<<
>>

Можно констатировать, что по ряду вопросов Уложение о наказаниях уголовных и исправительных 1845 года содержит позитивный самобытный опыт правового регулирования институтов уголовного права.

Прежде всего, многие современные институты – вина, неоконченное преступление, соучастие, уже были регламентированы и распределены по отдельным структурным единицам, имелось и определение преступления.

Кроме того, приведенные примеры из общей части Уложения в их сравнении с современным, советским и дореволюционным законодательством позволяют говорить, что Уложение 1845 года не просто соответствовало своей эпохе, тому уровню развития правовой науки, но во многом её обгоняло, опережало, а кроме того, шло впереди последующих уголовно-правовых актов. Проблемой, на наш взгляд, выступает то, что законодатель до сих пор в полном объеме этот опыт не использует. Думается, что если при разработке проекта нового уголовного кодекса будет учитываться и Уложение 1845, то субъекты правотворчества избавятся от необходимости «изобретать велосипед», а воспользуются когда-то ранее существовавшими вполне работоспособными конструкциями (не стоит забывать, что данное Уложение сохраняло свое действие вплоть до революции 1917 года – т.е.
более 70-ти лет, с незначительными изменениями).

Таким образом, изначально выдвинутый нами тезис о том, что даже для такой консервативной отрасли законодательства, как уголовное, характерно забвение отечественного позитивного правового опыта, находит свое подтверждение. Ни советский, ни, что самое непонятное, современный законодатель, не обратили в должном объеме внимание на существовавшие в Уложении о наказаниях уголовных и исправительных 1845 года детально разработанные критерии определения меры уголовного наказания, и в частности, касательно определения наказания соучастникам преступления. В целом, конечно, мы выступаем против дальнейшей формализации на законодательном уровне этих критериев: на наш взгляд, достаточно уточнения их содержания на уровне официального толкования уголовного закона Верховным судом РФ.

Да и сама жизнь, зачастую, безусловно богаче любой нормы, что, в свою очередь, предполагает допущение определенного судебного усмотрения. Но, с другой стороны, сложно сказать, опираясь на материалы судебной практики, что существующие в уголовном законодательстве критерии определения меры наказания соучастникам преступления выполняются судьями: они, по меньшей мере, забывают указывать в приговорах, что вообще применяли требования ст. 67 УК РФ.

Возможно, что формализация правил определения меры наказания за преступление, совершенное в соучастии, проведенная по образцу Уложения о наказаниях уголовных и исправительных 1845 года и не будет способствовать формированию у судей способности к неординарному и самостоятельному принятию решений в той или иной ситуации, не регламентированной в законе во всех деталях, но хотя бы приведет к тому, что суды будут вынуждены в приговорах расписывать, чем и в каком объеме они руководствовались при определении меры наказания тому или иному соучастнику, а в конечном счете – к более полному соблюдении норм уголовного права. Но самое главное – в этом случае будет рассмотрен в полном объеме опыт законотворчества Российской империи в области уголовного права, касающийся, в частности, закрепления критериев определения меры уголовного наказания, на предмет его применимости в современных условиях в целях повышения эффективности противодействия преступности, а в конечном счете – и работоспособности правовой системы в целом.

Главная проблема недооценки отечественного политико-юридического опыта, в особенности, в сфере методологии юридической науки (это явно бросается в глаза при анализе современных комплексных методологических работ В.М. Сырых, Д.А. Керимова, Н.Н. Тарасова, И.Л. Честнова, В.В. Лазарева и др.), заключается в том, что в сознании «просвещенной общественности» до сих пор утвердилась установка, очень ярко показанная в высказывании апостола Нафанаила (Варфоломея) в Евангелии от Иоанна: «Из Назарета может ли быть что доброе?», на которую так и хочется ответить, как ответил этому апостолу другой ученик Христа Филипп: «Пойди и посмотри».

Суть этой установки заключается в презумпции того, что в России по определению ничего не может быть изобретено доброго, превосходящего западные изобретения, или хотя бы не уступающее им. В.В. Кожинов констатирует наличие такой презумпции не только до Революции 1917 г., но и в советское время, за исключением отдельных коротких по времени периодов, когда власть имеющие понимали необходимость поддержки отечественной науки и признавали, что она в принципе не уступает западным аналогам. Р.В. Насыров также в связи с этим отмечает, что Российская культура получила бесспорное признание именно в тех сферах, где она не боялась «быть самой собой», однако, к глубокому сожалению, ни сфера политики, ни сфера права не попадают в эти области обретения национального самосознания. Между тем, наличие этого самосознания есть не что иное как наиважнейшее условие сохранения национально-культурной идентичности, поэтому обращение к отечественному политико-правовому опыту выступает на сегодняшний день олним из важнейших направлений юридических исследований.

<< | >>
Источник: В.В. Сорокин. История и методология юридической науки: учебник для вузов /под ред. д-ра юрид. наук, профессора В.В. Сорокина. – Барнаул,2016. – 699 с.. 2016

Еще по теме Можно констатировать, что по ряду вопросов Уложение о наказаниях уголовных и исправительных 1845 года содержит позитивный самобытный опыт правового регулирования институтов уголовного права.:

  1. 1/7 часть недвижимого и 1/4 часть движимого имущества умершего. 42. ОСНОВНЫЕ ИНСТИТУТЫ УГОЛОВНОГО ПРАВА РОССИЙСКОЙ ИМПЕРИИ ПО «УЛОЖЕНИЮ О НАКАЗАНИЯХ УГОЛОВНЫХ И ИСПРАВИТЕЛЬНЫХ» 1845 г.
  2. 2.16. Характеристика кодификационных работ в Российской империи в XIX в. (на примере Уложения о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г.)
  3. Понятие уголовного права. Особенности уголовных правонарушений. Предмет уголовного права. Метод уголовного права. Задачи уголовного права. Функции уголовного права. Принципы уголовного права, их закрепление в Уголовном кодексе Российской Федерации (далее - УК РФ)
  4. 28.7. Понятие, признаки, цели уголовного наказания. Система и виды уголовных наказаний
  5. 2.2. Уголовные законы Уложения 1649 года и Византийское законодательство: сравнительный анализ.
  6. 59. Институт наказания в уголовном праве ВКЛ (XV – середина XVI вв.). Трахимчик А.
  7. Уголовно-правовые институты и процесс
  8. Тосканское уголовное уложение
  9. УГОЛОВНОЕ УЛОЖЕНИЕ ГЕРМАНИИ 1871 г.
  10. Уголовно-судебное уложение «Каролина» 1532 г.
  11. § 20. Развитие уголовной юстиции и уголовного права в Древнем Риме
  12. Вопрос 2. Предмет и метод правового регулирования как основания выделения отраслей и институтов права
  13. Уголовно-судебное уложение «Каролина» 1532 г.
  14. 28.8. Особенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних
  15. Что из перечисленного можно отнести к средствам правового регулирования?
  16. 28.2. Понятие уголовного закона, его черты и значение. Действующее уголовное законодательство
  17. Взыскание штрафа как вида уголовного наказания
  18. 1 Предмет, система и значение Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации в уголовном праве