<<
>>

§ 1. гражданСко-Правовой СтатуС юридичеСких лиц Публичного Права 1. Понятие и сущность юридического лица публичного права

Категория юридических лиц публичного права представляет собой,

с одной стороны, обобщающее, а с другой - условное понятие, кото­рое само по себе не способно определить правовой статус отдельных организаций и не предназначено для этого.

О его обобщающем харак­тере свидетельствует то обстоятельство, что в конкретном историче­ски сложившемся правопорядке за этой категорией фактически мо­жет стоять кто угодно - от государства, муниципального образования и органа публичной власти до государственного предприятия или ак­ционерного общества со стопроцентным государственным участием. Поскольку оно формировалось исторически, в разных правопоряд­ках оно имеет существенно разное содержание и разновидности, что не позволяет автоматически переносить этот законодательный опыт в отечественное право.

Более того, буквальное понимание данной категории способно при­вести к известной путанице: из него как будто бы следует, что речь идет об участниках публично-правовых, а не гражданских правоотношений,

не входящих в предмет гражданского (частного) права.

Но в том-то

и дело, что такие организации предназначены стать самостоятельны­ми участниками гражданского оборота и тем самым субъектами гра­жданского, а не публичного права. От обычных «юридических лиц

частного права» они отличаются тем, что возникли на основе и в сфе­ре публично-правового регулирования. Однако признание за ними самостоятельной правосубъектности имеет целью предоставить им возможность участия именно в гражданских (частных) правоотно­шениях, поскольку для признания их участниками публично-право­вых отношений статус «юридического лица публичного права» вовсе не требуется. Поэтому названный статус и нельзя понимать букваль­но - он имеет условный характер.

Данное обстоятельство подтверждается всей историей появления

и развития рассматриваемого понятия, особенно в развитых зарубеж­ных правопорядках.

Ставшее традиционным для большинства из них

признание государства «юридическим лицом публичного права» за­ключает в себе не только и не столько особый юридический смысл, сколько идеологию организации классического частнокапиталисти­ческого хозяйства, которая базируется на исключении прямого уча­стия государства в экономических отношениях и непризнании его самостоятельным субъектом гражданского (частного) права. В дей­ствительности же государство не только может, но иногда и обязано

непосредственно участвовать в гражданско-правовых отношениях на­ряду с другими субъектами гражданского права (и даже по возможно­сти на равных началах с ними, следуя экономико-правовой природе гражданских правоотношений).

Свое участие в гражданском обороте государство по традиции ма­скирует специальной терминологией, объявляя себя то казной (фис­ком), то юридическим лицом публичного права. В современной за­рубежной литературе прямо говорится о том, что «казной называется государство как субъект частного права»[158]. С середины XX в. консти­туции многих западноевропейских государств стали признавать воз­можность государства (публично-правового образования) в целом не­посредственно участвовать в экономических отношениях, не скрыва­ясь за традиционной маской юридического лица публичного права: государство в лице своей казны выступало заказчиком в поставках и подрядах для государственных (публичных) нужд, выпускало зай­мы, а по необходимости непосредственно участвовало и в других гра­жданско-правовых отношениях. Все это потребовало признания за ним

определенной гражданской правосубъектности.

Правопорядки романского (французского) типа вообще основаны на принципе дуализма публичной собственности: предполагается, что одна ее часть используется исключительно к публичной выгоде, а по­тому ни при каких условиях не подлежит отчуждению или аресту и на нее не распространяется приобретательная давность, а споры, касаю­щиеся этой части собственности государства, разбираются в админи­стративных судах.

Эта часть государственного имущества, действи­тельно изъятая из оборота (rerum extra commercium), составляет «адми­нистративную публичную собственность», которая никогда не может

стать частной собственностью.

В отличие от нее «частная собственность государства», составляю­щая другую часть принадлежащего ему имущества, используется им

«подобно тому, как физические лица пользуются своими собственны­ми имуществами. На имущества, находящиеся в такой собственности,

распространяются те же самые нормы, что и нормы, распространяю­щиеся на частную собственность физических лиц». Поэтому такое го­сударственное имущество может переходить в собственность частных лиц, а для государства оно служит источником доходов. Возникающие в связи с этим отношения регулируются гражданским правом, а споры

рассматриваются обычными судами по гражданским делам1.

Вместе с тем уже в конце XIX в. от казны («фиска»), представлявшей

собой «само государство с хозяйственной его стороны», постепенно отделяются в качестве самостоятельных субъектов права, во-первых, местное самоуправление (муниципальные образования); во-вторых,

обладающие обособленным (хотя и не всегда собственным) имущест­вом организации, которые «причисляются к казенному управлению», т.е. относительно самостоятельные казенные ведомства и учреждения с правами юридического лица. Так, в дореволюционной России, зако­нодательству которой также было известно понятие юридического ли­ца публичного права, к казенным ведомствам помимо некоторых орга­нов публичной власти относились университеты, монастыри и церкви[159] [160].

