<<
>>

Понятие о регрессивных и прогрессивных симптомах, возникающих в процессе личностного роста

Симптомы, возникающие в процессе личностного роста, Р. Ассаджиоли предлагает делить на прогрессивные и регрессивные. Как прогрессивные, так и регрессивные симптомы могут иметь сходные проявления, укладывающиеся в клиническую картину невроза или психосоматического заболевания (тревожность, страхи, бессонница, депрессия, колебание артериального давления, расстройство деятельности желудочно-кишечного тракта и т.д.).

Однако причины их различны.

Регрессивные симптомы характерны для людей, испытывающих сложности на уровне наличного “Я”. Часто они связаны с проявлениями эмоциональной привязанности к родителям, от которой не удалось освободиться, или же с нарушением социальной адаптации. В других случаях причинами симптомов может стать тяжелая утрата, эмоциональный шок, с которыми человек не может и не хочет смириться.

Общей чертой всех этих расстройств, отмечает Р. Ассаджиоли, является конфликт между сознательными и бессознательными сторонами “Я” или между личностью и ее окружением (что соответствует уровню “маски” и Эго по К.

Уилберу). В этом случае необходимо помочь освободиться от “гнета” бессознательного, сделать осознаваемыми до этого скрытые тенденции и мотивы, помочь преодолеть инфантилизм и эгоцентризм, помочь прийти к нормальному, разумному взгляду на реальность без искажения ”призм“, субличностей. В этой связи можно привести пример из практики О.В. Лавровой.

Клиентка Ф. 35 лет, замужем, мать двоих детей (юноши 17 и 15 лет), домохозяйка. Поводом для обращения к психологу послужило ее крайне тревожное состояние, вызванное тем, что старшего сына они с мужем решили “отделить” от семьи, купив ему квартиру недалеко от собственного дома. Разумом она понимала, что сын оканчивает институт, начинает сам зарабатывать, и что ему нужна самостоятельная жизнь. Но чувства перестали ей повиноваться, она вела себя так, как будто навсегда потеряла собственного сына.

Росла Ф. в многодетной семье, была пятым, младшим ребенком. По ее словам, она вечно всем мешала, путалась под ногами. Отец пил, с мамой особой близости не было, а братья и сестры всегда воспитывали Ф. В 17 лет она покинула родной дом и вскоре вышла замуж. Из тихой и послушной девочки она превратилась во властную домоправительницу, по указанию которой в доме все вращалось в нужных направлениях. Не было ничего такого в жизни ее домочадцев, о чем бы она не знала и не смогла бы проконтролировать. По всей вероятности, в собственной семье она “возвращала” домашним то, что получала по отношению к себе в своей нуклеарной семье. Периодически у нее наступала апатия (“не хотела никого видеть, хотела, чтобы все исчезло”), во время которой она кричала самой себе во весь голос на всю свою большую квартиру: “Я самая счастливая женщина! Я люблю свою семью!” Потребность власти над близкими, замещала потребность в любви, которую клиентка удовлетворяла в искаженном виде. Это решало проблему Эго-границ, которые у нее практически отсутствовали. Она идентифицировала и отождествляла себя со всем своим домом. Ее “Я” состояло из прочего, наполнявшего ее дом. В итоге она ощущала себя отсутствующей − существовало все, кроме ее самой.

Ключевым моментом в психотерапевтической работе с Ф. послужило ее детское воспоминание о вывихе тазобедренного сустава в возрасте около 4-х лет, который заметили тогда, когда нога стала “сохнуть”. Около года Ф. провела в больнице − в “коробке”, как она выразилась. Она вспомнила, как ей бесконечно сильно хотелось выйти из нее, и как одновременно было ужасно страшно оказаться незащищенной. Роль второй “коробки”, так необходимой для чувства безопасности, у взрослой женщины выполнял ее дом и ее семья, разотождествление с которыми оказалось для нее практически равным потере себя.

Понятно, что в данном случае работа психотерапевта была направлена на восстановление границ Эго, осознание своей инфантильной зависимости и формирование взрослой, ответственной жизненной позиции.

