<<
>>

Принцип диалектического единства личности

Согласно принципу диалектического единства личности, “личность” неоднозначна, это не просто совокупность эмоций, разума и тела. “Личность” сводит воедино высоту и глубину, познаваемость и непознаваемость.

Это таинственное соединение несоединимого формирует основной смысл принципа диалектического единства личности.

В философии первоначально существовал термин антиномия от (греч. аntinomia), буквально понимаемый как противоречие между законами, противоречие двух равносильных суждений или умозаключений), который использовался преимущественно для оперирования противоположными по смыслу идеями в рамках человеческого рациума. Так, идея антиномии отчетливо выражена у Р. Декарта в дуализме мыслящей и телесной субстанций (“вещи мыслящей” и “вещи протяженной”). Особый философский смысл эта идея приобретает в учении об антиномиях чистого разума И. Канта. Антиномия, по Канту, есть необходимое противоречие, к которому разум приходит тогда, когда стремится мыслить мир как единое целое, подразумевая при этом в качестве предпосылки идею абсолютного (или безусловного).

Впоследствии Г. Гегель разработал философский термин “триада”, означающий тройственный ритм движения бытия и мышления, понимаемый в рамках диалектического единства. Триада по Гегелю является основной схемой диалектического развития: тезис (исходный момент), антитезис (переход в противоположность, отрицание), синтез противоположностей в новом единстве (снятие, отрицание отрицания).

В контексте понимания интегративной целостности личности, использование принципа диалектического единства представляется достаточно уместным, так как позволяет свести воедино разнообразные противоречия и разделения, о которых много говориться как в психологической, так и в богословской литературе. Постараемся выделить наиболее типичные из них.

В первую очередь, это аспект, связанный с познаваемостью-непознаваемостью личности:

− человек познаваем, говорят одни;

− человек непознаваем – “чужая душа – потемки”, считают другие.

И действительно, что-то действительно можно познать и даже измерить, например, интеллект, память и некоторые личностные свойства, что, в тоже время, является далеким от познания глубиной сути личности. Как отмечает Т.А. Флоренская, в научных исследованиях есть два предела: вещь и личность. Чем ближе человек к личностному пределу, тем неприложимее к его познанию методы научного обобщения: это стирает нюансы неповторимости, индивидуальности. Точность в науке нужна для овладения предметом. Но личностью овладеть невозможно, т.к. она свободна. Суть личности невместима в рамки интеллекта или направленности. И критерий здесь – не точность познания, а глубина проникновения.

М.М. Бахтин по этому поводу говорил, что владеть внутренним человеком, увидеть его и понять его нельзя, делая его объектом безучастного нейтрального анализа, нельзя овладеть им и путем слияния с ним, вчувствования в него. К этому можно подойти и его можно раскрыть…лишь путем общения с ним, диалогически. Исследователь считал, что проблема познаваемости-непознаваемости личности снимается посредством диалога, в котором видел сущность бытия личности.

Второй аспект проявления принципа диалектического единства личности связан с ее противоречивым (подчас противоположным) пониманием. Например, протоиерей Борис Ничипоров так писал об этом: “Греки, говоря о человеке, восклицали с одинаковой силой о том, что нет более великого творения, чем человек. Они же, через строчку: “О! Как ты жалок, человеческий род!”

В психологии известна следующая полярность в понимании личности. Так, основатель психоанализа З. Фрейд представлял человека как существо, движимое лишь сексуальными и агрессивными инстинктами, которые, в благоприятном варианте, могут сублимироваться в творчество, искусство, а в противоположном случае этого не происходит и тогда возникает психопатология.

В тоже время, основоположник гуманистической психологии А. Маслоу говорил о том, что человек изначально добр, прекрасен и стремится реализовать свой врожденный творческий потенциал.

Кто же прав? Как отмечает протоиерей Борис Ничипоров, условно, все положения относительно природы человека можно свести к двум тезисам:

− человек прекрасен, глубок и богоподобен, он творец и гений;

− человек уродлив и низок, он предатель, вор, эгоист, стремящийся к удовлетворению своих инстинктов.

Святитель Иоанн Кронштадский размышляет об этом аспекте так: “человек – бог, и человек – ничто” и далее в подтверждение своих слов цитирует слова Священного Писания: “Вы боги, и сыны Всевышнего, – все вы” (Пс. 81, 6).

Однако эта оппозиция крайнего оптимизма и пессимизма снимается, если мы используем принцип объемного знания о человеке, принцип диалектического единства. Диалектическое единство, это снятие противоречий, это то третье, что соединяет разные полюса. Между этими полюсами и в них самих находится личность. Однако от свободной воли и выбора человека будет зависеть куда, в каком направлении “личность” будет развиваться – к Богу или от Него.

Третий аспект проявления диалектического единства личности связан с разделением внутри нее двух аспектов бытия, двух воль, двух стремлений и желаний, которые также соединяются в единое целое и существуют одновременно.

