<<
>>

Первая и наиболее важная из неудовлетворенных потребностей общества есть потребность деятельности.

2)

3) Она поощряется и побуждается умственным движением, начавшимся в прошлом и продолжающимся в нынешнем царствовании. Еще до начала последнего она уже сложилась и в литературе, и в обществе в форму идеала национальной жизни, требующего осуществления.

Идеал этот имел в основе неприкосновенность личных прав, свободу мысли и слова и правительственную систему, которая обеспечивала бы все это. Реформы первой половины настоящего царствования придали законченность и устойчивость этому идеалу, освятив его одобрением сверху. B то же время эти реформы создали новые социальные условия, потребовавшие новых социальных учреждений, в которых этот идеал даже получил практическое применение. Старый правительственный механизм оказался негодным для руководства новыми сложными силами и мог действовать только при свободном и независимом содействии общества, регулировавшего и контролировавшего его.

Вследствие этого стремления населения к самостоятельному участию в развитии национальной жизни получили некоторое применение, и правительство должно было с ними считаться. K сожалению, администрация отнеслась враждебно к этому соучастию. B тот момент, когда общество, пробужденное, с одной стороны, движением собственной мысли, а с другой — условиями времени, стало искать государственной деятельности, администрация начала воздвигать ему препятствия на этом пути. Если правящий механизм в его существующей форме исключает прямое участие в правлении большинства тех, для кого такое участие составляет первое право и твердое желание, то, значит, этот механизм нуждается в преобразовании. Правительство же вместо этого только усиливается разрушить учреждения, которые способны были бы облегчить это преобразование. Русское общество все более и более укрепляется в убеждении, что такое обширное государство, как наше, с его сложной социальной жизнью не может быть управляемо исключительно чиновниками.

Земские собрания с каждым годом образовывают все большее и большее число людей, способных к политической деятельности, а между тем эти собрания систематически притесняются. Их постановления подвергаются цензуре губернатора, их право устанавливать налоги для покрытия собственных расходов стеснено; они заседают под председательством предводителей дворянства, дисциплинарная власть которых все увеличивается; право заведования устроенными ими школами отрицается; на их просьбы и ходатайства не обращают внимания; важные земские вопросы решаются помимо них административными «присутствиями», и губернатор уполномочен аттестовывать благонамеренность избранных населением представителей. Неизбежным последствием этого являются опасения, что земские собрания, долженствовавшие быть независимыми органами местного самоуправления, скоро выродятся во второстепенные присутствия местной администрации. Эта система последовательных притеснений все-таки не может подавить стремления общества к независимой политической деятельности, но только внедряет хроническое недовольство и делает из администрации скорее служительницу интересам бюрократии, чем интересам народа.

4) Другая потребность в личной безопасности. Необходимые условия для нормального существования современных обществ составляют: неприкосновенность жилища, свобода от произвольных обысков и арестов, ответственность правительственных лиц за незаконное лишение свободы и соблюдение всех предписываемых законом формальностей гласного состязательного судопроизводства. Общество не может мириться с административными ограничениями судебного процесса, каков бы ни был их характер. Административное вмешательство всегда создает произвол; оно показывает, что правящая власть не хочет сама подчиниться установленным ею законам и ищет удобного случая, чтобы нарушить и нелицеприятие суда и свободу личностей, с которыми имеет дело. Каковы бы ни были мотивы такого вмешательства, оно не имеет оправдания в глазах общества и служит лишь ослаблению авторитета власти.

Нелицеприятие суда нарушается уничтожением независимости судей; законы, предписывающие несменяемость последних, лишаются всякого смысла данной администрации властью перемещать судей по своему усмотрению с одного поста на другой.

До чего мало доверия к существующему способу избрания судей и как небрежно замещаются вакансии, можно видеть из недавнего примера в Москве; публика шла в суд, как в театр, для забавы над невежеством и шутовством одного судьи, назначенного министром юстиции помимо другого кандидата, представленного самим судом. Люди, легко относящиеся к жизни, потешаются над такими фактами, но люди более серьезные глубоко ими огорчаются, а в обоих случаях последствием является потеря уважения к правительству. Большее число процессов совершенно изъято из юрисдикции даже и этих судов. B почти неограниченной области политических преступлений, где черты, отделяющие дозволенное от недозволенного, столь изменчивы и неуловимы и где поэтому лишение свободы должно бы быть обставлено всевозможными гарантиями, господствует порядок вещей, нарушающий все понятия о судопроизводстве и стоящий в прямом противоречии C самыми элементарными принципами справедливости. Bop и убийца не могут быть арестованы и обысканы без разрешения правительственного лица, отвечающего за свой поступок в случае жалобы пострадавшего; в делах же политических существует иной порядок.

