые необходимо и важно урегулировать в той или иной сфере жизнедеятельности общества. Также не всегда возможно обеспечить необходимую детализацию положений соответствующего закона. Поэтому в цивилизованных рыночных системах активно используется такой метод, как предварительное ознакомление общественности и заинтересованных организаций с важными законопроектами. Так, например, в США при подготовке проекта нормативного акта, нацеленного урегулировать важных блок общественных отношений, как правило, запрашивается мнение заинтересованных организаций, а также авторитетных ученых и аналитиков. С этой целью, предварительно рассылая на нужные адреса законопроект, регулирующие органы затем организуют и проводят серию конференций, деловых встреч. Примерно такая же практика применяется в странах ЕС.

К сожалению, опыт открытого и профессионального обсуждения проектов законов на постсоветском пространстве практически отсутствует. Законодательная практика в Украине не является исключением.

Исходя из этого, необходимо признать, что назрела необходимость и потребность существенного изменения подходов к законотворческому процессу. Особенно ответственным моментом является запуск законодательных новаций, изменяющих статус-кво отдельных норм. В частности, законодатель, а затем и правоприменительная практика должны гарантировать, что никто не может нести ответственность за деяние, которое в момент осуществления не признавалось правонарушением. Если после осуществления правонарушения ответственность за него смягчена или упразднена, применяется новый закон.

Официальное же толкование термина “финансовое законодательство” не ограничивает финансово-правовое поле только лишь законами, даже если иметь в виду, что это – нормативные акты высшей юридической силы. Конституционный Суд Украины, рассматривая данный аспект проблемы, пришел к выводу, что категорию “законодательство” необходимо понимать многомерно. Во-первых, это законы Украины и действующие международные соглашения (утвержденные парламентом страны). Во-вторых, Указы Президента Украины. В-третьих, постановления Верховного Совета Украины, постановления Кабинета Министров Украины, принятые в рамках их полномочий и в соответствии с Конституцией и законами Украины[366]. Очевидно, указанная “наследственность” применима и для соотношения финансовое законодательство и финансовое право. Таким образом, можно утверждать, что финансовое законодательство в отмеченной выше иерархии является важным, но не единственным юридическим источником для финансового права[367].

Но при всем этом можно с уверенностью утверждать, что финансовое право по своей сути и функциональной роли оказывает непосредственное позитивное влияние на объект и предмет своего регулирующего воздействия. Еще в конце XIX ст. известный российский ученый В.А. Лебедев совершенно справедливо исходил из того, что финансовое право непосредственно заботится “о лучшем устройстве хозяйственных дел”[368]. Важно отметить, что проконстатированные взгляды по поводу финансового права как системы “о лучшем устройстве хозяйственных дел”, с одной стороны, подтверждают определяющую роль финансов в экономической системе, с другой – показывают возрастающую роль финансового права как такового. Одновременно следует заметить, что длительное время исследуемая проблема изучалась экономистами-финансистами. Их труды служат важным подспорьем для более точного определения сущности финансово-правовых отношений.

Если иметь в виду предмет нашего исследования, то именно финансовое право по своей сути и базовым функциям помогает согласовывать экономические интересы, ведущие к наращиванию финансового капитала и одновременному обращению последнего на принципах постоянного кругооборота. На это способна только рыночная модель финансового права. Поэтому понимание финансового права в той модели, которая воспроизводила монополизм одной стороны – государства, и еще недавно представлялась исчерпывающей, единственно верной и общепризнанной, сегодня все более заслуживает того, чтобы подвергаться научному сомнению. Ведь финансовая деятельность влияет на систему экономических отношений и является суммарным результатом субъектных влияний, причем результатом не всегда прогнозируемым и желаемым.

Показательно, что даже такой ее сторонник, как П. Пацуркивский вынужден сегодня ставить вопрос об “истинном финансовом праве”[369]. Действующее законодательство (нормы законов) определяют схемы, порядок, процедуры решения острых проблем в правовом режиме. Иначе говоря, нормы финансового права выступают наиболее действенным средством эффективного решения проблемных ситуаций и существующих коллизий в финансовой сфере.

Финансовое “здоровье” экономики в полной мере обусловливается научно обоснованным законодательным обеспечением всего комплекса отношений в рамках финансовой системы. Необходимо при этом заметить, что острая потребность в разработке финансово-правовой наукой и освоении практикой современного рыночного инструментария, адекватного инновационным достижениям, не только не угрожает базовым устоям финансового права, а наоборот, наращивает его (права) конструктивность и потенциал для эффективного влияния его норм на финансовую систему.

Как отмечалось выше, первичным элементом законодательства являются нормативные акты. Их правовая иерархия требует научного анализа, поскольку правильное понимание структуры и соотношения нормативных актов во многом предопределяет реальные возможности и перспективы эффективного регулирования финансово-правовых отношений.

<< | >>
Источник: Ковальчук А.Т.. Финансовое право в рыночных системах (теоретическое исследование в практическом контексте. 2008

Еще по теме 4.2. Финансовое законодательство и финансовое право: взаимовлияние и особенности применения:

  1. 4.1. Финансовое законодательство – базовый источник финансового права
  2. 3.1. Особенности и этапы концептуальной трансформации категории "финансовое право"
  3. 7.4. Финансово-правовое воздействие на рынок производных финансовых инструментов
  4. Субъекты государственного финансового контроля: Счетная палата РФ, Министерство финансов РФ, налоговые органы РФ, банковский контроль. Внутрихозяйственный контроль, аудиторский (независимый) финансовый контроль. Бюджетное право, бюджетная система, бюджетный процесс (общие понятия)
  5. 3.3. Предмет финансового права как наиболее дискуссионная проблема финансово-правовой теории
  6. 1.3. Базовые элементы финансовой системы и их финансово-правовое регулирование
  7. 7.2. Сфера финансовых услуг и перспективы ее финансово-правового регулирования
  8. Тема 11. Финансовая система и финансовая политика государства
  9. Лекция 19 Тема: ФИНАНСОВАЯ СИСТЕМА И ФИНАНСОВАЯ ПОЛИТИКА ГОСУДАРСТВА
  10. Глава XVI. Финансовая система и финансовая политика государства