<<
>>

Лекция 12 Личность преступника с психическими аномалиями

До недавнего времени изучение общественно опасных действий душевно больных и лиц с психическими аномалиями в отечественных исследованиях было прерогативой судебной психиатрии. Вместе с тем, учитывая растущую распространенность психической патологии среди преступников, сохраняется насущная необходимость в создании общей теоретической концепции влияния психической патологии на преступность в целом и отдельные виды преступного поведения, как-то: насильственная (в том числе бытовая) преступность, рецидивная преступность, преступность несовершеннолетних, неосторожная преступность, связанная с использованием источников повышенной опасности, а также потребность в дальнейшем повышении всех видов и форм предупреждения преступности на основе максимальной увязки их с личностными особенностями преступников.

Речь идет о том, что у некоторых преступников (30 % среди все преступников и 60–70% среди насильственных) имеются физические или психические аномалии, которые влияют на поведение, облегчая или стимулируя действие криминогенных личностных ориентаций [1,44].
Их надо учитывать при профилактике преступлений и оценке общественной опасности личности.

Тем не менее освещенность этого вопроса в литературе недостаточна. Исключение составляют работы Ю.М. Антоняна в соавторстве с С.В. Бородиным и В.В. Гульданом[2].

В Российской Федерации 2 июля 1992 г. был принят закон «О психиатрической помощи и гарантиям прав граждан при ее оказании», а 27 июля 1995 г. – региональная целевая программа «Неотложные меры по совершенствованию психиатрической помощи в Тверской области (1995– 1997 гг.)».

Констатация криминогенности психических аномалий отнюдь не превращает проблему борьбы с преступностью лиц, имеющих такие аномалии, из социальной в медицинскую. Преступность – всегда социальное явление, и меры ее предупреждения носят, прежде всего, социальный характер.

Психические изменения вызываются расстройством психики, которые возможно нейтрализовать системой коррекционных мероприятий. Но если такие усилия со стороны общества отсутствуют, преступное поведение становится весьма вероятным. Эта вероятность тем более важна, что в наших условиях психиатрическая помощь населению недостаточна, выявляемость психических нарушений невысока, а традиции обращения к врачу-психиатру практически отсутствует[2,38]. Вот почему предупреждение преступлений со стороны лиц с психическими аномалиями надо понимать в самом широком плане: как усилия всего общества.

Для того чтобы дать криминологическую характеристику лицам с аномалиями психики, необходимо, прежде всего, определить, что есть психическая норма. «Определить ее – значит дать ответ на «вечные вопросы», которые с большой легкостью задают дети и над которыми ломают голову специалисты»[17,2].

Наиболее распространенное понимание нормы, имеющее глубокие корни в житейском сознании, – это что-то среднее, устоявшееся, не выделяющееся из основной массы, наиболее приспособленное к окружающей среде. Русский исследователь пограничного состояния П.Б. Ганнушкин отмечал в этой связи, что разница между психически здоровыми и психически больными «…если иметь в виду границы здоровья и болезни, вовсе не так уже велика»[8,170].

Под психическими аномалиями следует понимать все расстройства психической деятельности, не достигшие психотического уровня и не исключающие вменяемости, но влекущие личностные изменения, которые могут привести к отклоняющемуся поведению[2,9]. Это, прежде всего, структурные или функциональные отклонения стабильного характера, обусловленные нарушениями дородового развития (например, олигофрения в форме дебильности и ядерные, или конституциональные, психопатии); далее краевые психопатии, патохарактерологические развития, остаточные явления черепно-мозговых травм, органическое поражение центральной нервной системы и т.д.; а также алкоголизм, наркомания, эпилепсия, шизофрения в стадии стойкой ремиссии, реактивные состояния и другие расстройства психической деятельности, которые могут приводить к стабильным личностным изменениям, не носящим психотического характера.

Иначе говоря, речь идет о лицах с дефектной психикой, являющихся вменяемыми.

Понятия «психические аномалии», «психическая дефектность», «психическая неполноценность», «ущербная психика», «нарушения психики», «пограничное состояние» используются как однозначные. Общим для всех этих понятий является то, что они охватывают психические состояния, находящиеся на грани психического здоровья и психической болезни, но не исключающие вменяемости. В широком смысле слова они могут быть охарактеризованы как психические недостатки личности. Необходимо подчеркнуть, что объектом криминологических исследования являются не сами психические аномалии, а личность преступника. Такие аномалии затрудняют социальную адаптацию индивида и снижают его способность отдавать отчет в своих действиях и руководить ими.

У лиц с психическими аномалиями преобладают нормальные психические явления и процессы, поэтому они в большинстве случаев сохраняют свои социальные связи, трудоспособны, дееспособны и вменяемы. Психические аномалии могут протекать скрытно и восприниматься окружающими не как психические расстройства, а всего лишь как неординарность характера, неуравновешенность, склочность, необъяснимая жестокость, тупость и т.п. Обычно они трудоспособны и дееспособны. Однако жизнь в обществе для этих лиц довольно сложна, поскольку психические аномалии способствуют возникновению таких черт характера, как раздражительность, агрессивность, жестокость, чрезмерная внушаемость, снижают сопротивляемость к воздействию ситуаций, сужают возможность выбора решений и вариантов поведения, ослабляют сдерживающие контрольные механизмы, облегчают реализацию импульсивных, случайных непродуманных, в том числе противоправных поступков, препятствуют нормальной социализации личности, усвоению ею общественных ценностей, установлению нормальных связей и отношений, мешают заниматься определенными видами деятельности или вообще участвовать в труде, в связи с чем повышается вероятность совершения противоправных действий, ведения антиобщественного образа жизни.

По степени распространенности психические аномалии можно распределить следующим образом (по убыванию): алкоголизм, наркомания, психопатия, остаточные явления черепно-мозговых травм, органические заболевания центральной нервной системы, олигофрения в степени легкой дебильности, сосудистые заболевания с психическими изменениями, реактивные состояния, шизофрения в стадии стойкой ремиссии и эпилепсия.

Алкоголизм – прогредиентное (нарастающее) заболевание, определяющееся патологическим влечением к спиртным напиткам (психическая и физическая зависимость), развитием дисфункционального состояния, абстинентного синдрома при прекращении употребления алкоголя, а в далеко зашедших случаях – стойкими соматоневрологическими расстройствами и психической деградацией. Алкоголизм всегда сопровождается многообразными социальными последствиями, неблагоприятными как для самого больного, так и для общества.

Криминологическое значение алкоголизма проявляется в том, что он способствует развитию психических аномалий, в свою очередь имеющих криминогенное значение, в частности, психопатий и психопатических черт характера, и, следовательно, совершению преступных действий лицами, страдающими такими аномалиями. Алкоголикам, совершившим насильственные преступления, свойственны такие криминологически значимые черты, как повышенная раздражительность и агрессивность (95 % случаев), конфликтность (70 %), подозрительность и мнительность (27 %), ревность, сутяжничество (23 %), садизм 99 %).

Тесная связь алкоголизма и преступности в значительной мере обусловлена тем, что они детерминированы многими общими причинами: низким культурным уровнем отдельных групп населения, недостатками в воспитательной работе, организации досуга и т.п. Кроме того, алкоголизм и преступность взаимно влияют друг на друга: как алкоголизм является важным условием, способствующим преступности, так и преступное поведение, в свою очередь, способствует алкоголизму.

Лица, длительное время ведущие антиобщественный образ жизни и совершающие преступления, зачастую являются пьяницами и алкоголиками, что особенно характерно для дезадаптивных многократно судимых преступников.

Постоянное пьянство соответствует тому уровню культуры и потребностей, который типичен для данной категории преступников; в свою очередь, пьянство и алкоголизм определяют содержание и уровень их потребностей, содержание и круг их социальных контактов, времяпрепровождение.

Второй по распространенности психических аномалий среди преступников является психопатия. Выборочные данные свидетельствуют о том, что среди всех, в том числе здоровых, лиц, совершивших уголовные преступления, психопатов было около 10 %, а без учета здоровых – около 20 % [2,35].