В результате категория «публичных юридических лиц», или юриди­ческих лиц публичного права, стала охватывать три группы субъектов:

1) государство в целом (нередко именовавшееся как «фиск» — каз­на), а во многих случаях и его отдельные регионы (провинции, зем­ли, кантоны и т.п.);

2) различные муниципальные публично-правовые образования: округа, районы, общины (Gemeinden), коммуны и т.п.;

3) некоторые находящиеся под прямым управлением и контролем

государства (казенные) юридические лица.

Речь, таким образом, шла о возможности участия в гражданских

правоотношениях публично-правовых образований в целом и не­которых созданных ими организаций. Все они, будучи субъектами публичного (конституционного и административного) права, по­лучили возможность участвовать в гражданском обороте в каче­стве приравненных к традиционным юридическим лицам особых

юридических лиц, созданных на основе и в сфере публичного права

и в силу этого составивших самостоятельную группу субъектов гра­жданского права.

В качестве характерных признаков, отличающих юридические ли­ца публичного права от обычных юридических лиц, в современной западноевропейской доктрине обычно называют:

• наличие властного акта или специального закона, на базе которо­го возникло и действует такое юридическое лицо (иначе говоря, в от­личие от обычной корпорации оно возникает на основании публич­но-правового акта, а не гражданско-правовой сделки);

• публичные (общественные или государственные), «идеальные» (а не коммерческие) цели и задачи деятельности, наличие которых сближает его с некоммерческими организациями;

• наличие у такой организации некоторых властных полномочий

(или «принудительных средств» - Zwangsmitteln) в отношении третьих

лиц, которые могут, но не обязаны быть использованы.

При этом даже и совокупность всех трех названных признаков может оказаться недостаточной для придания конкретной органи­зации статуса юридического лица публичного права. Поэтому к пе­речисленным признакам нередко добавляют и некоторые другие черты, характеризующие их особый гражданско-правовой статус, в частности:

• возможность создания такого юридического лица только публич­но-правовым образованием, а не гражданами или обычными юриди­ческими лицами;

• невозможность его реорганизации (преобразования) в юридиче­ское лицо частного права (что не исключает возможности приватиза­ции государственных хозяйственных организаций);

• судебная оценка совершаемых им сделок с позиций известной

доктрины ultra vires (т.е.

признание за ним строго целевой, а не общей

правоспособности);

• особый порядок обращения взыскания на его имущество по его долгам (в частности, запрет обращения взыскания на вещи, обеспе­чивающие выполнение его публичных функций);

• невозможность банкротства такого юридического лица (хотя в не­которых правопорядках допускается банкротство юридических лиц

публичного права, созданных муниципальными и региональными пуб­лично-правовыми образованиями).

Из этого во всяком случае ясно следуют принципиальные отличия

данной группы субъектов гражданского права от классических кор­пораций гражданского и торгового (частного) права, создаваемых его обычными субъектами на основе гражданско-правовых сделок, отве­чающих по долгам всем своим имуществом и являющихся традици­онными субъектами банкротства. В связи с этим можно сразу же от­метить условность отечественной терминологии, говорящей о «пуб­лично-правовых корпорациях», «государственных компаниях» и тому подобных юридических лицах, которые в действительности являются либо унитарными организациями, либо обычными корпорациями, на­ходящимися под экономическим и иным контролем государства (пуб­лично-правовых образований).

Особую позицию здесь занимает англо-американское право. Пуб­личные корпорации (public corporation) американского права (которы­ми считаются муниципальные и региональные образования - города,

штаты и т.д., а также некоторые социальные учреждения и которые не следует смешивать с предпринимательскими публичными корпо­рациями - publicly held business corporation) действуют исключительно на основании специального законодательства; к их статусу и отно­шениям с их участием неприменимы никакие нормы корпоративно­го права (что во многих случаях не исключается для некоммерческих

корпораций). Поэтому не возникает и проблема их участия в граждан­ско-правовых (в том числе в корпоративных) отношениях, тем более что эта правовая система, как известно, основана на принципиально

ином подходе к отраслям права.

В англо-американском праве практи­чески отсутствует и какое-либо доктринальное толкование этой кате­гории, что заставляет ограничить ее анализ традиционной западноев­ропейской правовой доктриной.

Следует, однако, констатировать, что и в ней не сложилось доста­точно четкого и общепризнанного подхода к характеристике особен­ностей статуса юридических лиц публичного права. А.В. Венедиктов

давно отмечал, что европейская теоретическая литература по этому во­просу чаще всего ограничивается простыми утверждениями о наличии юридических лиц публичного права, после чего приводит их простой перечень1. По этому же традиционному пути обычно следуют и совре­менные российские сторонники данного подхода.

