<<
>>

Эмпирическая трактовка экстремальной ситуации.

Эмпирическое определение экстремальной ситуации основывается на трактовке экстремальности как экстраординарного инцидента, несчастного случая, бедствия, чрезвычайной ситуации и др[В4] .

Событие в этом подходе явно или неявно понимается дискретно, вне континуальной темпоральности, как происшествие или случай. Экстремальная ситуация эмпирически в психологии чаще всего определяется путём приписывания к понятию «ситуация» атрибутов: катастрофическая, экстраординарная, катаклизмическая, чрезвычайная, трансординарная, в том числе, экстремальная, травматическая, выходящая за обычные пределы существования, необычная, особая, трудная и др. Определение может быть далее специфицировано указанием соответствующих ситуаций бедствий — техногенных катастроф, стихийных, природных бедствий, терроризма, войны, насилия, концлагерей и других несчастных случаев или особых условий жизни.

Подобная эмпирическая трактовка страдает крайним формализмом и построена, по сути, на факторе экстенсивности. Следуя этой линии, во всех различных перечисленных бедствиях выделяется нечто общее — чрезмерный, сверхнормативный, чрезвычайный характер воздействия на человека. Что касается характера воздействия на индивида, то он обычно определяется в терминах силы, интенсивности воздействия и/или масштаба, вызываемого воздействием бедствия, его последствий. Определяя фактор интенсивности воздействия и реакции (последствий), пытаются, кроме того, оперировать (явно или неявно) условными понятиями «нормы» и «вненормативности». При этом предполагается, что существует некая среднестатистическая норма, соответствующая нормальной адаптированности человека к среде. Тогда воздействия, «выходящие за пределы нормативной ситуации», нарушающие нормальную адаптацию и наносящие вред индивиду, относят к экстремальным. Так как ненормативная, или вненормативная, стимуляция может быть высокой или низкой, то есть выходить за границы верхнего или нижнего порога нормального адаптивного диапазона, можно говорить о верхнеэкстремальной или нижнеэкстремальной ситуации.

Имея в виду абстрактную вненормативную ситуацию некоего усреднённого человеческого типа, нередко в литературе об экстремальности говорят в «механических» терминах как о перегрузке, сломе, проломе защитного, адаптационного барьера психики, истощении адаптационного потенциала и др. Эти представления явно или неявно заимствованы из биологии, не в последнюю очередь, из физиологической концепции стресса Селье, а также из концепции 3. Фрейда о защите организма от раздражения (Freud, 1955).

Рассматривая среднестатистическую или демографическую норму, используемую при эмпирическом подходе, следует отметить, что она без соотнесения с индивидом (и центром этого соотнесения должен быть фактический смысл) не является даже номотетической, и поэтому еще не обладает психологическим статусом. Надо также учитывать, что ссылки на воздействующие факторы и ответные реакции индивида создают теоретический круг при определении экстремальности и экстремальной ситуации. С одной стороны, экстремальная ситуация определяется экстремальностью последствий, а с другой стороны, экстремальная реакция определяется в терминах экстремальной ситуации[В5] . Эта проблема наиболее отчётливо вырисовывается на при мере определения травматического стресса и психической травмы. К примеру, в литературе нередко предполагается, что посттравматическое стрессовое расстройство — это то, что вызывается травматическим стрессом (или стрессором), а травматический стресс (стрессор) — это такое воздействие, которое вызывает посттравматическое стрессовое расстройство.

Порой пытаются, конечно, объективно оценить силу воздействия экстремального фактора и масштаб последствий, однако, по сути, эти оценки также отсылают друг к другу, основываясь на масштабе деструкции. Мы приходим к выводу, что эмпирические определения, которые и останавливаются на эмпирических обобщениях, являются наивно-эмпирическими. С учётом высказанных замечаний уточним эмпирическое определение как начальную стадию научно-психологического определения.

Эмпирическое определение экстремальной ситуации в психологии должно учитывать: 1) событийность ситуации как происшествия, случая, инцидента; 2) жизнеопасность, заключающуюся в событии, или угрожающий характер события для человека; 3) предельные требования, предъявляемые ситуацией к индивиду — предельность определяется, в первую очередь, фактическим смыслом ситуации для личности; фактический смысл ситуации задает горизонт формирования частных, специфических, отдельных смысловых образований личности; 4) особые потенциальные или реальные последствия для человека (и/или для его близких) — угроза, ущерб (вред), утрата (потеря), страдание, испытание, стойкость в физической, душевной, социальной, духовной, экзистенциальной сферах; 5) специфику деятельности и общения человека в ситуации (в том числе, преситуации и постситуации); 6) жизненную позицию, которую человек занимал в ситуации; 7) феномен ТЭТ (трансординарной экзистенциальной транзитности), который включает в себя синдром вхождения (вовлечение), синдром пребывания и синдром возвращения — все феномены, связанные с этими синдромами, взаимопроникают.

