<<
>>

Судебная власть по Хартии 1814 г.

Вопросам функционирования судебной власти посвящена Глава VI «О судебных

учреждения» (ст. 57-68) 335, состоящая из 12 статей (16 % общего содержания Хартии, что вполне сопоставимо с предыдущими Конституциями (1791 г.

- 18 %, 1793 - 13 %, 1795 - 19 %, 1799 - 9,5 %).

В ст. 57 объявлялось, что «всякое правосудие исходит от Короля», т. е. источником судебной власти является Король . Это было совершенно новой нормой, т. к. в Конституциях 1790-х гг. источником любой власти провозглашался французский народ.

Все судьи должны были назначаться Королем , но при этом они были несменяемыми (кроме мировых судей).

По сути же, так же, как и в местном управлении, в судебную систему никаких особых новшеств внесено не было.

Сохранялась в прежнем виде вся система судов общей юрисдикции, действовавшая при Наполеоне (ст. 59 ), сохранялись и специальные торговые суды (ст. 60 ). Самое же важное заключалось в том, что сохранялись главные завоевания революционной эпохи в сфере судебной власти - суд присяжных (ст.

65 ) и гласность судопроизводства , правда, с оговоркой, если «публичность не представляет опасности для общественного порядка и нравственности» (ст. 64 ).

Вводилось, по сути, только одно новшество: отмена наказания в виде конфискации имущества (ст. 66). Кроме того, Королю предоставлялось право помилования и смягчения наказаний (ст. 67 ). Впрочем, такое же право принадлежало и Наполеону.

Таким образом, судебная система по Хартии 1814 г. в целом не внесла чего-то принципиально нового. По сути, была скопирована наполеоновская система судопроизводства (кроме назначения всех, а не только высших, судей Королем и отмены конфискации имущества). Её можно изобразить в виде следующей схемы :

Виталий Юрьевич Захаров: «Российский и зарубежный конституционализм конца XVIII - 1-й четверти XIX вв.

ОпыТ86

сравнительно-исторического анализа. Часть 1»

Что касается вопроса о пересмотре Конституции , то в Хартии 1814 г. специальных статей о пересмотре нет. Однако, исходя из косвенных данных, определённые выводы по этому вопросу сделать можно.

Так в преамбуле приводится следующая фраза: «... мы уступили и пожаловали нашим подданным, как за себя, так и за наших преемников, навсегда нижеследующую Конституцию

Хартии».336 Ее дополняет ст. 74 : «Король и его преемники присягают во время коронации,

что будут верно соблюдать настоящую Конституционную Хартию».337 Отсюда можно сделать вывод, что никакого пересмотра Хартии 1814 г. в будущем не предполагалось в принципе . Её текст должен был оставаться неизменным при преемниках Людовика XVIII (Хартия даровалась народу «навсегда»).

Теперь подведём общий итог . Исходя из анализа текста Конституционной Хартии, можно сделать вывод, что по форме правления Франция должна была стать дуалистической конституционной монархией с полным преобладанием исполнительной власти в лице Короля над законодательной. И это несмотря на количественное преобладание статей, посвященных законодательной ветви власти. Расхождение между количеством и качеством являются одной из характерных особенностей Хартии 1814 г. Другой особенностью является соотношение полномочий Короля и нового двухпалатного Парламента. Полномочия Короля огромны, а полномочия французского Парламента - ничтожны, он даже лишен права законодательной инициативы, а нижняя палата могла быть распушена Королем в любой момент.

Полномочия Короля по Хартии 1814 г. отличаются от полномочий абсолютного монарха только в одном - Король не мог сам от своего имени издавать законы, требовалось обязательное обсуждение их в Парламенте. Но при этом обе палаты не могли оказывать

336 Конституции и законодательные акты буржуазных государств XVII-XIX вв., М., 1957. С. 439.

337 Конституции и законодательные акты буржуазных государств XVII-XIX вв., М., 1957.

С. 446.

никакого влияния на принятие политических решений . Правительство назначалось королем и было ответственно только перед ним. Такой явный перекос системы государственной власти в сторону власти исполнительной дал основание А. Н. Медушевскому поставить под сомнение реальность реализации принципа разделения властей в Хартии 1814 г. По его мнению, скорее можно говорить о функциональном разграничении полномочий трёх ветвей власти в рамках полного всевластия монарха .[299] На наш взгляд, с такой оценкой Хартии 1814 г. вполне можно согласиться. Разделение властей проводится действительно формально, а не фактически. Король в своих действиях практически бесконтролен и одновременно имеет реальные властные полномочия в сфере всех трёх ветвей власти.