Вместе с тем А.В. Венедиктов подметил, что противопоставле­ние юридических лиц публичного и частного права «затемняет тот основной факт, что все организации, принимающие участие в гра­жданском обороте в качестве самостоятельных носителей граждан­ских прав и обязанностей, являются в этом своем качестве субъекта­ми — а следовательно, и юридическими лицами — гражданского права, хотя бы их внутренняя структура определялась нормами не граждан­ского, а иного права.» [161] [162]. Он указывал, что «когда буржуазные кодек­сы устанавливают те или иные положения о юридических лицах пуб­личного права, они подходят к ним как к участникам гражданского оборота, т.е. как к носителям гражданской правоспособности, ины­ми словами — как к юридическим лицам именно гражданского права». По словам А.В. Венедиктова, «в Прусском земском уложении 1794 г. и в Саксонском гражданском уложении 1863 г. эта идея получила бо­лее ясное выражение, чем в буржуазных гражданских кодексах кон­ца XIX и начала XX в.»: первое в ч. II § 81 прямо говорило о том, что корпорации и общины представляют собой «юридическое лицо в об­ласти гражданско-правовых сделок», а второе в § 52 определяло, что «право личности принадлежит государству, поскольку оно вступает в гражданско-правовые отношения»; «на опасность затемнения по­нятия юридического лица — при перенесении его из области частно­правовых имущественных отношений в сферу государственного пра­ва — указывал еще Савиньи. Но позднейшая литература сошла с этой простой и ясной позиции, что бесспорно повлекло за собой и менее

ясную формулировку идеи гражданской правоспособности так назы­ваемых юридических лиц публичного права в Германском и Швей­царском гражданских уложениях»1.

В современной германской литературе обычно подчеркивается, что

юридическое лицо публичного права несет ответственность по пра­вилам абз. 1 § 89 Германского гражданского уложения (Burgerliches

Gesetzbuch, BGB) (а это единственная норма названного кодекса, в ко­торой упоминается данный термин). Согласно этой норме на юридиче­ские лица публичного права распространяются правила об ответствен­ности юридических лиц за вред, причиненный их органами. Это озна­чает, что за ущерб, причиненный юридическими лицами публичного

права другим лицам, будет отвечать и создавшее их публично-право­вое образование в целом, поскольку оно действует как субъект част­ного права. Иначе говоря, данное правило закона «в отношении от­ветственности уравнивает юридические лица публичного права, по­скольку они действуют как субъекты частного права (privatrechtlich)

(а государство - как фиск) с юридическими лицами частного права»[163] [164].

Таким образом, юридическими лицами публичного права можно считать такие юридические лица, которые:

1) созданы публично-правовыми образованиями или с их разреше­ния на основании публично-правового акта;

2) имеют ограниченную (специальную) правоспособность;

3) наделены некоторыми властными (публично-правовыми) пол­номочиями;

4) участвуют в гражданском обороте с идеальными (некоммерче­скими) целями;

5) не подлежат процедурам реорганизации;

6) не могут быть признаны банкротами, а определенное их имуще­ство забронировано от взыскания кредиторов.

2.

<< | >>
Источник: Суханов Е.А.. Сравнительное корпоративное право. 2014

Еще по теме § 1. гражданСко-Правовой СтатуС юридичеСких лиц Публичного Права 1. Понятие и сущность юридического лица публичного права:

  1. 2 КОРПОРАЦИИ ПУБЛИЧНОГО ПРАВА (ЮРИДИЧЕСКИЕ ЛИЦА)
  2. § 2. гражданСко-Правовой СтатуС объединений гоСударСтвенных юридичеСких лиц в роССийСком Праве 1. Особенности гражданско-правового статуса государства и его юридических лиц
  3. § 3.Особенности права собственности юридических лиц и публично-правовых образований 1. Особенности права собственности юридических лиц
  4. II.6. Корпорации публичного права (юридические лица)
  5. Виды юридических лиц публичного права
  6. ГЛАВА 5. КОРПОРАцИИ КАК ЮРИдИчЕСКИЕ ЛИцА ПУбЛИчНОГО ПРАВА
  7. § 5. Юридические лица, созданные публично-правовыми образованиями
  8. Юридические категории «публичная собственность» и «публичный оборот» в системе правового регулирования ограничений оборотоспособности земельных участков
  9. Публичные юридические лица
  10. 1.2. Основной правовой формой коллективного участия лиц в гражданском обороте являются юридические лица
  11. § 1. СущноСть юридичеСкого лица 1. Юридическое лицо как «корпоративный щит»
  12. 2. Особенности права собственности публично-правовых образований
  13. О понятии публичного торга (публичных торгов)
  14. Понятие конституционно-правового статуса как юридической категории сопряжено также с понятием конституционного и правового статуса.
  15. Глава 6 Правовой статус юридических лиц — хозяйствующих субъектов
  16. 6.1. Публично-правовой статус Национального банка, его место и роль в финансово-правовой иерархии
  17. Публично-правовой статус избирательного фонда нашел отражение в судебной практике
  18. Институт обеспечения обязательств в гражданском праве: понятие, юридическая сущность и способы
  19. 2. Гражданско-правовая защита вещных прав от неправомерных действий публичной власти