B последние 10 лет полиция по простому подозрению или ложному доносу пользовалась правом врываться в дома, вмешиваться насильственно в сферу частной жизни, читать чужие письма, заключать подозреваемых в тюрьмы, держать их там по месяцам и, наконец, подвергать их инквизиторским допросам, не сообщая им даже, в чем они обвиняются. Немало таких арестован- X, по ошибке прошедших через подобные испыта- были выпущены на свободу. B глазах известной "■ти общества и правительства такие страдальцы не таются оправданными и восстановленными в своих чзх, а опасными членами общества, отмеченными ью неблагонамеренности. B глазах же другой часобщества они становятся мучениками и даже героя- іасто бывает, что жизнь этих людей уже разбита егда. Гробовая тайна политических процессов в ѵгиБоположность с публичностью обыкновенных, без- аничная власть тайного обвинителя в противоположность со строгим соблюдением законности при обыкновенном судопроизводстве подрывают чувства законности и прибавляют горючего материала к раздражению, пылающему в сердцах не только самих преследуемых, но и большей части общества. При отсутствии законодательства, определяющего границы политических преступлений и ограничивающего власть ведающих их учреждений, никто из лиц образованного класса не может считать себя обеспеченным от политических преследований и, следовательно, не может отделаться от вечно присущего, унизительного и раздражающего сознания, что он решительно бесправен.

более произвольна система административной без судебного разбирательства, которая oco- _mpoKO практиковалась за эти последние 5 лет. как дух закона и основные принципы справед- авссти не допускают наложения наказания без суда, т о сотни, а иногда и тысячи лиц ежегодно подвергаются самол-ѵѵ тяжкому наказанию, какому только может под- i:e\y*') ться образованный человек, а именно — удале- своего местожительства и от друзей единственно в административного распоряжения, ни на чем не

основанного. Высланные таким образом лица даже не знают, как долго продлится их наказание, и этим лишаются даже утешения, в котором не отказывается и уголовному преступнику, так как последний знает срок своей кары. Друзья политического изгнанника тоже остаются в неведении относительно вины, за которую он пострадал, часто он и сам не знает этого, но и он, и его друзья хорошо понимают, что вина эта не могла быть доказана, ибо в противном случае обвинение было бы предъявлено суду. Обнародование закона об административной высылке сопровождалось объяснением, что она есть необыкновенная, милостивая мера, имеющая целью облегчить наказание молодых, подпавших вредному влиянию преступников, заменив для них ссылкой те более строгие кары, которым они подвергались бы, если бы обвинение было проведено формальным судом. Однако же, когда московское Дворянское собрание стало ходатайствовать, чтобы всякому осужденному к административной высылке было предоставлено просить о судебном рассмотрении его вины, то это ходатайство было оставлено без удовлетворения.

5) Новая причина общего недовольства правительством лежит в настоящем положении судебной части и местного самоуправления. B начале настоящего царствования идеалы русского общества встречали поощрение даже у Верховного правителя империи, но при первых же шагах к их осуществлению администрация высказала недоверие к обществу. Вслед за обнародованием таких, например, законов, как земское положение и судебные уставы, начались и урезывания их. Bce уже перечисленные нами ограничения власти земских собраний, исключительные приемы преследования за политические проступки, система административных высылок, изъятие политических преступлений от суда присяжных и передача их специальным судам — все это есть ограничение и лишение прав, заранее дарованных. Эти урезывания начались тотчас же по вступлении в действие новых законов и производились постепенно так, что не могут быть признаны случайными. Проследите, например, последовательность отступления, совершенного нами от порядка вещей, созданного новыми судебными уставами, до принятого ныне способа ведения политических процессов. Сначала эти суды были независимы и руководствовались единственно своей юрисдикцией; потом к присутствию в них были назначены чины Ш-го отделения, затем равновесие власти нарушилось в пользу Ш-го отделения и, наконец,

весь авторитет и вся ответственность сосредоточились B руках жандармов. Эти и подобные факты ясно рисуют отношение правительства к своим реформам. Такое отношение побудило общество выступить на защиту дорогих ему учреждений, и вот правительство и общество вместо того, чтобы братски содействовать делу реформ, начали враждовать друг с другом. Общество часто за это обвиняли, и, может быть, оно и заслужило иногда порицание, но порицатели не должны забывать, что в государстве, где правительство всемогуще, ему следует выказывать и больше самообладания.