Прогрессивные симптомы связаны с трудностями на пути постижения Высшего “Я”. Они возникают как результат “призыва свыше”, когда человек чувствует смутное брожение потенциальных возможностей сверхознательного, но не умеет их определить. В этом случае конфликт возникает между Эго и Высшим “Я” (экзистенциальный и трансперсональный уровни по К. Уилберу). Как отмечает Р. Ассаджиоли, при работе со второй группой пациентов задача заключается в том, чтобы достичь гармонии, ассимилируя приток энергий сверхсознательного и интегрируя его с уже существующими аспектами личности. Проиллюстрировать данный подход можно клиническим примером, описанным П.В. Волковым в его статье “Навязчивости и падшая вера”.

Пациент мучился сложным психопатическим расстройством, страдая неотступной тревожностью по поводу различных жизненных обстоятельств. Тревога его, интеллектуальная в своей основе, держалась и расцветала вокруг логических цепочек, которые начинались, казалось бы, с пустяков (появилась родинка на теле, что-то кому-то неудачно сказал… и т.д.), а заканчивалась чем-то страшным: смертью, позором, крахом надежд …

Но была и другая тревожность, уже не так прочно сцепленная с повседневностью, с жизненными конкретными происшествиями. Она была связана с нравственно-мученическим переживанием экзистенциальных проблем, невозможностью полноценно жить простой реальной жизнью, пока эти переживания не разрешены силой философской рефлексии. Часами, днями, месяцами пациент пребывал в трагически обостренном поиске ответов на свои философские вопрошания. Кроме того, изрядная доля тревожности порождалась религиозно-личностными переживаниями, хотя он и не ходил в церковь, сам себя не причислял к какой-либо конфессии. Суть этих переживаний сводилась к страху: как бы не совершить что-то такое, что помешает его душе быть высокой и чистой, как бы не потерять душу, голос Бога в себе.

Пациент усердно ищет смысл, настраивая себя, наподобие камертона или антенны, на мир глубоких смыслов и интуиций.

У него бывают догадки, озарения, но так как нет ориентации, системы, своего избранного пути, все эти духовные обретения не выстроены в духовный храм, они ждут, когда он преодолеет “клаустрофобию” и выйдет из этого мучительного пребывания при путях…

Далее дается описание того, каким образом проходила работа с пациентом. П. Волков предлагает пациенту размещать навязчивые ритуалы в пространстве “микроверы”, то есть в реальности, сочетающей в себе свойства неверия, рационализма и остаточной, необъяснимой веры…

“ Мы стали раздумывать о первоосновах бытия. Обратившись к дзен-буддизму, пациент несколько раз испытал чудесное, в словах мало описуемое состояние интуитивного проникновения в сущность бытия. Ему стало ясно, что в своем символико-магическом отношении к бытию он проходил мимо этих первооснов, что его склонность к вере вырождалась в суеверие. В новом состоянии сознания, в новом мировоззрении, к которому пациент бессознательно тянулся и которое искал, уже легко было отказаться от символико-магических ритуальных заклинаний − им противопоставлялось отношение глубинно-проникновенно доверия к жизненным первоосновам. В итоге пациент нашел в себе духовную решимость оставить в сторону ритуалы. Вместо них в душе жило другое, более подлинное, глубокое, сложное и проникновенное религиозное отношение. Ощущая свою свободу от навязчивостей, он испытал радость избавления от пут, радость, что оказался способным к духовному освободительному повороту, и это только усиливало новое состояние сознания. Он испытывал неизъяснимое наслаждение, что нашел более свободное отношение к жизни.

П. Волков в конце своей статьи, однако, замечает: “Насколько эффективной окажется эта психотерапия для пациента в дальнейшем? Пока он будет сохранять новое мировоззрение, ритуалов не будет. Если будут “откаты” назад, то ритуалы возобновятся. Не исключено, что это мировоззрение подвергнется кризису, что оно омрачиться какими-то тучами, но того, что сделано, не отменить, хотя этого может оказаться и недостаточно”.

Как справедливо отмечает В.М. Розин, комментируя представленный случай: “по сути, П. Волков погружает своего пациента в новую для него реальность, в новые события. И, весьма существенно, в какую реальность (реальности) включает психолог своего клиента: реальность его личной жизни и истории (как в психоанализе), или в реальность, включающую, так сказать, микрокосм и макрокосм (Грофф, трансперсональная психология и т.д.”