Для психопатии характерно сочетание аномальной дисгармонии эмоционально-волевых свойств и относительной сохранности познавательных способностей личности. Неустойчивость эмоционально-волевого реагирования на среду нарушает приспособительные возможности человека, что находит выражение в его поведении. Патологический склад личности при психопатиях возникает на основе взаимодействия врожденной или рано приобретенной биологической неполноценности нервной системы и влияния внешней среды. Одного же влияния последней для образования психопатии недостаточно. Психопатия – это своего рода психическое уродство, возникшее в результате стойкого отклонения в развитии высшей нервной деятельности.

Для психического облика человека при психопатии характерны тотальность (дисгармония охватывает все личностные проявления), стабильность (признаки дисгармонии могут быть более или менее выражены, но они есть всегда) и нарушения социальной адаптации, когда психопатические свойства находят свое выражение в изломах жизненного пути больных. Обнаружение отдельных характерологических проявлений недостаточно для постановки диагноза заболевания. Поскольку же в подростково-юношеском возрасте происходит интенсивный процесс формирования личности, диагноз психопатии обычно не ставится до достижения 21– 25 лет. Диагностируется психопатия в том случае, если уже нарушена адаптация личности в среде, а психопатические свойства тотальны и малообратимы.

Для криминологии представляет значительный интерес группа сексуальных психопатий, проявляющихся в извращенном направлении полового влечения.

К ним относятся: гомосексуализм, садизм, мазохизм, эксгибиционизм, скотоложство, геронтофилия, педофилия, а также повышение полового влечения. Невозможность принять четко очерченную половую роль приводит личность к дезинтеграции и изменению ценностных критериев. Такие расстройства лежат в основе многих тяжких преступлений против личности, отличающихся исключительной тяжестью последствий.

Психопатия тесно связана с алкоголизмом. Она способствует алкоголизации, что также имеет криминогенное значение. Многие исследования указывают на особую предрасположенность психопатических личностей к осложненным и патологическим формам опьянения, актуализации отрицательных переживаний, выявлению скрытных психопатических форм поведения, агрессивных реакций. Агрессия при остром алкогольном опьянении наблюдается у возбудимых и неустойчивых психопатических личностей, а также у лиц с травматическим поражением центральной нервной системы.

К числу остаточных явлений черепно-мозговых травм, прежде всего, относятся признаки травматической астении: явлений раздражительности и истощаемости, утомляемости, легкого возникновения тревожных опасений и сомнений, проявлений слабодушия. Появляются головные боли, головокружения, рассеянность, забывчивость, трудность сосредоточения. Часты психопатоподобные расстройства. При черепно-мозговых травмах легкой и средней степени, особенно полученных в подростковом и юношеском возрасте, эти расстройства развиваются быстро и отличаются устойчивостью. Характерны резкие колебания настроения, истерические реакции. При пониженном настроении часто отмечается злобность, при повышенном – «дурашливость». Особенно утяжеляет аномалию присоединяющийся алкоголизм. Именно сочетание психопатоподобных расстройств вследствие черепно-мозговой травмы и алкоголизма особенно повышает вероятность правонарушений.

По выборочным данным, лица с остаточными явлениями черепно-мозговых травм среди всех изученных правонарушителей, в том числе здоровых, составляют около 6 %, а без учета последних – около 10 %. Удельный вес преступников, страдающих органическими заболеваниями центральной нервной системы, соответственно составляет от 3 % до 6 %[2,39].

Психические нарушения, возникающие в отдельном периоде органических заболеваний головного мозга, имеют клиническую картину, сходную с вышеописанными последствиями черепно-мозговых травм. Наиболее часто встречаются астенические и психопатоподобные расстройства, оказывающие значительное влияние на поведение.

Олигофрения (малоумие) – врожденное или рано приобретенное (в первые три года жизни) слабоумие, выражается в недоразвитии психики в целом, преимущественно интеллекта, понятийного мышления вследствие поражения головного мозга на ранних этапах его развития (внутриутробно, в первые месяцы и годы жизни) или обусловленное наследственной неполноценностью мозга. Выделяют три степени выраженности олигофрении: идиотию, имбецильность, дебильность.

Криминологию может интересовать только олигофрения в степени дебильности (легкая умственная отсталость). Для дебилов характерен низкий запас общих сведений и знаний, примитивность и конкретность мышления и речи, интересов и чувств, эмоционально-волевые расстройства. Если при дебильности не отмечается расстройств эмоционально-волевой сферы (так называемых психопатоподобных явлений), личностных расстройств, неврологических дефектов, такие больные способны овладеть несложной профессией, могут иметь семью, самостоятельно существовать.

Выборочные данные свидетельствуют о том, что олигофрения в степени дебильности у всех преступников, попавших в выборку, составляет 3,2 %, а без учета психически здоровых лиц – 5,3 %.

Сосудистые заболевания с психическими изменениями также встречаются у правонарушителей. Эти аномалии включают в себя различные непсихотические расстройства на основе сосудистой патологии головного мозга (например, атеросклероз, гипертоническая болезнь), а также при сосудистых заболеваниях немозговой локализации (например, инфаркт миокарда). Сам характер заболевания говорит о том, что психические нарушения этого вида встречаются в зрелом и пожилом возрасте (например, среди лиц пожилого возраста, систематически занимающихся бродяжничеством). Так же, как и психические нарушения, вследствие черепно-мозговых травм и органических заболеваний центральной нервной системы, непсихотические расстройства при сосудистых заболеваниях в целом делятся на астенические (псевдоневрастенические) и психопатоподобные состояния. Практически наиболее часто встречаются астенические и психопатологические состояния в начальных стадиях церебрального атеросклероза.

При развитии сосудистого заболевания в инволюционном возрасте усиливаются, прежде всего, астенические компоненты характера: нерешительность, неуверенность в себе, склонность к тревожным опасениям, депрессивным и ипохондрическим реакциям. В начале сосудистого процесса в старческом возрасте развивающиеся личностные изменения выражаются в нарастании выраженной ригидности и огрубении личности, эгоцентризме, преобладании отрешенности, мрачного, угрюмо-раздраженного настроения и недовольно-неприязненного отношения к окружающим.

Реактивными состояниями (психическими реакциями), которые нередко обнаруживаются и среди правонарушителей, называются временные и обратимые расстройства психической деятельности, возникающие как реакции в ответ на воздействие психической травмы. Глубина реактивных состояний колеблется от психологически понятных реакций на психогенный фактор до тяжелых реактивных психозов. Таким образом, для этих состояний характерно, что они: а) развиваются в связи с психической травмой; б) психическая травма непосредственно отражается в болезненных переживаниях; в) состояние прекращается после ликвидации вызвавшей его психической травмы.

В настоящее время принято выделять следующие формы реактивных состояний: аффективно-шоковые психогенные реакции (встречаются при массовых катастрофах, в связи с реальной угрозой жизни; проявляются либо бессмысленным хаотическим возбуждением, либо обездвиженностъю); депрессивные психогенные реакции, или реактивная депрессия (чрезмерно сильная и длительная болезненная реакция печали на утрату или жизненную неудачу); реактивные (психогенные) бредовые психозы, а также истерические реакции или психозы. Две последние формы (бредовые и истерические состояния) часты в судебно-психиатрической и пенитенциарной практике. Реактивные состояния иногда можно наблюдать во время отбывания наказания, особенно в его адаптационный период.

Особого внимания заслуживают аффекты. Аффект не является причиной выбора преступного поведения. Аффект играет роль катализатора, является ослабляющим фактором так называемых «социальных тормозов» и тем самым способствует совершению преступления, но не фактором, объясняющим совершение преступления. Поэтому аффект признается обстоятельством, смягчающим, но не исключающим уголовную ответственность.

Шизофрения относится к числу очень редко встречающихся среди преступников психических заболеваний. Больные шизофренией, как правило, признаются невменяемыми, однако иногда имеют место случаи совершения ими преступлений в состоянии стойкой ремиссии. Шизофрения – прогредиентное психическое заболевание, для которого характерно неуклонное, быстрое или медленное, развитие изменений личности особого типа (утрата единства психических процессов). Развитие болезни, особенно ее выраженных форм, ведет к искажению или утрате прежних социальных связей, снижению психической активности, резкому нарушению поведения. Вследствие этого наступает значительная социальная дезадаптация больных. Однако это бывает далеко не всегда. В редких случаях больные шизофренией в стадии стойкой ремиссии могут признаваться вменяемыми.

