<<
>>

Гуманистический оптимизм

ярко выражен в трудах замечательного библиографоведа и книговеда Исаака Григорьевича Моргенштерна (1932­2008), посвященных информационному обществу. Определив информаци­онное общество как «общество, уровень развития которого в решающей степени определяется количеством и качеством накопленной и используе­мой информации, ее свободой и доступностью», он особенно подчеркивал, что в нем должно господствовать «гуманистическое общественное созна­ние, когда большинство граждан целят и сохраняют права человека, пре­выше всего ставят общечеловеческие ценности». Процесс информатиза­ции, - уверял он, - «ведет к созданию благоприятной для человека инфор­мационной среды, всемерному развитию и использованию всех информа­ционных ресурсов, включающих накопленные и вновь формируемые зна- ния»[178]. Информационное общество будет «воспитывать умных людей, раз­носторонне и основательно образованных, понимающих сложность мира, противоречивость человеческой личности, необходимость обдуманности деятельности, но не лишенных от этого стимулов к творческому поиску, смелости, инициативности» (с. 118). Короче говоря, рисуется образ иде­ального человека в духе классического гуманизма XV-XVI вв., исповедо­вавшего свободное и всестороннее развитие личности и возрождение ан­тичных идеалов красоты, мудрости и справедливости.

Нестареющая гуманистическая правда, вдохновляющая некоторых идеологов информационного общества, пленяет благородством и бескоры­стием, но она имеет врожденный порок: утопизм. Многовековые попытки построения идеального общества неизменно заканчивались ложью и кро­вавыми трагедиями. Правда, в распоряжении прошлых гуманистов- реформаторов не было информационно-коммуникационных технологий, Интернета и мобильных телефонов, не было и опыта ведения информаци­онных войн и возможностей построить Коллективный Интеллект. Теперь времена переменились, но уязвимость гуманистической правды осталась прежней: есть возвышенная цель, но неизвестны пути и средства достиже­ния цели. Получается, как сказал великий поэт, «нас возвышающий об­ман», точнее - гуманистическая неправда. Гуманистическая неправда - это довод в пользу технократической правды, так же как технократический обман служит доводом в пользу гуманистической правды. Идея информа­ционного общества оказывается антиномией с двумя противоположными решениями: технократическим и гуманистическим.

Информационное общество как социальный миф и универсалия культуры. Сопоставляя технократические и гуманистические трактовки информационного общества, можно заметить, что правда гуманистов на­чинается там, где технократы впадают в заблуждение, и наоборот, правда технократии торжествует там, где дезориентируется гуманизм. Причем и те, и другие трактовки представляют собой не достоверные факты, а симу- лякры, т. е. «знаки, которые скрывают, что ничего и нет». Получилось так, что идея информационного общества сделалась средоточием антиномич- ного единства гуманизма и технократизма, оптимизма утопистов и скепси­са антиутопистов, недоверия высокомерной академической науки и небес­корыстной заинтересованности корпоративного капитала и политической элиты, наконец, - воплощением простодушной веры гуманитарной интел­лигенции и интеллектуалов-технократов в грядущее торжество общества информации и знания. Подобное переплетение правды и вымысла, скреп­ленное верой, характерно для любых мифологических явлений. Однако, в отличие от первобытной языческой мифологии, современная мифология нацелена не на гармонизацию человека, общества и природы, а на манипу­лирование массовыми аудиториями в интересах определенных социальных групп. По словам В.

Д. Шинкаренко, новейшие российские мифы символи­зируют такие «затертые слова с размытыми смысловыми границами», как «рынок», «демократия», «либерализм», «безработица - это благо» и т. п.[179] В этом ряду найдется место и для мифологемы «информационное общест­во», хорошо вписывающейся в социальную и политическую мифологию нашего времени. Чтобы избежать пустословия, уточним понятие информа­ционного мифа.

Обратимся к классическому философскому исследованию Алексея Федоровича Лосева (1893-1988) «Диалектика мифа» (1930). В итоге скру­пулезного осмысления различных аспектов мифа А. Ф. Лосев предложил

«окончательную диалектическую формулу»: миф есть в словах данная чу-

2

десная личностная история . Он расшифровывал эту формулу следующим образом: «миф есть слово о личности, выражающее и выявляющее лич­ность», «имя личности и есть то, что мы, собственно говоря, имеем в ми­фе», но миф не просто имя, а «чудесное имя, имя, говорящее, свидетельст­вующее о чудесах, имя, неотделимое от этих самых чудес, имя, творящее чудеса», поэтому в историческом плане «миф есть развернутое магическое имя».

Мифологическая формула Лосева вполне пригодна для идеи инфор­мационного общества. Информационное общество в наши дни, действи­тельно, стало магическим именем личности-фантома, о котором повеству­ются в словах чудесные, сотворенные им истории («гипотетическая суб­станция», «глобальная сущность», виртуальность, преобразующая цивили­зацию, и т. п.). Отталкиваясь от «диалектической формулы» А. Ф. Лосева, примем следующую частную дефиницию: Социальный миф - это вопло­щенный в слове символ, представляющий собой синтез (сплав) правды, ве­ры и вымысла. Как эта дефиниция согласуется с «глобальной» трактовкой информационного общества?

Напомню его. Информационное общество есть симулякр глобаль­ного постиндустриального интеллектно развитого социума, удовлетво­ряющего посредством машинных информационных технологий матери­альные и духовные потребности личности, социальных групп и государст­ва. Современные социогенные виртуальности («демократия», «либера­лизм» и т. д.), как правило, являются симулякрами, поскольку они создают видимость (симулируют) социальные явления, на самом деле отсутствую­щие. Идея информационного общества в виртуальной реальности также типичный симулякр, но переход к социализации идеи изменяет ее статус: бывший социогенный симулякр становится социальным мифом. Путь идеи информационного общества от виртуализации к социализации - это путь от симулякра к мифу.

Различие между симулякром и мифом заключается в том, что симу- лякр - это «знак, скрывающий, что ничего нет», а миф - это «знак, раскры­вающий, что что-то есть». Симулякр воспроизводит (симулирует) черты прошлой социальной реальности, ныне отсутствующей, а миф сочетает правду настоящего и вымысел о будущем состоянии социума. На этапе за­мысла идея информационного общества представляла собой научно­футурологическую гипотезу (см. исходную формулировку); на этапах культивации и утилизации идея достигла уровня симулякра (см «вирту­альную» и «глобальную» трактовки), теперь она должна получить соци­ально-мифологическое обличие. В итоге получаем:

<< | >>
Источник: Аркадий Соколов. Диалоги об интеллигенции, коммуни­кации и информации. 2011

Еще по теме Гуманистический оптимизм:

  1. 15.6 Гуманистическая психология
  2. Гуманистическая психология и астрология
  3. Гуманистический марксизм (B)
  4. В.А. Мальцев. Гуманистическая этика: ИСТОРИЯ И ПРОБлЕМЫ.2013, 2013
  5. “Личность” в гуманистической парадигме
  6. “Личность” в гуманистической парадигме
  7. “Личность” в гуманистической парадигме
  8. Гуманистическая критика церкви
  9. Личностный рост в гуманистической психологии
  10. Антифеодальный характер гуманистической идеологии.
  11. Гуманистическая правда и неправда.