<<
>>

Образ будущего: критика основных подходов к определению понятия.

1.2.2.

1.2.3. Педагог М.П. Щетинин, например, определяет образ будущего, как намеченное педагогом состояние развития своего подопечного \ ученика, при достижении которого реализуются оптимальным образом задатки ученика, его способности в границах нравственно допустимого [196]. Даже если мы «отфильтруем» специфически педагогические характеристики «образа будущего» из этого определения, оно все равно оказывается уже ограниченным. Во-первых, получается, что образ будущего может носить только нравственные, положительные ценностные черты.

Это уже не вполне соответствует действительности: само наличие эсхатологии в религиозной

традиции или регрессивистских представлений о развитии человечества подразумевают, что будущее может быть и ценностно-неприемлемым, нравственно «ущербным».

Однако в случае такого - педагогического - прочтения образа будущего мы оперируем некой «целью проекта», которая формируется вполне осознанно. Ее достижение планируется в результате использования определенных методов и инструментов.

С образом «естественного»[2] будущего такое «проектное» будущее имеет мало общего.

Хотя даже такое педагогическое инструментальное определение дает осознание очень важного момента. Образ будущего важен не для будущего, а, в первую очередь, для настоящего. Причем для «относительного настоящего», о котором мы уже говорили в предыдущем параграфе. Для того настоящего, которое постоянно сдвигается в прошлое, перемещаясь в будущее. Схожих позиций придерживается, например, А. Ослон, президент фонда «Общественное мнение»: «Среди представлений человека об устройстве мира - населенного вещами, явлениями, идеями, живыми существами и в том числе людьми, - особое место занимают представления о будущем. Они играют роль своеобразной призмы, через которую рассматривается настоящее и от которой в значительной мере зависит, что в настоящем следует признавать существенным, а на что не следует обращать внимания.» [160, с. 5].

Здесь мы вновь возвращаемся к ситуации, о которой также говорилось выше: будущее наполняется ценностными объектами, ориентациями, «судится» на основании моральных категорий. настоящего. В исторической науке аналогичный феномен оценки прошлого, исходя из современности автора, получил название презентизма. Фактически, анализируя весь материал нашей работы - от исследований футурологов до романов-антиутопий - мы постоянно будем сталкиваться с презентизмом, но ориентированным не в прошлое, а в будущее.

Наконец, есть третья оценка образа будущего как сформированного понятия: «Представить образ будущего - значит сделать прогноз, предсказать, к какой точке в воображаемом пространстве будущего будет тянуться ход событий от настоящего момента. Но предсказание, а тем более пророчество, не безучастно к будущему, оно его конструирует. Оно подталкивает ход событий к предсказанному образу.» [123]. На схожих позициях стоит и Е. Голоцан, который понимает «прогноз не в качестве предположения, а в качестве силы, влияющей на становление будущего. Рационально обоснованный анализ грядущего закладывает ориентиры для субъектов исторического процесса. История и футурология смыкаются в знаменитой теореме Томаса - “если человек определяет обстоятельства как действительные, они становятся действительными в своих последствиях”» [97].

Здесь мы можем отметить два принципиально важных отличия от озвученных ранее позиций: во-первых,

«конструирование» или «определение» будущего происходит в данной трактовке даже без сознательного проектирования.

Сам по себе прогноз определяет предрасположенность к такому будущему. Эта дилемма не верифицируема и не опровергаема в линейном времени. Для ее подтверждения или опровержения нам требуется, минимум, два опыта в абсолютно идентичной ситуации с идентичными условиями и субъектами. В одном случае нам необходимо лишить «экспериментальную группу» прогнозного знания. В другом случае - дать прогноз и определить, было ли искажение будущего и если было, то какое именно. Для этого требуется провести один из опытов, вернуться в прошлое и поставить второй опыт. С точки зрения современных представлений о физической картине мира задача не имеет решения, ее условие противоречит фундаментальным физическим законам. Задача теоретически решаема методами социально­психологического эксперимента, однако результаты при использовании таких методик окажутся весьма приблизительны в силу невозможности полной идентичности основной и контрольной групп и аналогичной невозможности абсолютной идентичности

ситуаций. Нам хотелось бы сразу отметить, что косвенным образом влияние «образа будущего» на настоящее и на развитие ситуации подтверждается, как минимум, двумя науками: физикой и

экономикой. В экономике фактором, оказывающим влияние на объем спроса, являются, в числе прочего, и «общественные ожидания» - то есть по сути своей малый фрагмент «образа будущего». В физике Ф. Гейзенбергом был сформулирован «принцип неопределенности»: «наблюдатель оказывает

воздействие на наблюдаемое». Для прогнозиста-футуролога будущее является наблюдаемым (к тому же существует некая сумма общественных ожиданий как надежд и опасений, связанных с будущим), он же является наблюдателем и посредством своего инструмента наблюдения (прогноза) влияет на наблюдаемое явление (будущее, представленное в ожиданиях).

Второе принципиально важное отличие приведенной выше цитаты из работы С. Кара-Мурзы заключается в том, что «будущее» - это не результат проекта и не мера восприятия и оценки настоящего. Будущее - это будущее, оно самоценно. Образ будущего ценен именно своей «предсказательной» природой.