Небольшую долю среди преступников составляют эпилептики. Эпилепсия – это нервно-психическое заболевание, проявляющееся судорожными припадками и бес-судорожными пароксизмальными проявлениями с образованием типичного психического (в сфере мышления и характера) дефекта при длительном течении процесса. Степень характерологических изменений может быть различна: от едва заметных до выраженных, вплоть до слабоумия. Характерны полярные эмоциональные реакции и установки личности: от эгоцентрической жизненной позиции, опирающейся на крайне узкий круг личных интересов, взрывчатости с агрессивно-разрушительными действиями и актами жестокости до утрированной приниженности и угодливости. Характерны вязкость и накопление переживаний, медлительность, аккуратность, обстоятельность, мелочность. Эпилептики долго помнят нанесенную им, часть незначительную, обиду, а иногда и жестоко мстят за нее.

Эпилептики слабо усваивают требования правовых и моральных норм, затрудняются реализовывать их в своих действиях, плохо ориентируются в новых ситуациях, а поэтому иногда неадекватно реагируют на них. Тугоподвижность, замедленность всех психических процессов, склонность к застреванию на деталях, неспособность отличить главное от второстепенного обусловливают затруднения в накоплении нового опыта, ослабление комбинаторных способностей, ухудшение возможностей репродукции. Все это отражается на противоправном поведении эпилептиков.

Итак, психические аномалии могут существенно способствовать неправильному развитию личности. Однако не психические аномалии сами по себе активно способствуют преступному поведению, а те психологические особенности личности, которые формируются под их влиянием.

Как и внешние социальные условия, так и психические расстройства, лишь преломляясь через психологию субъекта, ведут напрямую к преступлению.

Проблема криминогенности психических аномалий. Среди проблем, связанных с наличием в обществе лиц с аномалиями психики, особое место занимает проблема совершения преступлений такими лицами. Указанная проблема в науке не нова. Такие аномалии, как одна из причин совершения преступлений, широко исследовались криминалистами и криминологами еще в XIX в. При этом роль психических расстройств, как правило, значительно преувеличивалась, и не проводилось различий между вменяемыми и невменяемыми, совершившими общественно опасные деяния. Это прослеживается в работах Ч. Ломброзо, Д. Дриля.

Большинство современных криминологов придерживается того мнения, что активно способствуют преступному поведению не сами по себе психические аномалии, а те психологические особенности личности, которые формируются под их влиянием. Криминогенное значение психических аномалий заключается в том, что они при главенствующей роли социально приобретенных особенностей личности, взаимодействуя с ними, облегчают совершение преступления. Если названные расстройства непосредственно вызывают общественно опасные поступки, минуя психологию личности, то совершивший их человек должен быть признан невменяемым, поскольку именно в психологии «хранятся» его возможности оценивать и контролировать свои действия, руководить ими. Вне личности, в том числе и нравственных установок, «вписанных» в ее психологию, антиобщественное поведение не может рассматриваться как преступное. Однако у аномальных субъектов сфера психологического, личностного сужена по сравнению с психически здоровыми людьми и соответственно шире, активнее сфера нарушенной психики. Это соображение можно расценивать как одно из оснований установления в уголовном праве ограниченной (уменьшенной) вменяемости.

Криминогенная значимость психических аномалий не предполагает неизбежности совершения преступления лицами с такими аномалиями. Даже при их наличии преступное поведение как разновидность человеческого поведения представляет собой лишь вероятность, которая при определенных условиях может стать действительностью, а может и не стать.

Нельзя считать, что если у преступника имеется психическая аномалия, то она обязательно повлияла на совершение им преступления. Неправильно приравнивать все формы психической патологии к патологии личности. Вряд ли можно допустить, что любое преходящее изменение психики должно вызвать патологический сдвиг личности, привести ее к оскудению, деформировать определяющую ее систему отношений к миру, людям, обществу, повлиять на ее морально-этические оценки, политические взгляды и убеждения.

Психические аномалии оказывают значительное влияние на совершение преступлений против личности, хулиганство, бродяжничество и некоторые другие преступления. Однако они не влияют или влияют весьма незначительно на совершение, например, хозяйственных и должностных преступлений. Более того, психические аномалии могут даже препятствовать преступному поведению. Так, олигофрены в степени дебильности, лица, страдающие остаточными явлениями заболеваний центральной нервной системы, многие деградированные алкоголики не способны совершать «сложные» преступления, требующие ловкости, сообразительности, значительных интеллектуальных усилий или тщательной подготовки. Поэтому криминогенностъ аномалий психики не следует преувеличивать, а, напротив, надо решительно отвергнуть получившие значительное распространение взгляды, что в своей массе преступники – душевнобольные люди.

В целом, влияние психических аномалий на преступность прослеживается:

1) в формировании личности правонарушителя, особенно несовершеннолетнего, когда при наличии указанных аномалий возникают и развиваются особенности, могущие привести к антиобщественному поведению, легче воспринимаются и усваиваются внешние негативные воздействия (например, семьи, неформальных малых групп и т.д.). В силу тех особенностей, которые сформировались у субъекта под влиянием психических аномалий, возможности выбора им путей и средств, ведущих к разрешению проблемы, достижению поставленной цели, более ограничены, иногда весьма существенно. Происходит это не только в силу недостаточного усвоения нормативных ценностей, но и потому, что имеют место нарушения сознания, восприятия, памяти, мышления, умственной работоспособности, а также нарушения самой личности. Так, можно отметить слабые аналитические способности таких лиц, отсутствие у них достаточных представлений о наличии различных вариантов решений возникших жизненных задач и т.д.;

2) в мотивации преступного поведения лиц с аномалиями психики, восприятии и реагировании на конкретные жизненные ситуации, более легком вовлечении их в преступные действия. Реакции лиц с такими аномалиями более острые, более быстрые, чем у здоровых лиц, они проще вовлекаются в преступную деятельность, в том числе групповую. Поводами, актуализирующими преступную деятельность, могут выступать ничтожные обстоятельства, которые остальными обычно не принимаются во внимание. Насильственные преступные действия преступников с психическими аномалиями, часто спровоцированные ими же, носят особенно разрушительный, уничтожающий характер, причем жертвами могут быть и лица, не имевшие отношения к конфликту. Гораздо чаще, чем у здоровых, мотивация преступного поведения у таких лиц является бессознательной, а само поведение менее опосредованно. Это связано с тем, что ими слабо усвоены правовые и нравственные требования и правила должного поведения в человеческом обществе. Данное обстоятельство определяет исключительную сложность предотвращения их преступных действий, например, на стадии покушения. Кроме того, у большинства осужденных, имеющих психические аномалии, отсутствует самоупрек по поводу содеянного, и здесь не редки ссылки оправдательного содержания на состояние своего психического здоровья, чем они нередко злоупотребляют;

3) в исправлении правонарушителей, мотивации их поведения в период отбывания наказания, их ресоциализации, вовлечении в общественно полезную деятельность и адаптации в позитивной среде. Преступники с психическими аномалиями представляют собой наиболее дезадаптированную, отчужденную часть правонарушителей. Они еще больше, чем психически здоровые преступники, находятся в социально-психологической изоляции от общества, микросреды, малых социальных групп и их ценностей, так как расстройства психики во многих случаях встают барьером между ними и обществом. Эти расстройства не дают им в должной мере устанавливать дружеские связи, необходимые отношения с представителями противоположного пола, успешно адаптироваться в новой среде, трудовых коллективах, семье и т.д. Перечисленные обстоятельства оказывают существенное, подчас определяющее влияние на образ жизни таких людей, их поведение и социальные связи, которые, как правило, фрагментарны, случайны, весьма неустойчивы, а очень часто попросту отсутствуют. Следовательно, необходимы новые решения теоретических и практических задач их исправления и перевоспитания, приобщения к нормальной жизни, вовлечения в общественно полезную деятельность;

4) в неосторожном, в ряде случаев аморальном и противоправном поведении потерпевших, поскольку среди них немало лиц с ущербной психикой.

