<<
>>

Сторонники парапсихологии заявляют, что есть жизнь после смерти

. И это они доказывают тем, что усопшие заявляют о себе через медиумов. Для Юнга в связи с этим возникают вопросы:

1. Это был призрак покойного или он сам?

2. Голос его ли был или чей?

3.

Знал ли мертвый о вещах, о которых говорил, или все это бессозна­тельное? (338. 107).

И эти вопросы, по Юнгу, не разрешимы разумом. Миф же как баль­зам и как общая память человечества способен предложить иные образы, благотворные и полные смысла картины жизни в стране мертвых (338. 113).

Смерть, по Юнгу, страшна психически. Она беспощадна, ибо отрыва­ет от нас человека. Мы теряем все связи с умершим. Все мосты разрушены. И самое обидное, по Юнгу, то, что те, кто заслуживал долгой жизни, умира­ют в расцвете лет, а ни к чему не пригодные живут до старости (338. 123) Это, конечно, спорное положение, иначе тогда бы не было прогресса, и мир

был бы полон дураков.

Нельзя поддаваться своим чувствам у одра усопшего. Иначе жесто­кость и бессмысленность смерти может так ожесточить нас, говорит Юнг, что мы решим, будто не существует в мире ни милосердного бога, ни спра­ведливости, ни доброты (338.

123). Он учит нас видеть мир благородными гуманистическими глазами.

Смерть не постоянное, а дискретное явление: и вообще, на смерть на­до смотреть с точки зрения вечности, тогда она покажется не такой безыс­ходной. Она покажется событием радостным, словно некая свадьба. .. В та­ком случае душа как бы обретает свою недостающую половину, она достига­ет полноты, (338. 124), т.е. воссоединяется с богом или с суженым, и становится гармонично целым, божественно мудрым. Стоически настроен­ный и одновременно боящийся смерти человек прогоняет мысли о ней.

Смерть - предмет слишком важный для стареющего человека. Он должен для себя уразуметь: что это такое? Ему нужен некий миф о смерти, иначе его ожидают лишь суждения "здравого смысла", которые не подсказы­вают ему ничего лучшего, кроме ожидающей его черной ямы.

"Отвергнув­ший миф шагает в ничто, а кто следует архетипу, идет по дороге жизни и по­лон жизни даже в момент смерти" (338. 113). Через скупые данные из снови­дений мы рассуждаем о жизни после смерти (338. 125). Если умершая мать явилась во сне, мы вопрошаем себя: "Что делать?" И мы судим о ее тепереш­ней жизни, и сами в честь ее души даем милостыню.

По Юнгу, не надо считать, что души мертвых знают больше после смерти, чем до смерти. Души мертвых знают лишь то, что знали до смерти и ничего, кроме этого. Сведений с этого света к ним не поступало. Отсюда, за­конно их желание знать: что в этом нашем мире живых происходит? Юнг по этому поводу писал: "Мне часто кажется, что они стоят у нас за спиною и ждут разрешения своих вопросов и разрешения наших судеб" (338. 115). Юнг, конечно, верит в переселение душ после смерти. И по его мнению, если мы сможем распредметить такой "черный ящик", как душа, то мы поймем тайны: феномен жизни до смерти и тайну процесса смерти.

Вместе с тем, человек еще до смерти должен готовиться к загробной жизни. Он должен иметь возможность сказать, что он сделал все, что в его силах, чтобы иметь какое-то представление о жизни после смерти или некий образ такой жизни, даже если это станет признанием его бессилия" (338. 108).

По Юнгу, "есть люди, которые не нуждаются в бессмертии и которых пугает сама мысль о том, что десятки тысяч лет они будут сидеть на облаке и играть на арфе" (338. 107), т.е. часть человечества хочет полной смерти и ни­каких трудов на том свете. "А еще, - продолжает Юнг, - есть люди, и их немало, с которыми жизнь обошлась так жестоко или которым так опротиве­ло собственное существование, что ужасный конец предпочитают они беско­нечному ужасу" (338. 107), т.е. они хотят поскорее покинуть мир земной юдоли, где они чувствуют себя сиротами, одинокими, непристроенными и неустроенными в этом холодном и злом мире.

Итак, обобщая идеи Юнга о смерти, мы можем сказать, что он подходит к данной проблеме через призму теории архетипов.