Можно было бы отметить и еще одно следствие, не вполне точно определяемое из приведенных цитат. Образ будущего как проект означает оптимистические ожидания, проект предполагает позитивный результат. Образ будущего как предсказание играет роль, скорее, предостережения, а, следовательно, потенциально негативен в презентистской оценке настоящего. Роль предупреждения по отношению к негативному развитию событий закрепилась в человеческой культуре с достаточно древнего времени - ее можно проследить косвенным образом («на Бога надейся, но сам не плошай» - не конкретизированное упреждение негативного варианта развития событий) и прямым образом. В трактате Сунь Цзы «Искусство войны» (глава VIII) содержится следующий принцип стратегии: «Правило ведения войны заключается в том, чтобы не полагаться на то, что противник не придет, а полагаться на то, с чем я могу его встретить; не полагаться на то, что он не нападет, а полагаться на то, что я сделаю нападение на себя невозможным для него.» [8] - иными словами стратег не рассчитывает на благоприятный исход событий, а готовится к неблагоприятному.

Наиболее подходящее определение, на наш взгляд, было дано Л.В. Ракитянской: «мысленный, виртуальный образ,

воспроизводящий в символической форме основные черты будущего на основе философского смысла прошлого и будущего, играет особую роль в формировании культуры индивидуального и социального самосознания» [61, с. 17, 13].

Во-первых, данное определение указывает на необходимость «вербализации» образа будущего, передачи его символически. Во- вторых, подчеркивается, что образ будущего важен для формирования культуры самосознания (можно было бы добавить «и самоопределения также»). С другой стороны - и эта ошибка принципиальна! - в определении неявно подразумевается, что образ будущего символически выражает черты реального будущего. По крайней мере, ничего не сказано о том, что это будущее имеет только вероятностную предположительную

природу. И таким образом. общественные ожидания будущего, реализованные символически - в виде «образа будущего» формируют «культуру индивидуального и массового самосознания». А это индивидуальное и общественное

самосознание, отвечая на вопрос «кто мы и какое сейчас время» [61, с. 9] формирует образ будущего. Круг замкнулся.

Необходимо также отметить понятие, которое достаточно сложно разграничить формальными методами с понятием «образ будущего» - это «социальная перспектива». Б.С. Сивиринов определяет социальную перспективу как «единое, многомерное, динамическое поле социальной потенциальности., исследуя которое можно эффективно осуществлять социальное управление и социальный прогноз» [64, с. 12]. Данное, весьма расплывчатое, определение шире понятия образ будущего и включает его в себя: «социальное будущее [в форме видения социальной перспективы, прогноза, образа будущего в целом - прим. мое, И.Т.] является относительно самостоятельным социокультурным феноменом квазиреальной формы, выполняющим важные мотивирующие и социально-нравственные формы» [64, с. 9].

Как и Л.В. Ракитянская, Б.С. Сивиринов допускает в данном определении с нашей точки зрения принципиальную ошибку - не указывает на не-существование в актуальном времени будущего. Складывается ощущение, что социальное будущее, а не его причинность или некие формирующиеся черты существуют в актуальном настоящем. Впрочем, Б.С. Сивиринов при этом использует гибкую дефиницию «квазиреальности», которая компенсирует обозначенный недостаток.

1.2.4.

<< | >>
Источник: Тузовский, И. Д.. Светлое завтра? Антиутопия футурологии и футурология антиутопий. 2009

Еще по теме Образ будущего: критика основных подходов к определению понятия.:

  1. Образ будущего - понятие и основные черты.
  2. Образ будущего и образ прошлого, или футурология против истории.
  3. 1.1. Технология создания имиджа. Подходы в определении понятия феномена имидж. Основные типы и функции.
  4. 4.1 Многозначность термина «государство». Основные подходы к определению понятия государства
  5. Образ будущего, образ настоящего и физическая картина мира, или правы ли «физики» в обвинениях «переписываемой» истории?
  6. ОСНОВНЫЕ ПОДХОДЫ К ОПРЕДЕЛЕНИЮ ФУНКЦИОНАЛЬНЫХ СОСТОЯНИЙ
  7. Образ человека будущего.
  8. Образ будущего, социальная перспектива или «бустория»[1]?
  9. Теоретические подходы к определению понятия «доказательства»
  10. Единого подхода к определению понятия «компетенция» в юридической науке нет
  11. Дополнительные критерии «антиутопичности»: конкретизация образа будущего общества.
  12. Хаос постиндустриальных концептуализаций: к критике некоторых подходов
  13. Основные понятия и определения
  14. 3.1. ПОНЯТИЕ И ОСНОВНЫЕ ПОДХОДЫ К ТИПОЛОГИИ ГОСУДАРСТВА И ПРАВА
  15. Основные понятия и определения
  16. ПОНЯТИЕ ТОЛКОВАНИЯ НОРМ ПРАВА И ОСНОВНЫЕ ПОДХОДЫ К ЭТОМУ ПРОЦЕССУ