Еще одним очень существенным аспектом воздействия психических аномалий на преступность является влияние лиц с дефектной психикой из числа ближайшего окружения индивида на неблагоприятное формирование его личности, а также вовлечение ими других в преступную деятельность. Особенно это относится к родителям, которые в силу своих патологических особенностей не способны обеспечить надлежащее воспитание несовершеннолетних. Так, в семьях, где родители страдают хроническим алкоголизмом, они почти в 65 % случаев практически не принимают участия в воспитании своих детей. Лишь 9 % делают все от них зависящее для воспитания подростков. Возможности родителей, являющихся психически больными, воспитывать своих детей очень ограничены, что само по себе представляет особую проблему.

Именно у алкоголиков часто рождаются дети с различными физическими дефектами, которые оказывают значительное влияние на формирование их образа жизни и психических особенностей, могущих сыграть криминогенную роль. Многие дети алкоголиков предрасположены к алкоголизму, что повышает для них риск противоправного поведения в будущем. Дети алкоголиков часто рождаются слабоумными. Слабоумных (олигофренов) довольно много среди бродяг и особенно – среди виновных в совершении изнасилований. Олигофренов в степени дебильности легко вовлечь в преступные действия, чаще всего в качестве исполнителя. Исправление преступников-олигофренов представляет собой большую сложность.

Некоторые преступники, страдающие психопатией, становятся лидерами преступных групп и активно стимулируют их членов на преступные действия.

Важной научной задачей криминологии является определение и анализ роли социальных условий в генезисе расстройств психической деятельности, т.к. эти расстройства могут иметь криминогенное значение.

Социальные условия оказывают не однозначное, а многофакторное влияние на психическое здоровье. Многие психические заболевания являются не чисто наследственными, а так называемыми болезнями предрасположения, при которых одного наследственного задатка недостаточно для развития болезни. Важная роль здесь принадлежит влиянием среды. При изменении среды будет меняться и характер протекания патологических процессов в человеческом организме. Психическая болезнь должна рассматриваться как результат взаимодействия организма, обладающего определенным предрасположением к болезни, и факторов среды, природных и социальных.

Поведение и образ жизни психически больных являются психотравмирующим фактором для здоровых членов семьи, который воздействует на них постоянно и длительное время. Неблагоприятное влияние обстановки в семье, где имеются психические больные, может способствовать становлению психопатий или психопатических черт характера, не достигающих степени патологии. Начало психического заболевания у одного члена семьи может стать психической травмой, которая способствовала развитию психической аномалии у другого.

14,3 % семей, в которых воспитывались преступники с психическими аномалиями, являются «положительными», 40,5 % – «отрицательными», 35,7 % – «нейтральными», т.е. имелись и позитивные, и негативные явления, 3,0 % воспитывались вне семьи, около 6,6 % семей никаких сведений не получено. Семейное неблагополучие заключалось в систематическом злоупотреблении спиртными напитками, ссорах и скандалах в семье, привычном разрешении конфликтов с помощью грубости и насилия (20 %), пренебрежительном отношении родителей к своим родительским особенностям (12,1 %), совершении ими правонарушений (2,5 %). Такая обстановка может разрушающе действовать на психику, приводить к деморализации детей и подростков, формировать особенности характера, которые потом могут приводить к антиобщественному поведению. Это, в свою очередь, создает благоприятные предпосылки для возникновения или развития психических аномалий, обладающих к тому же силой обратного воздействия на образ жизни и поведение.

Большинство лиц с психическими аномалиями рождалось и воспитывалось либо в отрицательно, либо в нейтрально характеризующихся семьях. Так, из числа психопатов в «положительных» семьях воспитывалось 10,9 %, «отрицательных» – 43,7 %, «нейтральных» – 37,0 %; из числа олигофренов соответственно – 6,5 %, 64,5 % и 22,6 %; из числа хронических алкоголиков соответственно – 15,5 %, 38,4 % и 31,3 %; из числа страдающих органическими заболеваниями центральной нервной системы соответственно – 6,1 %, 27,3 % и 54,5 %, что подтверждает выводы о том, что важной причиной психических аномалий является семейное неблагополучие [3,15].

Нередко можно наблюдать, что чем более неблагополучной является семейная ситуация человека, чем больше у него трудностей и меньше достижений в сфере труда или учебы, тем больше он связан с антиобщественной средой. Общение с «себе подобными», способствуя нравственной деградации личности, поддерживает ее антиобщественный образ жизни и является одной из главных причин длительной преступной деятельности. Подавляющее большинство обследованных лиц до осуждения постоянно общалось с теми, кто совершал преступления и мелкие правонарушения. Причем общались с ними больше лица с психическими аномалиями (60 %), чем здоровые (40 %). Наиболее часто контактировали с ними психопаты и алкоголики, причем с преступниками больше общались первые, а с правонарушителями – вторые.

Криминогенностъ психических аномалий проявляется и в том, что они детерминируют нежелательные социальные контакты. Последние, играя активную роль в формировании антиобщественного образа жизни, неблагоприятно воздействуя на психику, способствуют возникновению и развитию ее расстройства. Наконец, нельзя не принимать во внимание, что здоровые часто отталкивают лиц с психическими аномалиями, а те, наоборот, «принимают» себе подобных.

Не только психические аномалии влияют на преступное поведение, но и сама преступная деятельность, постоянное ведение антиобщественного образа жизни и связанное с ними длительное пребывание в местах лишения свободы способствуют возникновению и развитию патологических изменений в психике. В возникновении и развитии таких аномалий, как психопатия, алкоголизм, черепно-мозговые травмы и реактивные состояния, очень велика роль антиобщественного образа жизни индивида, неблагоприятных условий его формирования и развития, особенно в детском и подростковом возрасте, прежде всего, в семье, внешних социальных, в том числе психотравмирующих факторов в микроокружении. Так, реактивные состояния возникают под влиянием психотравмирующих переживаний. Черепно-мозговые травмы чаще всего бывают в результате несчастных случаев на производстве или в быту, преступных посягательств и т.д. Возникновение психопатии в большинстве случае связано с неблагоприятными социальными условиями, в особенности на ранних этапах развития личности. Она тесно взаимодействует с алкоголизмом и черепно-мозговыми травмами, а каждая из этих аномалий выступает по отношению к другим в качестве «утяжеляющего» условия.

Подводя итоги, следует выделить два основных варианта детерминации преступного поведения лиц с психическими аномалиями.

Во-первых, преступное поведение лиц с психическими аномалиями может быть связано со стойкими сознательными антисоциальными установками, формирование которых, в свою очередь, связано с определенным внутриличностным контекстом и историей жизни. Сохраненные и нарушенные стороны психической деятельности в этих случаях найдут отражение в особенностях реализации преступных действий. Это будет проявляться в спланированных или ситуационно-импульсивных преступных действиях, в неадекватности оценки сложившейся ситуации, находить отражение в субъективной оценке вероятности достижения преступной цели, в особенностях сокрытия следов преступления и способах ухода от ответственности, в неадекватности прогноза всех возможных последствий своих действий, особой жестокости содеянного, отсутствии жалости и сопереживания.

На другом полюсе механизма преступного поведения лиц с психическими нарушениями располагаются различные варианты отказов социального, интеллектуального и волевого контроля над поведением, вызванным патологическими мотивами, личностной дисгармонией и другими психопатологическими детерминантами. В этих случаях ведущую роль играют не антисоциальные установки лиц с психическими нарушениями, а, например, повышенная возбудимость и нарушения волевого контроля в аффективно насыщенных ситуациях, повышенная привлекательность чужой вещи и нарушения способности к прогнозированию возможных последствий своих действий, сформировавшиеся в определенных условиях сверхсильные патологические мотивы-«суррогаты» и неспособность их контролировать в соответствии с социальными нормами, императивные галлюцинации и невозможность им противостоять. Между этими двумя полюсами располагаются все известные варианты детерминации преступного поведения лиц с психическими аномалиями.

Общая характеристика аномальных преступников. Криминологический анализ личности включает в себя учет особенностей психики индивидуума, играющих важную роль в механизме поведения человека, в том числе и преступного. За последние годы увеличивается число психических расстройств, обусловленных хронической социально-стресовой ситуацией, интосикационными факторами и т.п. Значительно растет число самоповреждений и самоубийств, совершаемых в основном людьми с психическими расстройствами. В Тверской области число самоубийств на 100 тыс. населения в 1992 г. – 29,5, в 1993 г. – 49,4, в 1994 г. – 54,9. О криминогенности психических аномалий говорит и такой факт, что в Тверской области за последние пять лет число судебно-психиатрических экспертиз выросло вдвое [25].