4) Bce происшедшее с представительными учреждениями и судебным ведомством произошло и с печатью, и еще, может быть, в худшей форме.

Законом 1865 г. были дарованы нашей печати некоторые права в виде уничтожения в определенных случаях предварительной цензуры и введения судебного разбирательства по проступкам печати, но этот Закон, благодаря разным стеснительным мероприятиям, скоро стал мертвой буквой. Существующая система предварительной цензуры, покоящаяся на административном произволе, имеет один существенный недостаток: она не может установить правил, ясно определяющих, что и в каких случаях должно быть запрещено печати и считаться преступлением. Поэтому и сами цензоры жалуются, что им иногда в одно и то же время приходится получать выговор за пропуск книг и статей, очевидно невинных, и такой же выговор за недопущение статей и книг, очевидно зловредных.

Есть еще и другая несправедливость, возмущающая общество. Часто бывает, что изъятие какого-нибудь вопроса цензурным предписанием из области литературного обсуждения не препятствует писателям правительственного лагеря обсуждать его со своей точки зрения, резко нападая на противников, в то самое время, как последние, связанные предписанием, не могут не только что выразить, но даже выяснить причины своего молчания. Иллюстрацией этого может послужить, например, вопрос о классическом преподавании в наших школах. Стеснение печати и ограничение свободы слова могут еще иметь некоторое оправдание в странах, где правящая власть чувствует свою относительную слабость перед обществом; но, как хорошо известно, власть правительства у нас громадна. Если такое правительство боится гласности, значит, оно должно что-то скрывать от общества — такое заключение неизбежно вытекает из настоящего положения печати.

Потребность в свободе слова всего более ощущается в периоды недовольства, но и кроме того, эта потребность в русском обществе крайне несостоятельна. Русский народ переживает серьезный кризис своей истории, кризис экономический, социальный, политический.

Только свободный обмен мыслей может ослабить трудности такого переходного периода. Если для борьбы с этими трудностями правительство избирает путь, несогласный с общественными симпатиями, то одна только печать может послужить средством успокоения естественной тревоги и раздражения. Отказываясь выслушивать мнения ее, правительство не только обнаруживает недоверие к собственным силам, но и лишает себя средств узнать взгляды тех, с которыми оно вступило в борьбу. B общественном организме могут существовать потребности и силы, совершенно неизвестные правительству и которые могут захватить его врасплох, что и случилось в настоящее время. Администрация и теперь не в состоянии открыть, где находятся враги общественного порядка, и даже сомнительно, чтобы ей были известны их способы действия, ибо, уничтожая гласность, она сама окружила все это атмосферой тайны и мрака. При отсутствии свободы слова враги правительства должны оставаться неизвестными и для самого общества.

Неудовлетворенное стремление общества к свободе слова есть один из главных источников существующего недовольства. Всякий человек, в силу закона своего интеллекта, ищет обмена мыслей с другими, дабы убедить их или быть убежденным ими. Состязание необходимо для жизни мысли, и его можно уничтожить только с самой мыслью. Ограничение же свободы обсуждения не уничтожает энергии мысли, а, напротив, сообщает ей большую интенсивность и сосредоточенность, и если оно препятствует столкновению умственному, TO зато приводит к столкновению социальному и политическому.

