<<
>>

Психология даосизма.

Даосизм следует pассматpивать как сложное синкретическое образование, обладающее собственной психотехнической составляющей, с которой непосредственно связаны pитyально-литypгическая пpактика, религиозная философия, религиозная доктрина.

Вместе с тем указанные данные пласты не имеют достаточно четкого pазгpаничения ни на ypовне макpокyльтypы даосизма, ни на ypовне микpостpyктypы каждого из обозначенных отдельных структурных его элементов. В этом заключается синкретическая особенность китайского менталитета, проявившегося через даосское учение.

Не случайно даосизм опирается в своих представлениях о природе человека и мира на знаменитую «И-цзин» – «Книгу перемен». В ней, как считается, содержится абсолютная истина о возникновении всех вещей, об успешном завершении дел и выявлены закономерности всех изменений во Вселенной (говоря современным языком – «законы эволюции»). Само название «Книга перемен» подчеркивает, что она посвящена именно объяснению и выявлению закономерностей, следовательно, предсказаниям изменений во Вселенной. Отсюда ее не только объяснительный, но и гадательный аспект (по гексаграммам).

Основная идея «И-цзин» состоит в противопоставлении темного и светлого начал (единство и борьба противоположностей). Считается, что небо и земля – главные источники, порождающие все сущее. Представления о противостоянии противоречий в мире природы и обществе «И-цзин» рассматривает как результат взаимодействия двух противоположных сил – темного и светлого начал. «Книга перемен» рассматривает противоречивые отношения как повсеместно существующие. Также выражается представление о взаимном влечении и взаимном отчуждении.

Эта особенность «Книги перемен» имеет очень большую ценность с точки зрения психотерапии. Человек часто пользуется невротической защитой: «Для великого дела я мал, а для малого дела – велик». Надо научить его радоваться малым победам на пути к цели. Ничего не дается сразу, но, имея терпение и веру в успех, а также действуя, можно добиться очень многого («стратегия малых дел»). С другой стороны, это положение предостерегает, что маленькие послабления и недоработки могут привести к большим пагубным последствиям (как в английской пословице: «Маленькая течь топит большой корабль»).

В «Книге перемен» единство и борьба противоположностей обусловливается единством двойственных начал Инь и Ян – мужского и женского начала (и соответствующие им энергии), присутствующих во всем и в каждом.

Показателен отрывок из «Жизнеописания патриарха Люя» об одном из случаев в жизни даосского монаха Люй-Дун-биня (VII в. н. э.), где демонстрируется характер взаимодействия Инь и Ян.

«В Лояне жила кypтизанка по имени Ян Лю. Она считалась самой красивой женщиной столицы. Даосский монах решил поселиться в ее доме. Он часто делал ей пpекpасные подаpки, но никогда не спал с ней. Однажды ночью, когда она была пьяна, она попыталась соблазнить его. Монах ответил кypтизанке: "Возpастающие инь и ян в моем теле соединились. Они сочетаются бpаком, как люди, и я уже беременный; скоро y меня родится ребенок, как же я могу любить тебя? И более того, позволь сказать, что любовь внутренняя безгранично приятнее, нежели любовь наpyжная". После этих слов монах Люй-Дyн-бинь исчез»[54].

Инь и Ян постоянно присутствуют как ключевые во всех китайских оздоровительных системах, главной задачей которых является именно гармонизация этих энергий. С психотерапевтической точки зрения можно сказать, что неврозы, независимо от их внешних причин, вызывают нарушение этой гармонии и в свою очередь являются результатом этого нарушения. Поэтому практически все классические китайские оздоровительные системы являются одновременно и психотерапевтическими.

Согласно «И-цзин» считается, что не может существовать только темное начало без светлого или только светлое – без темного. Как бы мы могли распознать добро, если бы не знали, что такое зло?

Диалектическая психология «Книги перемен» продолжает свое развитие практически во всех философских и религиозных направлениях и школах Китая, и, в первую очередь, в даосизме.

Одним из основателей даосизма считается Ли Эрл, известный под именем Лао-Цзы (в переводе означает – «старый ребенок»). По легенде мама носила его под мышкой 72 года, поэтому он родился седой и мудрый. Однако некоторые исследователи считают, что такое прозвище он получил за свою психологию – он производил впечатление одновременно древнего мудреца и вечного ребенка, всегда открытого простому, свежему и светлому восприятию мира.