Вопрос о личности преступника с психическими аномалиями давно привлекает внимание исследователей. Изучение личности преступников с психическими аномалиями позволит установить удельный вес представителей отдельных нозологических групп среди них, связи между видами аномалий и видами преступного поведения, между возрастом правонарушителей и распространенностью и видом патологии, влияние последней на занятость, наличие и уровень квалификации, семейное положение, рецидив преступлений и мелких правонарушений, совершение преступлений в группе и т.д. Однако как отсутствие специальности, семьи, постоянное употребление алкоголя и др. еще далеко не полностью объясняют причины совершения преступлений, так и учет психических аномалий не может дать удовлетворительный ответ на тот же вопрос. Из данных факторов необходимо выделить и адекватно оценить тот, который играет ведущую роль. Сделать это без обращения к психологическим особенностям личности невозможно, а применительно к тем, у кого нарушена психика, всегда следует ориентироваться на те психологические черты, которые детерминированы этими нарушениями, в совокупности с теми, которые не затронуты ими.

В отечественной криминологии наиболее обстоятельно изучена личность психопатов. Под психопатиями следует понимать патологические состояния, характеризующиеся дисгармоничностью психики, связанной, главным образом, с нарушениями в эмоционально-волевой области при относительной интактности интеллекта. Психопатия представляет собой патологический вариант характера, от особенностей которого страдают и сам больной, и окружающие. Психопатии присущи выраженность патологических черт личности до степени, нарушающей адаптацию; тотальность психопатических особенностей, определяющих весь психический облик индивида; их относительная стабильность, малая обратимость[12,190].

Психопатия является результатом неспособности усвоить определенное поведение, необходимое для нормальной жизни. Поведение психопата – преимущественно аморальное и антисоциальное, характеризующееся импульсивными, безответственными действиями, направленными на немедленное удовлетворение возникающих нарцисстических интересов, без учета возможных последствий этих действий и без последующего чувства тревоги и вины.

Психопатия представляет собой существенный криминогенный фактор. У психопатических личностей имеется комплекс эмоциональных, волевых интеллектуальных особенностей, благодаря которым внешние факторы среды могут облегчать совершение преступления. Психопатическая структура личности проявляется в легкости включения в криминальное поведение, выборе способа совершения преступления, поисках средств самозащиты и т.п.

В настоящее время выделяют следующие группы психопатий: возбудимые, тормозимые, неустойчивые, истерические, паранойяльные и мозаичные.

Самую большую группу среди психопатов из числа преступников составляют психопатические личности возбудимого круга. Они характеризуются вспыльчивостью, раздражительностью, легким возникновением приступов гнева, ярости, аффективными разрядами по любому, даже незначительному поводу, периодическими возникающими расстройствами настроения. Многие из них отличаются обидчивостью, жестокостью, угрюмостью, склонностью к накоплению отрицательных переживаний, злопамятностью, злобно-раздражительным фоном настроения.

Уровень интеллектуального развития данной группы различен: от пограничной умственной отсталости до высокого интеллекта с достаточным запасом общих сведений и знаний, хорошей ориентацией в практических вопросах, осведомленностью в правовых нормах; многие имеют высшее, среднее специальное и среднее образование. Мышление возбудимых психопатов независимо от их интеллектуального уровня в значительной степени подвержено влиянию аффективных моментов. Это проявляется в пристрастных оценках, аффективной логике, искажении хода рассуждений, особенно в зоне личностно-значимых тем. Отмечаются вязкость, обстоятельность мышления, застревание на темах, связанных с аффективно окрашенными переживаниями. Принятие решений в нейтральных ситуациях может происходить у этих лиц с учетом обстановки, прошлого опыта, в соответствии с интеллектуальными способностями. В конфликтных ситуациях, спектр которых для психопатических личностей возбудимого круга очень расширен, действия часто принимают импульсивный характер, прогноз их возможных последствий минимален или вообще отсутствует. Главной особенностью данной группы лиц является взрывчатый модус реагирования на внешние препятствия, преграды, противодействие их притязаниям. Большинство противоправных действий, совершенных ими, было направлено против личности (убийства, нанесение телесных повреждений, изнасилования). Немного меньшая доля приходится на корыстные и корыстно-насильственные преступления и преступления против общественного порядка, включая хулиганские действия.

Следующей по распространенности среди преступников формой психопатии является истерические психопатия. Лица, входящие в эту группу, отличаются, прежде всего, специфической интрапсихической переработкой переживаний, формирующей внутренне пустую «оболочку личности», постоянно заполняемую новыми внешними впечатлениями и маскируемую с помощью разнообразных ухищрений. Основными признаками истерической психопатии являются эгоцентризм, театральность, демонстративность, «жажда признания», лживость, склонность к фантазированию, внушаемость. Истерическим психопатам также присущи эмоциональная неустойчивость, обидчивость, вспыльчивость, возникновение сверхценных идей сутяжного содержания.

Интеллектуальные проявления истерических психопатов характеризуются поверхностными и отрывочными знаниями, маскируемыми в ряде случаев красочностью речи, необычностью суждений и интересов. Среди них немало лиц с высшим, средним специальным и средним образованием. Мышление истерических психопатов образное, с высоким уровнем обобщений, незрелостью и поверхностью суждений, преобладанием эгоцентрической трактовки событий, опорой на неожиданные признаки предметов и понятий; аффективными «соскальзываниями». Поведение определяется в основном ситуативными моментами, какое-либо планирование, реальное прогнозирование подменяется нереалистическими фантазиями, исключающими, в частности, отрицательное развитие событий. Большинство преступных действий, совершаемых истерическими психопатами, составляют преступления против собственности, среди них значительный процент приходится на мошеннические действия, а также преступления против личности.

Тормозимая психопатия включает в себя астеническую, шизоидную и психастеническую психопатию.

Астенические психопаты отличаются общей нервной слабостью, повышенной утомляемостью, робостью, чрезмерной чувствительностью и впечатлительностью, неуверенностью в себе, чувством собственной неполноценности, застенчивостью, слабохарактерностью.

Основной признак шизоидной психопатии – аутизм, проявляющийся в отторженности, замкнутости этих лиц, погруженности в себя, высоком уровне рефлексии, ориентации на свои переживания. Шизоидные психопаты отличаются повышенной чувствительностью, ранимостью, мимозоподобностью, сочетающимися с внешней холодностью, отчужденностью, недостаточностью сопереживания. Эмоциональные реакции часто носят парадоксальный, неожиданный для окружающих характер. Среди шизоидных психопатов выделяется группа экспансивных шизоидов, эмоционально холодных, настойчивых в достижении своих целей.

Главными чертами психастенических психопатов являются неуверенность в правильности своих поступков и решений, постоянная готовность к реакциям тревоги, робость, нерешительность, застенчивость, трудность принятия самостоятельных решений, особенно в ситуациях неопределенности. Наряду с основными чертами каждого из вариантов тормозимой психопатии у них наблюдается факультативная симптоматика с истерическими формами реагирования.

Формальные показатели интеллекта у лиц данной группы – средние и высокие. Примерно половина преступников с тормозимой психопатией имеет высшее, среднее специальное и среднее образование. Лиц с начальным образование в группе тормозимых психопатических личностей практически нет. Данных лиц отличает своеобразие мышления: трудность выделения существенного, главного, использование маловероятных признаков предметов и понятий, склонность к рассуждательству, которое иногда принимало отвлеченный характер. Принятие решений сопровождается длительным обдумыванием сложившейся ситуации и своих действий, перебором возможных вариантов, при этом часто, чем более длительно и основательно обдумывание, тем более нелепым, с житейской точки зрения, оказывается избранный вариант поведения. В наибольшей степени страдает прогноз развития событий, возможных последствий своих действий. Большинство противоправных действий в этой группе направлено против общественного порядка, преступления против личности (при этом насильственные преступные действия отличаются тяжестью содеянного), преступления против собственности.