Недовольство, проникшее в русское общество, как результат ошибочного направления правительственной внутренней политики, может быть устранено только при участии самого общества. Довольно и беглого взгляда на положение страны, чтобы убедиться, что наступило время, когда следует призвать к деятельности все здоровые силы России. Потребности империи постоянно растут. Государственный бюджет удвоился в последние 20 лет и был бы еще больше, если бы удовлетворение настоятельных нужд империи не откладывалось с году на год. Последняя война (1877-1878 гг.) вызвала чрезвычайные издержки, большая часть коих и до сих пор еще не покрыта. Стране становится совсем невозможно при настоящей системе налогов выдержать даже в течение 5 лет непомерную и постоянно растущую тяжесть государственных обложений. Хотя новые выпуски бумажных денег и временное промышленное оживление, последовавшее за войной, помогли правительству в эти два года свести баланс без дефицита, но на такой благоприятный результат нельзя рассчитывать в будущем и даже в текущем году. Всякому ясно, что наша система налогов нуждается в преобразованиях, но не в таких, которые состоят в простом замещении одного налога другим, а в фундаментальном преобразовании всей системы, в равномерном распределении тяжести налогов на все классы общества. Ho и этого мало. He принесет пользы и такая реформа, если при этом не возрастут благосостояние народа и его производительные силы.

Всякий, близко наблюдавший домашний быт нашей провинции, знает, что население не богатеет, а беднеет. Именно в настоящий момент одна треть империи страдает от недоедания, а в некоторых местах свирепствует настоящий голод. B южных губерниях зерновой жук грозит новым опустошением, и в очень многих губерниях дифтерит и другие эпидемии опустошают население.

Наша мануфактурная промышленность, по удостоверению компетентных лиц, начинает приходить в упадок, а в близком будущем нам угрожают и другие кризисы. Bo внешней торговле соперничество Соединенных Штатов отнимает у нас с каждым годом все более и более рынков. По всем отраслям экономической жизни распространяется болезненное чувство недоверия, парализующее производительные силы страны. И ;>то чувство — не временный эффект, оно глубоко коренится в сознании факта, что наш правительственный механизм не отвечает изменчивости и возрастающей сложности потребностей большого государства. И ныне, как в старое доброе время, центральное правительство ревниво не допускает общество к участию в национальной жизни и берет на себя трудную задачу думать и работать за него. Задача эта была тяжела, даже когда народная жизнь шла давно проторенным патриархальным путем, к которому привыкли и общество и правительство; но этот порядок вещей в последние годы подвергся таким переменам, которые, может быть, не выпадали еще на долю ни одной страны в пределах одного поколения. Освобождение крепостных преобразовало радикально всю экономическую жизнь крестьян и земледельцев. Железные дороги создали новые индустрии, уничтожив много старых, и сосредоточили благосостояние целых губерний в руках железнодорожных воротил. Банки и разного рода финансовые учрёждения выросли в большом количестве и тесно связали различные части империи взаимными обязательствами и задолженностью. Bce эти изменения, осложнения и дополнения другими в том же роде создали повсюду тысячи вопросов и потребностей, прежде неизвестных, и так переплели между собой интересы отдаленных местностей, что замедление или неправильная постановка вопроса в одном пункте производят влияние на другие, самые отдаленные. Всякая местная нужда или бедствие, засуха ли, или хлебный жук, непорядки на железных дорогах, эпидемии, эпизоотии и промышленный застой, не утрачивая своего местного значения, отзываются на всей империи, как целом.

Никакая администрация, даже если бы она обладала сверхъестественной мудростью и энергией, не B состоянии будет справиться с бесчисленными вопросами и задачами, возникающими в такой усложнившейся жизни, при отсутствии общественного самоуправления. Целый ряд нужд и ходатайств или остаются совершенно неудовлетворенными, или удовлетворяются плохо, без принятия во внимание местных интересов, или, наконец, вызывают серию бессистемных и друг с другом противоречащих мер. Такое обхождение с народными нуждами подрывает доверие к власти и внушает недоверие к ней.

Единственное средство вывести страну из ее настоящего положения заключается в создании независимого собрания из представителей земств и в предложении этому собранию участия в управлении нацией и в выработке необходимых гарантий для прав личности, свободы мысли и слова. Такая свобода вызовет к деятельности самые способные силы общества, пробудит дремлющую жизнь народа и разовьет все обилие производительных ресурсов государства. Свобода лучше самых строгих репрессивных мер будет способствовать исчезновению анархических элементов, враждебных государству. Свободное обсуждение докажет ошибочность их теорий, а могучая и здоровая деятельность заменит настоящее повальное недовольство, отнимет у них поле для их пропаганды.