Исторически считается, что Лао-Цзы занимал должность хранителя архива при дворе династии Чжоу. Основной его труд – это «Дао дэ цзин», чей условный перевод означает «Книга пути и благодати» (хотя дословный перевод – «Книга пути и перемен»). «Дао дэ цзин» состоит из двух примерно равных частей: «Книга пути» («Дао цзин»), рассказывающая о Дао), и «Книга благодати» («Дэ дзин»), повествующая о Дэ (благая сила). Надо сказать, что благодать в данном случае понимается не как «блаженно-слюнявое» состояние, а дословно «благо-дать», значит – «дать благо», т. е. – благая, полезная деятельность.

Отличительной особенностью учения Лао-Цзы является то, что Дао, разумный, но непостижимый человеческим разумом «путь развития всего», рассматривается как источник происхождения всего сущего, как всеобщий закон управления миром.

В других учениях и религиях этим «ведает» Господь Бог, или Высший Разум. Однако несомненной заслугой даосского подхода является то, что он рассматривает Дао не как статический объект, а как эволюционный животворящий процесс. Иероглиф Дао состоит из двух частей: шоу – голова и цзоу – идти, поэтому основное значение этого иероглифа – дорога, по которой ходят люди, но в дальнейшем этот иероглиф приобрел переносный смысл и стал означать путь развития Всего, закономерность, закон. Дао всегда существовало и всегда будет существовать, но суть его нельзя выразить в словах. Оно (Дао) не имеет вида, не издает звуков, не обладает формой и, по словам Лао-Цзы: «Люди смотрят на него, но не видят; они слушают его, но не слышат; они употребляют его, но оно не истощается»[55]. Лао-Цзы по аналогии рассматривает категорию добра. Он пишет: «Высшая добродетель похожа на воду. Вода, давая всем существам обильную пользу, не сопротивляется ничему. Она находится на том месте, которого люди не видят, поэтому она похожа на Дао»[56].

Лао-Цзы полагал, что необходимо знать людей, но важнее всего, в первую очередь, знать себя, необходимо побеждать людей, но важнее, в первую очередь, побеждать себя, преодолевать собственные недостатки, только в этом случае можно добиться высшей мудрости и обрести могущество.

Его интересует исследование собственного «Я» – то начало, тот инструмент, посредством которого мы познаем окружающий мир. Ведь сложно, а, по сути, невозможно управлять другими, давать советы другим, если не можешь обуздать себя. Для Лао-Цзы нет более тяжелой болезни, чем быть рабом собственных желаний, и нет большего счастья, чем быть их хозяином.

Превращение счастья в несчастье в даосизме происходит при определенных условиях. Чтобы предупредить превращение счастья в несчастье необходимо знать меру и не кичиться. Чтобы избежать положения, при котором предметы, достигнув расцвета, стареют, необходимо всегда сохранять мягкость и слабость. Подлинная сила – это сила жизни. Как говорит об этом Дао Дэ Цзин, «Новорожденный младенец нежен и слаб. Труп мертвеца крепок и не гибок. Только что распустившееся растение нежно и слабо. Засохшее растение твердо и не гибко. Отсюда ясно, что нежное и слабое живет»[57].

Психология даосизма несет в себе некоторый мистический аспект. Это связано во многом с его архаическим происхождением. Ведь возникнув тысячи лет назад, даосизм не только не растаял в истории, но всегда на протяжении истории привлекал внимание умнейших людей Востока и Запада. Поэтому и сегодня даосизм получает все большее распространение на Западе, в том числе среди молодежи. Что же привлекает к нему?

Как полагает А.Н. Романин, «это – нереализованная потребность в духовности, которую не удовлетворяют жесткие рамки официальных конфессий, каждая из которых считает себя единственно правильной, требует бездумной веры и полного подчинения.

Наверное, это – сочетание духовности с экзотикой, исключительное многообразие, в котором каждый может найти то, что ему более интересно и близко, а главное – отсутствие диктатуры и духовного порабощения под видом освобождения.