Большую группу среди преступников, страдающих психопатией, составляют неустойчивые психопаты. Основными их признаками являются неорганизованность, легкомыслие, безволие, внушаемость, непереносимость какой-либо внешней регламентации их образа жизни, неспособность к целеустремленной деятельности, жажда новых впечатлений и развлечений. Поведение неустойчивых психопатов носит преимущественно ситуационный характер, они не имеют каких-либо отдаленных планов, не задумываются о будущем. Преступления неустойчивыми психопатами совершаются в основном группами. Интеллектуальные способности в этой группе различны: 38 % испытуемых имеют высшее, среднее специальное и среднее образование. Их социальная судьба во многом зависит от внешних воздействий и обстоятельств. При неблагоприятных условиях, даже при наличии высшего образования, они не удерживаются на достигнутом уровне, меняют места работы, опускаясь до неквалифицированных профессий. Психопатические личности неустойчивого круга совершают, как правило, корыстные преступления, преступления против общественного порядка.

Для паранойяльных психопатов характерны ригидность аффекта и мышления, застреваемостъ на определенных идеях и представлениях, эмоциональная напряженность переживаний, нетерпимость к субъективно трактуемой несправедливости, односторонность, узость интересов и увлечений, склонность к формированию логически неправильных умозаключений, нетерпимость к противодействию. Аффективная ригидность способствует не только застреванию на отрицательно окрашенных переживаниях, враждебности к определенным лицам, но и длительным переживаниям собственных успехов и достижений. Поэтому этих лиц отличает повышенная самооценка, неадекватно завышенный уровень притязаний. Эгоцентрические притязания, не находящие отклика у окружающих, способствуют постоянному переживанию несправедливости. Эти лица отличаются повышенной обидчивостью, подозрительностью. Лицам с паранойяльным развитием свойственны схваченность доминирующими переживаниями, некорригируемость сформировавшихся сверхценных и бредовых идей и представлений. Интеллектуальный уровень данной группы выше, чем в других группах психопатических личностей. Большинство противоправных действий паранойяльных психопатов направлено против общественного порядка и против личности и носят тяжкий насильственный характер.

В ряде случаев психопатическая структура личности может состоять из разнородных психопатических проявлений, которые отнесены к так называемой мозаичной психопатии.

Рассмотрим психопатические особенности преступников-алкоголиков, поскольку связь алкоголизма и преступности не вызывает сомнения. Направленность на систематическое употребление спиртных напитков морально разложившейся личности алкоголика становится его главной ценностной ориентацией. Для ее удовлетворения алкоголик готов на совершение корыстных преступлений. Алкоголизм выступает причиной агрессивности, грубости, порождающих насильственные и хулиганские преступления.

Алкоголизм ведет к распаду, деградации личности. Влияние болезненного злоупотребления спиртными напитками накладывается на личность «доболезненного» периода, развивает, обостряет или, напротив, разрушает те ее черты и особенности, которые у нее существовали ранее. Начинается их новое движение на основе того, чем уже обладал человек.

Алкоголизация представляет собой длительный процесс. В начальной стадии алкоголизма у некоторых правонарушителей преобладают повышенная возбудимость, несдержанность, нетерпеливость, придирчивость, нередко выраженная утомляемость со снижением работоспособности. У других выявляются легкие депрессивные нарушения настроения. Во второй, развернутой, стадии алкоголизма формируется так называемый алкогольный характер, усиливается аффективная окраска всех переживаний со склонностью к полярным аффектам. Характерны повышенная эмоциональная откликаемость и зависимость настроения от внешних влияний. Особенности усиленной аффективности, повышенная внушаемость с легко возникающими реакциями оппозиции, лживость с подкупающей непосредственностью в манере общения.

В последней, конечной, стадии алкоголизма усиливаются прежние и появляются новые личностные изменения. Аффективные и волевые расстройства приобретают форму грубости, злобности, агрессивности, цинизма, либо преобладают состояния вялости, апатии, тупой эйфории, беспечности и сниженнослезливого настроения. Резкое обеднение личности проявляется в стирании прежних характерологических черт, в том числе и приобретенных психопатоподобных изменений.

Среди аномалий психики у правонарушителей-алкоголиков значительное место занимают расстройства, возникающие вследствие черепно-мозговых травм. Их последствия в основном проявляются различными формами астении (психической слабости), психопатоподобными изменениями личности. Эти изменения психики могут сочетаться с другими видами психических аномалий (психопатия, олигофрения и т.д.), образуя сложные по своим клиническим проявлениям симптокомплексы и изменения характера.

Для криминологических исследований представляют особый интерес такие черты алкоголиков, как подозрительность, недоверчивость, повышенная мнительность, необоснованная ревность, готовность к болезненной фиксации ошибочных утверждений. Эти патопсихологические особенности лежат в основе многих насильственных преступных действий.

Спецификой отличается женский алкоголизм. Он развивается преимущественно у лиц с узким кругом интересов, ограниченными семейно-бытовыми связями.

Динамика течения алкоголизма у женщин оказывается более злокачественной, с быстрым развитием морально-этической деградации, резким сужением круга интересов, огрублением, утратой черт женственности в сочетании с циничностью, угасанием родственных привязанностей, интеллектуальным снижением, патологической лживостью. Изучение многократно судимых женщин, страдающих алкоголизмом, показывает, что многие из них не знают, где находятся их дети, живы ли их родители, не имеют планов на будущее. Их успешная ресоциализация очень трудна.

В ходе одного эксперимента была обследована большая группа правонарушителей с различными психическими аномалиями. Все обследуемые ими по поведенческим характеристикам были разделены на две группы. В первую группу вошли лица, отличающиеся внешней пассивностью, безынициативностью, бездеятельностью и подчиняемостью, а во вторую – те, кто проявлял достаточную активность, в том числе в организации неформальных групп с антиобщественным поведением и объединением вокруг себя других правонарушителей, склонных к подчинению[13,48].

Изучение позволило установить, что среди всех обследованных можно выделить лиц с преобладанием астенических или стенических особенностей. Первым их них присущи такие черты, как неуверенность, повышенная обидчивость, ранимость, быстрая смена настроения, сниженная сопротивляемость отрицательным ситуационным воздействиям в сочетании с выраженными признаками общей дезадаптации. Для второй группы характерны открытое пренебрежение к социальным нормам, игнорирование правил поведения, реакции протеста. У них не возникает переживания о совершенных поступках, снижены способности к эмоциональному отклику, повышенные самооценка и активность помогают сплачивать вокруг себя группы.

Первой группе присущ довольно широкий спектр психических отклонений, явившихся следствием воздействия на центральную нервную систему черепно-мозговых травм, инфекционных заболеваний, хронического алкоголизма. Негативно действовал на них их образ жизни, включающий систематическое пьянство, правонарушения, нередко бездомное существование и т.п. Все это приводило к личностным психическим изменениям, а иногда и к интеллектуальному снижению.

У лиц с астеническими особенностями указанные отклонения органического происхождения характеризуются психической раздражительностью, сочетающейся с быстрой психической и физической истощаемостью. Вспышки раздражения в результате психотравмирующих воздействий, как правило, носят непродолжительный характер и быстро заканчиваются раскаянием и сожалением по поводу случившегося. Отмечается нерешительность, легко возникают различные тревожные опасения и реакции слабодушия с проявлением обидчивости и слезливости. У таких лиц часты головокружения, рассеянность, забывчивость, головные боли, бессонница. Эти состояния связаны с внешними воздействиями, такими, как перепады погоды, с психотравмирующими и другими моментами. Таким личностям присущи признаки дезадаптации, которые выражаются в срывах, поломке приобретенных в течение жизни защитно-компенсирующих функций, обеспечивающих временное уравновешивание между личностью с астеническими особенностями и средой и перестающих выполнять эту роль. В большинстве случаев под влиянием психотравмирующих обстоятельств признаки декомпенсации достигают степени психопатологических расстройств и перерастают в реактивные состояния с преобладанием депрессии, вялости, апатии, суицидальных мыслей. Внешне это проявляется в уединении, двигательной заторможенности, склонности к слезливости, высказываниях о бесперспективности дальнейшего существования.