С другой стороны, нельзя сказать, что власть Короля совсем уж безгранична. Нет, она все-таки ограничена, но не столько Парламентом, сколько Основным законом (Хартией), переступить за рамки которого Король не имел права. Это ставило предел применению произвола со стороны Короля, теперь он должен был действовать только в рамках полномочий, очерченных Конституцией. И хотя они были огромными, но не безграничными. Во всяком случае, Король лишился единоличного распоряжения финансами страны. Бюджетная прерогатива (по сути ключевая в системе управления любого государства) перешла в совместное ведение Короля и палат Парламента.

Подобную дуалистическую компромиссную систему в любой другой европейской стране можно было бы считать исторически прогрессивной. Но в том-то и дело, что для Франции это был отнюдь не первый конституционный опыт и по сравнению с Конституциями 1791 г., 1793 г. и 1795 г. это был явный шаг назад.

В то же время Хартию 1814 г. нельзя считать полным разрывом с предшествующим этапом исторического развития страны. Наоборот, Хартия 1814 г. являлась продолжением развития тех тенденций, которые наметились в Конституции 1799 г . Прежде всего, это переход к авторитаризму и явному преобладанию исполнительной власти над законодательной.

Кроме того, сам порядок расположения разделов Основного закона, а также содержание некоторых разделов (например, о судебной власти) были почти полностью заимствованы из Конституции 1799 г . Так что преемственность налицо. Другое дело, что авторы Хартии 1814 г. отказались от, видимо, показавшейся им ненужной политической демагогии и отменили всеобщее избирательное право, которое и так было чисто фиктивным. При этом имущественный ценз был установлен на очень высоком уровне, на несколько порядков выше, чем в Конституциях 1791 и 1795 гг. По всем другим параметрам Конституции 1814 и 1799 гг. очень похожи: и там и там отсутствуют специальные разделы о местном управлении, пересмотре Конституции, Декларация прав и т. д.

Поэтому всё вышесказанное позволяет оценить Хартию 1814 г. как типичный пример «мнимого» (по терминологии А. И. Медушевского) или формального конституционализма, продолжающий тенденции, намеченные в Конституции 1799 г . Изменилась (да и то ненамного) лишь форма, но не содержание.

Тем не менее, значение Хартии 1814 г. всё равно велико. Причем скорее не столько для Франции (она знала и более прогрессивные конституционные документы), сколько для других стран континентальной Европы, в которых конституций до этого момента вообще не было. Конституционная Хартия Франции 1814 г. стала своеобразной моделью, на которую ориентировались разработчики конституционных проектов в освобожденных от власти Наполеона странах.

Ниже мы проанализируем Конституции разных государств Европы эпохи Реставрации. Интересовать нас будет, прежде всего, вопрос о соотношении общих тенденций конституционного развития, основывающегося на «французском опыте» и индивидуальной специфики государственно-правового развития той или иной страны.

Чтобы анализ получился возможно более объективным, мы сочли необходимым рассмотреть Конституции самых разных регионов Европы : центральных районов (Конституции

<< | >>
Источник: Виталий Юрьевич Захаров. Российский и зарубежный конституционализм конца XVIII - 1-й четверти XIX вв. Опыт сравнительно-исторического анализа. Часть 1 2017. 2017

Еще по теме Судебная власть по Хартии 1814 г.:

  1. Законодательная власть по Хартии 1814 г.
  2. Исполнительная власть по Конституционной Хартии 1814 г.
  3. Судебная власть по Конституции Норвегии 1814 г.
  4. Законодательная власть по Конституции Норвегии 1814 г.
  5. Исполнительная власть по Конституции Норвегии 1814 г.
  6. Приступая к рассмотрению каждой отдельной части нашей государственной власти, мы скажем, прежде всего, несколько слов о судебной власти, вопрос о которой достаточно ясен и не может давать оснований к особым толкованиям.
  7. Зарождение и развитие власти в варварском обществе Рабство в деревнях • Восстание укрепленных городов: их освобождение; их хартии • Гильдии • Двойственное происхождение свободного средневекового города • Его автономный суд и самоуправление. Почетное положение, занятое трудом • Торговля, производившаяся гильдиями и городом
  8. § 4. Ветви государственной власти (законодательная, исполнительная, судебная) ЗАКОНОДАТЕЛЬНАЯ ВЛАСТЬ
  9. Судебная власть по Конституции Португалии 1826 г.
  10. § 4. Судебная власть
  11. Структура судебной власти