Даосизм – это вообще не религия, и потому от практикующего не требуется отказа от своей веры, он ни против кого не выступает, ни с кем не спорит»[58].

Интерес к даосизму действительно велик. И это не случайно, поскольку он (даосизм) позволяет компенсировать человеку «духовный вакуум» рационалистического и прагматического миропонимания. Человек в нем находит то, что демонстрирует ему нечто независимое от него, неподконтрольное ему. А это как раз и не хватает человеку в жизни, в которой многое, казалось, предопределено и расписано.

Обратимся к описанию даосизма, которое сделала одна из его лучших знатоков Ева Вонг (Eva Wong, 1997, недословный перевод с сокращениями). «Даосизм – это калейдоскоп красок и звуков и одновременно страна безмолвия и покоя. Она может быть дружелюбной и привлекательной и в то же время суровой и опасной.

Это шаманы в звериных шкурах ступают по схемам созвездий, чтобы вознестись в небо или спуститься в подземный мир.

Это талисманы с магическими символами для врачевания, защиты и отпугивания людей.

Это люди, сидящие и стоящие в странных позах, культивирующие дыхание жизни и долголетие.

Это красочные гобелены, изображения богов и бессмертных, огромные медные котлы, алтари, уставленные курительными палочками, масляные светильни с неугасимым огнем.

Это гексаграммы – символы перемен, при помощи которых гадатели интерпретируют модели изменений во Вселенной.

Это обычные люди, ухаживающие за больными и стариками, наставляющие юных и помогающие другим, менее удачливым, чем они сами.

Это громкий звук кимвалов и барабанов, мелодичное пение флейт, человеческие голоса, медленно поющие в ритме ударов, отбиваемых куском дерева. И в то же время это безмолвие в залах медитации.

Это мягкие шаги монахов по монастырским коридорам. Это замирающий в шорохе листвы одинокий звон колокола»[59].

В «Дао Дэ Цзин» Лао-Цзы выражает философию недеяния (у вэй). О принципе недеяния (у вэй) говорится у многих китайских философов, но в целом оно выражает одну главную идею: «Не вмешивайся». Естественно, что данное указание следует понимать фигурально: «Не вмешивайся в "ход вещей" без крайней необходимости».

Дао мудро и целесообразно (иначе мир бы давно развалился), поскольку в Природе существует система самоорганизации, саморегуляции и множество защит от разрушения или движения в неправильном направлении. Человек же своим вмешательством часто мешает этой самоорганизации, и то, что ему кажется неправильным и требующим исправления, в конечном итоге может стать наиболее целесообразным.

В I–VII веках н. э. появляется новая форма даосизма, сочетающая магию и религиозное благочестие. Под влиянием духовного харизматического лидера Чжан Даолина даосизм в наибольшей мере стал проявлять религиозный характер. Одновременно в развитии мистического даосизма происходило становление даосской алхимии. Она стремилась к достижению здоровья, долголетия (бессмертия) и подразделялась на внешнюю и внутреннюю алхимию. Внешняя алхимия занималась подбором и смешением минералов и трав для соответствующих снадобий. Внутренняя – трансформацией тела и сознания изнутри. Истоки внутренней алхимии – в III веке н. э., а кульминация – в VII–VIII веках н. э.

С даосской алхимией связано появление понятия «ци» (внутренняя энергия). В рамках этого направления даосизм приобрел репутацию учения для укрепления здоровья и долголетия. Однако к XI в. н. э. даосская алхимия погрязла в трясине эзотерической терминологии и сомнительных практик. Чтобы очистить даосизм от подобных явлений, такие мудрецы, как Ван Чуньян, Чжэнь Сии и Люй-Дун-бинь, начали проповедовать даосизм как путь совершенствования тела и (ясного) сознания.

Эта форма даосизма развилась в двух школах, существующих и в наши дни, – школы Совершенной истины (Цюнъ-чженъ) и школы Пути неба (Сяньтянъдао).

Основные системы даосизма[60]:

Даосская магия, или Путь силы.

Даосское гадание – Путь видения.

Церемониальный даос – Путь набожности.

Даосская внутренняя алхимия – Путь трансформации.

Даосская школа действия и воздаяния.