При клинико-психическом обследовании лиц с наличием ряда стенических особенностей (в рамках первой группы) были выявлены психические расстройства несколько иного содержания. В их основе также лежат сложные психические изменения травматического поражения центральной нервной системы. Однако обнаруженные психопатоподобные расстройства чаще всего определяются взрывчатостью. Клиническая картина характеризуется выраженной возбудимостью, готовностью к бурному реагированию с возможной агрессивностью. При сочетании с истерическими проявлениями прослеживается стремление к оригинальности, превосходству, признанию со стороны окружающих и желание казаться больше, чем есть на самом деле. Но это всего лишь маска, за которой скрывается свойственная травматическому поражению центральной нервной системы астения с характерной повышенной утомляемостью и истощаемостью, приводящей к дезадаптации, что оказывает заметное влияние на поведение таких лиц. Личностные реакции таких лиц, как правило, кратковременны, эмоциональный заряд быстро истощается и сменяется нередко выраженными депрессивными расстройствами с подавленностью, унынием, слезливостью, повышенной обидчивостью, опасениями за свое здоровье. Такие лица отличаются конфликтностью, неуживчивостью и вместе с тем внушаемостью и невозможностью к длительному волевому напряжению.

Своеобразное поведение лиц с нарушениями адаптации часто воспринимается окружающими как странное и служит основанием для насмешек. При этом безропотность, боязливость и подчиняемость, фиксация на своих внутренних переживаниях или внешне немотивированная раздражительность, вспыльчивость используются некоторыми лицами с отрицательной направленностью поведения в целях подчинения их своему влиянию, что способствует совершению ими правонарушений в составе группы. Астенические личности при наличии дезадаптации обнаруживают способность к накоплению различных психотравмирующих переживаний и изменению свойственных им подчиняемости, повышенной ранимости, восприимчивости и недостаточной инициативности в черты повышенной возбудимости, злобной раздражительности и внешне немотивированной агрессивности. Это нередко выливается в подталкивающие моменты в механизме противоправных действий этих лиц, которые иногда могут быть направлены не на объект притеснения, а на случайных людей.

Преступники-олигофрены чаще всего совершают изнасилования, хулиганские действия, мелкие кражи. Многие их них легко подчиняемы и поэтому нередко выступают в качестве исполнителей преступлений. Их мышление характеризуется такой особенностью, как конкретность, которая выражается в том, что они устанавливают связи между явлениями действительности по формальным признакам и, как правило, не способны к абстрактному мышлению. Ими в основном усваиваются и используются понятия, имеющие конкретно-предметное значение. Такие мыслительные операции, как анализ, синтез и обобщение, а также вероятностное прогнозирование, для них труднодоступны. Поэтому они очень плохо, односторонне усваивают содержание социальных, нравственных норм, регулирующих отношения между людьми. Это затрудняет адаптацию олигофренов, приводит к конфликтам со средой, которые они обычно разрешают с помощью самых простых и приводящих к мгновенному результату средств, например, насилия. В связи с нарушениями мыслительных процессов они не всегда способны адекватно оценить складывающиеся ситуации и предвидеть последствия своих поступков.

Память олигофренов недостаточна как для запоминания, так и для воспроизведения. В связи с этим они редко строят свое поведение с опорой на прошлый опыт, который плохо усваивают и который обычно состоит из конкретных знаний примитивно-бытового характера. В этом одна из главных причин их рецидивного преступного поведения, повторных нарушений режима в период отбывания наказания в местах лишения свободы.

Интеллектуальное снижение, находящее, в частности, выражение в скудном запасе знаний, дефектах речи, манере вести себя, внешнем облике и т.д., существенно ограничивает социально-психологические контакты олигофренов, нередко вызывает озлобление и замкнутость. У них формируется аутичность как способ психологической защиты. Окружающий мир воспринимается ими как непонятный и даже враждебный. Эти установки вызваны во многом отношением к ним окружающих, особенно в подростковом возрасте. Аутизация олигофренов представляет собой не просто уход в себя, а бессознательное формирование дистанции между собой и средой. Однако среда обладает для них большой мотивирующей силой, и поэтому их поведение в значительной мере управляется внешними воздействиями. Это весьма затрудняет усвоение олигофренами социального опыта, подавляет его регулирующие функции, способствует нарушениям интеллектуального и волевого самоконтроля, а также усиливает конфликты с внешним миром.

Среди различных типов олигофренов выделяются два: дисфорический и психопатоподобный.

Для олигофренов дисфорического типа, наряду с интеллектуальным дефектом, характерными являются частые колебания настроения, легкая возбудимость, расторможенность, импульсивность. Под дисфориями следует понимать преимущественно спонтанно возникающие, относительно кратковременные расстройства настроения, чаще тоскливо злобной окраски, нередко сочетающиеся на высоте приступа с состоянием неясного сознания. Указанные расстройства настроения внешне не мотивированны и сочетаются с повышенной возбудимостью, невыносливостью к сильным раздражителям, недостаточно ясным восприятием окружающего и чувства страха.

Среди олигофренов психопатоподобного типа с асоциальными тенденциями наиболее часто встречаются два основных варианта олигофренического дефекта: истеро-возбудимый и астенодистимический. Первой группе свойственны грубость, повышенная обидчивость, эгоистичность, вязкость и назойливость, лабильность настроения. Состояния аффекта протекают со злобой, негодованием, яростью, сопровождаются демонстративными угрозами окружающим, кратковременным двигательным возбуждением, утрированной примитивной мимикой. Они слабо учитывают ситуативные факторы. Лица этой группы склонны в сложных конфликтных ситуациях к реактивным состояниям.

При астенодистимическом варианте типичны дифференцированные формы поведения с явлениями робости, смущения, нерешительности, пугливости страха, непереносимости сильных раздражителей, растерянности в непривычных ситуациях, тоски, подавленности. На фоне общей заторможенности у ряда лиц этой группы наблюдаются периодические маломотивированные состояния возбуждения, протекающие по типу бурных аффективных разрядов, примитивной ярости с разрушительными, агрессивными тенденциями. Доминирующие у них в мотивационной сфере элементарные потребности не могут реализовываться из-за различных препятствий, что способствует усилению аффективно-отрицательных переживаний и реакций протеста, принимающих зачастую антиобщественный характер (кражи, бродяжничество и т.д.).

Выявление особенностей криминологической характеристики личности с психическими аномалиями является важной задачей, т.к. без этого невозможно во всей полноте представить себе проблему преступности лиц с психическими расстройствами, эффективно вести работу по ее предупреждению, а также предотвращению и пресечению преступной деятельности таких лиц.

Механизмы приобретения и проявления психических аномалий. Ранее уже говорилось о том, что основной причиной криминогенности лиц с психическими аномалиями является невозможность или низкая способность к социальной адаптации. В симптоматике психопатологий выделяются несколько факторов, являющихся одновременно следствием и причиной психических девиаций.

Ведущим фактором в этой группе считают тревожность, которая определяется как индивидуальная психологическая особенность, состоящая в повышенной склонности испытывать беспокойство в самых различных жизненных ситуациях, в том числе и таких, общественные характеристики которых к этому не располагают. Тревожность может рассматриваться в качестве общей синдромальной (синдром – совокупность проявлений заболевания) характеристики большинства психических аномалий. Любое отклонение, нарушение в психике неизменно вызывает ощущения субъективной дезадаптированности, повышенные переживания страха, неуверенности, беспомощности, уязвимости. Это иногда вызывает уход в себя или из общества, от людей («биологический» – самоубийство, «социальный» – бродяжничество) либо активную защиту в виде агрессии. В подавляющем большинстве случаев источники, природа, смысл названных переживаний не охватываются сознанием, что особенно характерно для лиц с нарушенной психикой.

Теория тревожности как объяснительная схема причин преступного поведения получила большое распространение в криминологии. В основе ее лежит идея о том, что преступное поведение детерминируется неблагоприятными условиями формирования и развития личности в детстве в родительской семье. Они в основном заключаются в психической депривации ребенка, его эмоциональном отторгании матерью и отцом. В дальнейшем это приводит к возникновению необратимых психологических особенностей: общей неуверенности индивида в жизни, ощущении неопределенности своих социальных статусов, тревожных ожиданий негативного воздействия среды. По мнению психологов, отвергание создает у ребенка психологическое состояние полностью не осознаваемого страха смерти. Гипотеза такова, что на самом высшем уровне вызывается страх смерти, который преодолевается, компенсиуется путем агрессивных действий, носящих характер защиты от внешней агрессии. Все это, образно говоря, защита своего биологического бытия. Именно в этом и состоит личностный смысл большинства насильственных преступлений. На низшем уровне тревожность порождает общую неуверенность человека в своем социальном существовании, месте в жизни, в своей социальной определенности. Совершение корыстных преступлений путем реального приобретения материальных благ позволяет временно снять психотравмирующие переживания. Можно сказать, что в этом заключается охрана своего социального бытия.