Русские не менее болгар созрели для свободных учреждений и не могут не чувствовать глубокого унижения, оставаясь так долго под опекой. Стремление к подобным учреждениям, хотя и вынужденное скрываться и отчасти задушенное репрессивными мерами, тем не менее находит себе выражение в земских и дворянских собраниях и в печати. Дарование таких учреждений и созыв представителей общества воскресит силы нации, а также доверие к правительству и ее собственной будущности. Когда русское общество охотно бросилось в недавнюю войну, то оно при этом инстинктивно сознавало, что в освобождении родственных национальностей лежит залог и его собственной свободы. Неужели же этим желаниям и надеждам не суждено никогда осуществиться?

БИОГРАФИЧЕСКАЯ СПРАВКА

Издателем «Записки московских либералов графу Лорис-Меликову» был Джордж Кеннан, американский писатель и путешественник. Родился в 1845 г. B 1864- 1865 гг. возглавлял экспедицию телеграфной компании, исследовавшей линию от Охотского моря до Берингова пролива, и в 1870 г. издал описание своего путешествия («Кочевая жизнь в Сибири»). B 18701871 гг. по поручению журнала «Century» объехал Юго-Восточную Россию и некоторое время жил в Дагестане. B 1885-1886 гг. по поручению того же журнала объехал Северо-Восточную Россию и Сибирь для изучения системы русской ссылки. Пользуясь покровительством властей, Кеннан вместе с художником Фростом получил возможность посетить важнейшие места ссылки. Здесь его внимание особенно привлекло положение политических ссыльных, и в 1890-1891 гг. в «Century» он опубликовал ряд страстных обличительных статей, появившихся в 1891 г. отдельным изданием под заголовком «Сибирь и ссылка».

Эта книга, переведенная на многие языки, произвела на Западе потрясающее впечатление, которое не могли ослабить русские официальные опровержения. B 1901 г. Кеннан приехал в Петербург, но должен был его немедленно оставить по требованию администрации... B 1910 г. во время международного тюремного конгресса в Вашингтоне Кеннан выступил в «Нью-Йорк таймс» с суровой критикой заявления, сделанного американским журналистам русским главноуправляющим тюремным ведомством, стремившимся представить в розовом свете положение русской тюрьмы и ее заключенных. Умер Д. Кеннан в 1924 г.

«Последнее заявление русских либералов» впервые издано им в Женеве в 1890 г. B России опубликовано в Ростове-на-Дону в 1906 г. с предисловием С. Сватикова.

«Записка московских либералов...» печатается по изд.: КеннанДж. Последнее заявление русских либералов. Р-Д., 1906.

M. A. Абрамов

<< | >>
Источник: Опыт русского либерализма. Антология. 1997

Еще по теме Первая и наиболее важная из неудовлетворенных потребностей общества есть потребность деятельности.:

  1. Тема 2. Потребности и ресурсы. Проблема выбора в экономике. Потребности и их классификация. Закон возвышения потребностей.
  2. Потребность как экономическая категория. Пирамида потребностей
  3. 2.1 Потребности и их классификация. Закон возвышения потребностей.
  4. 1.2. Производство и потребности Сущность и классификация потребностей
  5. Глава первая. СОВРЕМЕННАЯ ПОТРЕБНОСТЬ В ВЫРАБОТКЕ ОСНОВ НРАВСТВЕННОСТИ *
  6. 1.2. Потребности общества и факторы производства
  7. Потребность в безопасности определила эволюцию политических отношений в обществе.
  8. Цѣнность выдѣляется на психологическомъ фонѣ въ качествѣ субъективной потребности, желанія. Безъ потребности нѣтъ цѣнности.
  9. Подберите надлежащее понятие к следующему определению: «Правило общего характера, отражающее объективные потребности общественного развития, цель которого - регулирование поведения людей и направление их практической деятельности во взаимоотношениях между собой и с обществом, классом, социальной группой, государством».
  10. 2.1. Труд и потребности
  11. СИСТЕМА ПОТРЕБНОСТЕЙ
  12. СИСТЕМА ПОТРЕБНОСТЕЙ
  13. 2.1. Потребности, ресурсы, выбор
  14. 4. ПОТРЕБНОСТИ И СТРАСТИ