Даосские практики. Их четыре вида: медитация, совершенствование тела, священные церемонии и магические искусства.

Виды даосской медитации были различными в разных школах, при этом внутри каждой школы были возможны перемены техник по мере роста практикующего и задач.

В медитации школы Шанцин – визуализация для мистического единения с божеством. Другой стиль – метод внутреннего созерцания. Для успокоения ума школа Совершенной истины применяет психотехнику «сидение в покое».

Есть формы даосской медитации, предназначенные для накопления, культивации и циркуляции истины внутренней энергии. Эти медитации похожи на кундалини-йогу.

Для укрепления физического здоровья – ци-гун – «работа с энергией». Одни техники ци-гун – дыхательные упражнения; другие – массаж разных участков тела; третьи – статические позы; четвертые – соединяют методы циркуляции внутренней энергии с повседневными состояниями тела – сидением, стоянием, ходьбой и даже сном.

Еще один метод – «трансформация сухожилий» для укрепления и расслабления мышц, сухожилий и связок.

Школы боевых искусств также относятся к методам совершенствования тела, например, тайцзицюань и гуаджан – для исправления различных нарушений в организме путем налаживания циркуляции внутренней энергии.

Важную роль в даосизме играют церемонии. Им предшествуют ритуалы для подготовки к церемониям (очищение тела и ума).

Во время церемоний даосы воздают почести божествам и обновляют узы – связи с высшими силами. Церемонии – пение гимнов, призывание божеств и другие ритуальные действия, включая танцы и начертание талисманов.

Последняя категория даосских практик – магические искусства. Из дошедших до нас наиболее популярна талисманная магия. Используют магические символы и слова, начертанные на полосках бумаги, чтобы призывать богов и духов для врачевания и защиты и отгонять вредоносные силы. Подготовка средств талисманной магии требует не только умений, но и веры в познанные и непознанные силы Вселенной.

Из-за политического хаоса в период Пяти династий и Десяти царств (907–960 гг. н. э.) многие ученые-конфуцианцы стали отшельниками – к конфуцианским идеям они присоединили наиболее существенное из даосизма и духовную дисциплину чанъ-буддизма. Основной акцент этого синтеза – параллельное совершенствование тела и духа.

В период с 960 по 1266 год произошел синтез – включение в даосизм дзен-буддийской теории изначального ума и конфуцианской идеи об изначальной природе добра. И постепенно магические практики стали уходить как мешающие суеверия, засоряющие основную идею даосизма.

Даосская традиция и психотехническая практика является ценной составляющей духовного наследия всего человечества. Ее многие базовые идеи и обpазы выражают общечеловеческий смысл, ибо коренятся в самой стpyктypе человеческого глубинного психического опыта – в том, «что есть всегда».

<< | >>
Источник: Ардашкин И.Б. Психология религий: учебное пособие. 2009

Еще по теме Психология даосизма.:

  1. ДАОСИЗМ И БУДДИЗМ
  2. Даосизм.
  3. Тема. Даосизм. Теория внутреннего элексира. Буддизм. Индуизм, джайнизм и сикхизм.
  4. ВОЗНИКНОВЕНИЕ УЧЕНИЙ ДАОСИЗМА, КОНФУЦИАНСТВА И ФАЦЗЯ
  5. Даосизм
  6. 3.1. Лао-Цзы - родоначальник даосизма
  7. 2. Юридическая психология как наука. Предмет, цели и задачи курса «Юридическая психология (психология в деятельности следователя)»
  8. Работа сычуаньских мастеров I в. до н. э.- I в.-н. э. Из раскопок некрополя в Северной Корее.ДАОСИЗМ KAK РЕЛИГИЯ И ФИЛОСОФИЯ
  9. СОКРОВЕННАЯ САМКА ПОДНЕБЕСНОЙ И ВЕЧНОЕ ДИТЯ (АРХЕТИПИЧЕСКОЕ И ТРАНСПЕРСОНАЛЬНОЕ В ДАОСИЗМЕ)
  10. Глава 1 ПСИХОТЕХНИКА В ДАОСИЗМЕ ОСОБЕННОСТИ ДАОССКОЙ ПСИХОТЕХНИКИ