Таким образом, охрана, защита, подтверждение собственного бытия – биологического и социального – представляют, как и можно полагать, личностный смысл большинства преступлений, и это можно рассматривать в качестве гипотезы о причинах преступности в целом.

Однако наличие такого свойства личности, как тревожность, вовсе не означает обязательной криминогенности личности, фатальности преступного поведения. В большинстве случаев неблагоприятные последствия данного свойства успешно снимаются надлежащим воспитанием, хорошими социальными установками.

Различается ситуативная и личностная тревожность. И если первая проявляется в определенной жизненной ситуации, то вторая представляет собой устойчивое свойство личности.

Ситуативная тревожность – свойство, обнаруживающееся в ситуациях неопределенной опасности и проявляющееся в ожидании неблагополучного развития событий. В отличие от страха как реакции на конкретную угрозу, тревожность представляет собой генерализованный, беспредметный страх. Она часто бывает обусловлена неосознаваемостью источника опасности. Она может проявляться как ощущение беспомощности, неуверенности в себе, бессилия перед внешними факторами, преувеличение их могущества и угрожающего характера. Поведенческие проявления тревоги заключаются в общей дезорганизации деятельности, нарушающей ее направленность и продуктивность. Под влиянием тревожности происходит искривление отражения индивидом окружающей действительности, возникает новая иерархия мотивов поведения, в которой главным становится мотив, вызывающий тревожность. Возникает неудержимое стремление к компенсации стрессового состояния любой ценой. И ценой этой легко могут оказаться жизнь и здоровье человека.

Вторым по значению криминологическим фактором, присущим психическим аномалиям, является внушаемость.

Современная наука определяет внушаемость как восприимчивость индивида к разного рода психологическим воздействиям на личность, в результате которых субъект усваивает внешние для него побуждения, оценки, формы поведения. При этом у субъекта, подверженного внушению, отсутствуют критичность к воспринимаемому материалу, возможность произвольной коррекции внушенного содержания.

Исследования показали, что внушаемость находится в прямой зависимости с состоянием психики индивида. Здоровая психика наиболее резистентна к внушению, и, наоборот, у лиц с психическими отклонениями в виде психопатий, умственной неполноценности способность противостоять внушению очень слаба. Так, 40,5 % умственно отсталых с олигофренией в степени дебильности руководствовались в своих преступных действиях суггестивными мотивами.

Механизм внушаемости не сложен. Эмоциональный дискомфорт, неуверенность в себе заставляют внушаемого «пускаться на поиски» авторитета, фетиша, чтобы «скопировать» у этого предмета, человека недостающие качества либо «приобщиться» к ним иным образом. Таким образом, психика внушаемого все время находится открытой внешним воздействиям. При умственной недостаточности внушаемых их психика открыта для бессознательного внушения в силу отсутствия природных механизмов защиты от подобного рода воздействий.

В дальнейшем поведенческие мотивы внушаемого заменяются на суггестивные мотивы авторитета литературного или киногероя, реальной личности. Очевидно, что чаще всего это используется криминальными «авторитетами», а внушаемые становятся их бездумными исполнителями, а порой и «козлами отпущения», на которых можно свалить вину за содеянное.

Статья 40 УК РФ 1996 г. определяет психическое принуждение в качестве обстоятельства, исключающего преступность деяния. Уголовная практика пошла по пути признания гипноза как одного из методов психического принуждения. В связи с этим встает вопрос о разграничении случаев внушения как обстоятельства, не исключающего вину обвиняемого, и гипноза, при котором обвиняемый становится лишь орудием совершения преступления. Большинство преступлений, совершаемых внушаемыми людьми, имеют внушаемого именно в качестве своего субъекта, т.к. в момент совершения преступления обвиняемые объективно сохраняли возможность контролировать свои действия, хотя такая возможность была субъективно затруднена суггестивными психологическими установками. Безусловно, что в этом ключе внушаемость как свойство личности несет определенное криминогенное значение.

Жестокость, агрессивность, ригидность выступают более в качестве следствий, проявлений психических аномалий в личности.

Их проявлению может способствовать целый ряд психологических свойств и черт личности. Среди них: эмоциональная или интеллектуальная неспособность к сопереживанию, эгоцентризм, эмоциональная холодность, интеллектуальная тупость, фанатизм, схваченность доминирующей идеей, внушаемость, пассивная подчиняемость, депрессии. Все эти свойства в наибольшей степени присущи личностям с психическими патологиями.

По большому счету, данные свойства можно отнести к внешним проявлениям действия механизма компенсации в девиантной психике личности. При длительной невозможности удовлетворения определенной личностно значимой потребности у таких лиц накапливается психическая энергия. Она-то и становится причиной проявления как жестокости, агрессивности, так и ригидности, т.е. невозможности эмпатии вследствие блокирования данной энергией ее механизмов.

Представляется бесспорным, что преступность лиц, имеющих дефект психики, – проблема важная, вызывающая определенные сложности как в теоретическом, так и в практическом плане. Изучение криминогенных черт личности преступника позволяет во многом объяснить механизм преступного поведения таких лиц, ибо:

1) криминогенная значимость психических расстройств может быть прослежена как на разных этапах жизни конкретного правонарушителя, его воспитания, социализации, так и в отдельных действиях в конкретных жизненных ситуациях;

2) психические отклонения препятствуют усвоению социальных норм, регулирующих поведение людей. Если значительная часть преступников находится в социально-психологической изоляции от общества, то преступники с психическими аномалиями отчуждены еще больше, т.к. расстройства психики во многих случаях встают барьером между ними и обществом. Эти расстройства не дают им в должной мере устанавливать дружеские связи, необходимые отношения с представителями противоположного пола (особенно олигофренам), успешно адаптироваться в новой среде. Поэтому можно утверждать, что преступники с психическими аномалиями – наиболее дезадаптированная, отчужденная часть правонарушителей;

3) наличие психических аномалий предопределяет особенности реагирования на определенные жизненные ситуации. Реакции лиц с такими аномалиями более острые, более быстрые, чем у здоровых людей, они проще вовлекаются в преступную деятельность, в том числе групповую. Поводами, актуализирующими преступные действия, могут выступать ничтожные обстоятельства, которые остальными обычно не принимаются во внимание. Насильственные действия преступников с психическими аномалиями носят, как показывают исследования, особенно разрушительный, уничтожающий характер, причем жертвами могут быть и лица, не имевшие к конфликту отношения;

4) гораздо чаще, чем у здоровых, мотивация преступного поведения у таких лиц является бессознательной, а само поведение менее опосредовано.

Все вышесказанное позволяет говорить о крайней необходимости специальной, социально-психиатрической и ранней профилактики.

<< | >>
Источник: Михаил Хурчак. Криминология. Общая часть: Конспект лекций. 0000

Еще по теме Лекция 12 Личность преступника с психическими аномалиями:

  1. оглавление ВВЕДЕНИЕ........................................................................................................................................ 4 Глава 1. Психолого-криминологическая характеристика личности несовершеннолетнего преступника.................................................................................................................................... 9 1.1. Психолого-криминологические особенности формирования личности несовершеннолетнего преступника.................
  2. Некоторые аномалии личности с точки зрения православной психологии.
  3. Тема 8. Психология личности преступника
  4. Понятие личности преступника.
  5. 3.1. Понятие личности преступника
  6. 1. Понятие личности преступника
  7. 2. Личность преступника
  8. 2. Структура личности преступника
  9. §1. Существует ли «личность преступника»?
  10. § 1. Существует ли «личность преступника»?
  11. § 3. ВИНА И ЛИЧНОСТЬ ПРЕСТУПНИКА
  12. § 3. Психологические черты личности преступника
  13. Типология личности преступника.
  14. Тема 9. Психология личности преступника. Типология преступных личностей и мотивация преступного поведения
  15. 2. Личность преступника
  16. § 2. Формирование личности преступника
  17. 7.2. Психологические особенности личности преступника
  18. 4. Основные черты криминологической характеристики личности преступника
  19. Корыстный тип личности преступника.