Об этом прекрасно и безошибочно говорил апостол Павел, сопоставляя “дела плоти” и “плоды духа”. “…Ибо плоть желает противного духу, а дух – противного плоти: они друг другу противятся…” (Галл. 5; 16-24). От лица кающихся грешников апостол взывал: “Доброго, которого хочу, не делаю, а злое, которого не хочу, делаю... По внутреннему человеку нахожу удовольствие в законе Божьем; но в членах моих вижу иной закон, противоборствующий закону ума моего и делающий меня пленником закона греховного, находящегося в членах моих” (Рим. 7; 19-23).

Об этом же говорил и блаженный Августин: “…Одновременно желать и не желать – это не чудовищное явление, а болезнь души.… В нас два желания, однако, оба не обладают целостностью: в одном есть то, чего недостает другому”.

В этом же контексте высказывался и святитель Григорий Богослов, говоря о “двух умах” в человеке. Первый – добрый “ум духа”; он следует всему нравственно прекрасному, идет к Свету, готов покоряться Христу, искренне любит добродетель. Второй – злой “ум плоти и крови”. Он влечет во мрак греха, согласен отдаться в плен дьяволу, увеселяется грубыми земными удовольствиями.

Аналогично рассуждал о “двух волях” в человеке и преподобный Иоанн Кассиан Римлянин. Одна воля заботится о спасении души, другая – стремится ко греху и лишь в нем находит удовольствие. Таким образом, “два ума” (“две воли”) действуют в человеке как два закона. Первый – “закон духа жизни”, второй – “греха и смерти” (Рим. 8; 2). При этом оба борются за обладание человеком, внося разлад в его внутренний мир и хаос в иерархии дух-душа-тело.

По мнению Д.В. Новикова, психотерапевту, даже глубоко верующему, трудно порой бывает уйти от соблазна, интерпретировав эту двойственность как внутриличностный конфликт и использовать в работе техники интеграции (гештальт, психосинтез). Данные христианской антропологии показывают, что такой терапевтический процесс обречен на провал, т.к. интегрировать можно явления, принадлежащие к одному роду.

В данном случае “два ума” (“две воли”), вызывающие личностную раздвоенность, имеют совершенно разный онтологический статус. В этой связи еще раз повторимся и скажем о том, что именно от свободного выбора будет зависеть, с каким полюсом идентифицирует себя человек.

Последний, четвертый аспект проявления принципа диалектического единства личности, включает в себя непостижимое соединение божественного и тварного. Человек, как вершина творения, включает в себя вечное и временное, бесконечное и конечное, умозрительное и практическое. Как подчеркивает святитель Григорий Нисский в своем трактате “Об устроении человека, человеческая природа есть середина между двумя крайностями, отстоящими друг от друга, – природой божественной и бесплотной и жизнью бессловесной и животной. Ведь в человеческом составе можно частично усматривать из названного и то, и другое: от божественного – словесное и разумевательное, а от бессловесного – телесное.

Об этом же говорит и епископ Диоклийский Каллист.

Согласно православному мировоззрению, Бог создал два уровня тварных вещей: во-первых, “ноэтический”, духовный, или умственный уровень, и, во-вторых, материальный, или телесный. На первом уровне Бог создал ангелов, которые не имеют материального тела. На втором уровне Он создал физический мир – галактики, звезды, планеты, с различными видами минералов, растительной и животной жизни. Человек, и только человек, существует одновременно на двух уровнях. Благодаря своему духу или духовному уму он причастен ноэтической области и является “общником ангелов”; благодаря своему телу и душе он движется, чувствует, мыслит, ест и пьет. Наша человеческая природа, таким образом, более сложна, чем ангельская, и наделена большим потенциалом. Человек стоит в сердцевине Божьего творения. Будучи причастным как духовной, так и материальной области, он есть образ или зеркало всего творения, imago mundi, “малая вселенная”, или микрокосмос. Все сотворенное имеет в нем место встречи… Святой Ириней сказал: “Слава Божия есть живой человек”. Человеческая личность составляет центр и венец Божьего творения.

Таким образом, в православной традиции диалектическое единство является неотъемлемым атрибутом. Как отмечает священник отец Павел Флоренский, Священная Книга полна антиномиями. Только подлинный религиозный опыт усматривает антиномии и видит, как возможно их фактическое примирение.

Обобщая вышесказанное, можно еще раз отметить, что диалектическое единство – это способ снятия противоречий, оппозиции противоположностей внутри личности. Это допущение некоего третьего, объединяющего начала.

<< | >>
Источник: Морозова Е.А.. Дисциплинарный подход к изучению личности: Учебно-методическое пособие. 2011

Еще по теме Принцип диалектического единства личности:

  1. Принцип диалектического единства личности
  2. Принцип диалектического единства личности
  3. Диалектический принцип единства личного и общего
  4. 3. Методы диалектической логики. Научная абстракция, восхождение от абстрактного к конкретному. Единство исторического и логического. Равновесный и неравновесный методы
  5. Принцип единства законности
  6. Принцип единства и многообразия
  7. ПРИНЦИП ЕДИНСТВА МЕТОДОВ
  8. ПРИНЦИП ЕДИНСТВА ФУНКЦИЙ
  9. 3.3. Единство содержания и формы как принцип гармонизации рисунка
  10. § 2. Диалектический метод исследования как система. Соотношение диалектического метода с методами исследования конкретных наук