Снова мы приходим к озвученному выше выводу об ответственности специалиста перед клиентом за конечный результат терапии, так как по большому счету, именно он задает вектор направленности личностного роста клиента. А эта заданность, в свою очередь, обусловлена личностными пристрастиями психолога или психотерапевта, которые будут (возможно, бессознательно) подталкивать туда же человека, обратившегося за помощью. Поэтому, как отмечалось выше, необходима духовная опора, которая является независимой от многочисленных теорий и субъективного опыта специалиста, опора, которая поможет человеку действительно вырасти личностно.

Итак, подводя итог по проблеме анализа существующих точек зрения относительно личностного роста в психологии, можно отметить, что в целом он понимается как совершенствование человека, “выход за горизонт”. В этой связи важно определиться, куда и в каком направлении этот выход происходит; т.к. концепция личностного роста во многом зависит от приверженности специалиста к тому или иному направлению психологии.

Контрольные вопросы и задания

1. Чем определяются основные различия в понимании личностного роста в психологическом и богословском дискурсах.

2. Как понимается личностный рост в гуманистическом направлении психологии.

3. Какова точка зрения аналитического подхода в психологии на проблему личностного роста.

4. Раскройте основной смысл понятия “личностный рост” с позиции бихевиоральной психологии.

5. Каким образом понимается личностный рост в трансперсональном направлении психологии.

6. Что означает понятие “источник духовности”.

7. Какие кризисы описаны Р. Ассаджиоли в контексте духовного возрастания личности.

8. Какие препятствия на пути личностного роста описывают представители различных направлений психологии.

Список рекомендуемой литературы

1. Ананьев В.А. Основы психологии здоровья. Книга 1. Концептуальные основы психологии здоровья. СПб., 2001.

2. Т. Йоманс. Духовность и религия // Психосинтез и другие интегративные техники психотерапии / под ред. А.А. Бадхена, В.Е. Кагана. М., 1997.

3. Лаврова О.В. Глубинная топологическая психотерапия: Идеи о трансформации. Введение в философскую психологию. СПб., 2001.

4. Маслоу А. Дальние пределы человеческой психики. СПб., 1997.

5. Медушевский В.В. Внемлите ангельскому пению. Минск, 2000.

6. Медведев М., Калашникова Т. Об аналитической психологии Карла Юнга. Взгляд с позиций святоотеческого учения о спасении души. Пермь, 2001.

7. Мелик-Пашаев А.А. Мир художника. М., 2000.

8. Роджерс К. Взгляд на психотерапию. Становление человека. М, 1994.

9. Розин В.М. Психология: Наука и практика: учеб. пособие, 2005.

10. Уилбер К. Никаких границ. М., 1998.

11. Уолш Р. Основания духовности. М., 2000.

12. Флоренская Т.А. Диалог в практической психологии. М., 2001.

13. Флемминг Фанч. Преобразующие диалоги: учебник по практическим техникам содействия личностным изменениям. Киев, 1997.

14. Шестун Евгений, протоиерей. Православная педагогика. М., 2002.

15. Юнг К.Г. Тэвистокские лекции. Аналитическая психология: ее история и практика. Киев, 1995.

<< | >>
Источник: Морозова Е.А.. Дисциплинарный подход к изучению личности: Учебно-методическое пособие. 2011

Еще по теме Понятие о регрессивных и прогрессивных симптомах, возникающих в процессе личностного роста:

  1. Понятие о регрессивных и прогрессивных симптомах, возникающих в процессе личностного роста
  2. Понятие о регрессивных и прогрессивных симптомах, возникающих в процессе личностного роста
  3. Кризисы, возникающие в процессе личностного роста, с позиции трансперсональной психологии
  4. Кризисы, возникающие в процессе личностного роста, с позиции трансперсональной психологии
  5. Кризисы, возникающие в процессе личностного роста, с позиции трансперсональной психологии
  6. 2.5.9. Садхана и метафоры личностного роста.
  7. Процесс роста цивилизаций Критерий роста
  8. Основные различия в понимании личностного роста в психологическом и богословском дискурсах
  9. Основные различия в понимании личностного роста в психологическом и богословском дискурсах
  10. Основные различия в понимании личностного роста в психологическом и богословском дискурсах
  11. можно сказать, что именно сон формирует под­линно ресурсное поле личностного роста человека
  12. Понятие экономического роста
  13. 12.1. Понятие и факторы экономического роста