В архети­пах даны все истории прошлого; здесь же даны и разгадки поведения и мышления современного человека. Смерть каждого человека по форме факультативна, но содержание представлений о ней имеет опыт смерти многих поколений. И они даны нам неявным образом. Они спрессованы и загнаны в подсознание, в подпочву души. Логически дух, жизнь после смерти непредставима. Но Юнг утверждает, что "я должен считаться с фактом, что душа во все времена и во всех регионах утверждает опыт духов" (339. 282) Аналитическая психология, по Юнгу, заново "раска­пывает" образы фантазии бессознательного, отброшенные разумом. Эти образы относятся к природе в нас, т.е. глубоко запрятаны, загнаны ра­ционализмом (339. 245).

Первую половину жизни человек живет играючи. Второй половины жизни мы сторонимся. Впереди маячит страх (облик) смерти. Но смерть еще далека, а потому ее представляют несколько абстрактно. Просто, по Юнгу, в это время человеку надо найти свой "прицел" жизни, свое видение мира, т.е. сужение Самости. Поэтому-то и происходит переоценка ценностей, и это из- за подкрадывающейся старости. Изменение души приводит нас к француз­ской пословице: "Если бы молодость умела, если бы старость могла" (339. 196).

Опасно цепляться за жизнь на пороге смерти. Хотя редко, кто из лю­дей умирает сказав, что он достиг, чего хотел. Но нельзя переносить через порог старости неудовлетворенные притязания. Надо и вторую половину жизни и старость прожить целенаправленно, осмысленно.

Есть две причины, по которым радуются смерти:

1) как средство для окончания мучений;

2) вера в лучший загробный мир (339. 200-201).

В будущем возвращение человека к мышлению в элементарных об­разах, символах, т.е. к врожденным архетипичным идеям, к подпочве нашей души, их декодирование, объяснит опыт многих исторических и доисториче­ских людей; в том числе один опыт души, а именно - знание души о смерти.

С психотерапевтической точки зрения лучше считать смерть всего лишь переходным периодом к части еще неведомого большого и долгого процесса жизни.

Т.е. лучше так думать и умирать, говорит Юнг. Это нужно для успокоения, для душевной гигиены. Поэтому Юнг категорично заявляет: "Как врач я убежден, что, так сказать, гигиеничнее видеть в смерти цель, к которой нужно стремиться, и что сопротивление этому является чем-то не­здоровым и ненормальным, потому что оно делает вторую половину жизни бесцельной (339. 202). Детство и старость - время погруженности в бессозна­тельное, время - беспроблемности для себя и проблемности для других (339. 203). И к старости лучше вовремя умереть, чем твои проблемы станут обузой для семьи. И еще - лучше вовремя уйти из жизни, прежде, чем старческое бессознательное не перешло в бред, в болезни памяти и души. Лучше всего умереть, оставаясь в своей Самости (341. 314), в своем "Я", при своем харак­тере, при обозначенных целях и со своим смыслом жизни. Это следует из ра­бот Юнга, этому учит великий психоаналитик.

<< | >>
Источник: Шенкао М.А.. Основы философской танатологии. 2002

Еще по теме Сторонники парапсихологии заявляют, что есть жизнь после смерти:

  1. Почему день сменяет ночь? Что такое жизнь? Что такое смерть и что есть сон?
  2. ПОЧЕМУ ЛЮДИ ХОТЯТ ВЕРИТЬ В ЖИЗНЬ ПОСЛЕ СМЕРТИ?
  3. СМЕРТЬ С ПОЗИЦИИ ПАРАПСИХОЛОГИИ.
  4. Смерть - явление естественное в цепи жизни. Смерть одного есть начало жизни другого.
  5. Философ не видит никакого таинства в рождении и смерти (39, с. 32); их чередование в этом мире есть только смешение и разделение элементов (В 52), а вовсе не рождение и смерть в традиционном понимании:
  6. Сталин заявляет, вслед за Лениным, что «теория может превратиться в величайшую силу рабочего движения
  7. БАЛАШОВ Л.Е.. ЖИЗНЬ, СМЕРТЬ, БЕССМЕРТИЕ.1996, 1996
  8. 2. ЖИЗНЬ ПРОТИВ СМЕРТИ
  9. Что говорит парапсихология о великом ясновидце
  10. 6) О тайнах жизни после смерти.
  11. Надо понять, что такое человек, что такое жизнь, что такое здоровье и как равновесие, согласие стихий его поддерживает, а их раздор его разрушает и губит.