При неполном учёте всех приведённых признаков экстремальной ситуации мы имеем ее негативное определение — как несчастного случая или фактора, доставляющего человеку ущерб, потерю, страдание. В этом негативном значении экстремальная ситуация сводится к бедствию, размах, масштаб которого может быть различным. Чтобы не впасть в распространённую однобокость негативной психологической трактовки, экстремальная ситуация должна быть также уточнена с точки зрения: 1) возможности и действительности — ожидания угрозы или возникновения деструктивного события; 2) позитивности — индифферентности — негативности. Последствия срггуации могут быть не только негативными, дезадаптивными, но и индифферентными, т.е. адаптивными, с точки зрения расстройства, более того, представляющими собой испытание стойкости, мужества, человечности и т.д. Следовательно, кроме негативных и индифферентно-адаптивных последствий, надо говорить о позитивных последствиях — обретении (вследствие экстремальности) в вышеперечисленных сферах (Магомед-Эминов М.Ш., 1996).

И эти наши рассуждения не сводятся к метафизике, а отражают самые насущные реалии человеческой ситуации: там, где терроризм, имеется и героизм; там, где бедствие — помощь; там, где чужой, есть и свой и т.д.

На основании сказанного мы можем подчеркнуть черты, характерные для экстремальной ситуации, но игнорируемые обычно в психологии, но не в жизни. Да, экстремальная ситуация — это ситуация неповседневная: в ней утрачиваются, исчезают различные необходимости, возможности, условия существования. Как неповседневная ситуация экстремальность связана непосредственно (или опосредствованно), с одной стороны, с угрозой смерти, небытия (смертоцентрированна или является D-смысловой), а с другой стороны — с фундаментальным стремлением к бытию (жизнецентрированна, является L-смысловой) (Магомед-Эминов М.Ш., 1996). Стремление к выживанию, сохранению бытия, воля к длительности являются сущностными характеристиками экстремальной ситуации как человеческой ситуации существования. Поэтому дихотомическая структура существования «бытия-небытия» и «D-смыслов и L-смыслов» является неотъемлемой характеристикой жизненной ситуации. Таким образом, если следовать широкому эмпирическому определению экстремальной ситуации не формалистски или наивно-эмпирически, а жизненно-эмпирически, то она не только есть ситуация, доставляющая фундаментальную угрозу, тревогу и бедствие, но также ситуация испытания воли, стойкости, духовности, мужества, человечности. Более того, является человеческой ситуацией просветления, роста личности, трансгрессии, героизма, то есть осуществления человеком в своей жизненной ситуации собственного человеческого бытия.

Следовательно, экстремальная ситуация имеет триадическую структуру. Когда экстремальная ситуация негативна — это бедствие (страдание) человека; когда индифферентно-устойчива — это испытание человека; когда позитивна — это становление человечности, личности, воплощение бытия личности. Травма, стойкость и рост — три аспекта экстремальности, которые нужно учитывать как внутренне связанные друг с другом. Эта же триада может быть обозначена и по-другому, чтобы высветить иные грани взаимодействия: «расстройство — адаптация — рост» или «страдание -стойкость — трансгрессия».

Эмпирическое определение экстремальности, как мы его раскрыли, в определённом смысле является номотетическим (в смысле эмпирического обобщения), ибо рассматривает событие человека и ответ человека на него с точки зрения общих характеристик и закономерностей, а не идиографически как уникальное событие данного человека. Событие, которое является ответом человека на вызов судьбы, рассмотрено пока «экстремально» как случай, происшествие. Переходя к рассмотрению конкретно-психологического определениястоит отметить, что оно приобретает большую строгость, чем эмпирическое, хотя утрачивает некоторые значения жизненной событийности — несчастья, бедствия и т.д. Поэтому в дальнейшем для большей адекватности эти определения требуется рассматривать совместно, особенно в сфере экстремальной психологии и психологической помощи.

<< | >>
Источник: Магомед-Эминов М. Ш.. феномен экстремальности. 2008

Еще по теме Эмпирическая трактовка экстремальной ситуации.:

  1. § 2. Эмпирическое и формально-психологическое определение экстремальной ситуации
  2. В психологической литературе экстремальность, несмотря на разнообразие возможных подходов, чаще всего трактуется как «экстремальные условия», «факторы», «ситуации» и в целом согласуется с первым из шести выделенных нами подходов.
  3. Три аспекта определения экстремальной ситуации.
  4. Экзистенциалы экстремальной ситуации.
  5. Экстремальная ситуация в контексте психологии безопасности
  6. ПСИХИЧЕСКИЕ РАССТРОЙСТВА В ЭКСТРЕМАЛЬНЫХ СИТУАЦИЯХ
  7. Характеристики экстремальной ситуации.
  8. Б.А. Смирнов, Е.В. Долгополова. Психология деятельности в экстремальных ситуациях. 2007, 2007
  9. психогении в экстремальных ситуациях
  10. Экстремально-психологическая ситуация «Блокпост»
  11. В.В. Рубцов, С.Б. Малых. Психология экстремальных ситуаций. 2008, 2008
  12. 13.4. Психологическое воздействие в экстремальной ситуации, связанной с угрозой личной безопасности следователю
  13. И. Г. Гаврилец. ПСИХОФИЗИОЛОГИЯ ЧЕЛОВЕКА В ЭКСТРЕМАЛЬНЫХ СИТУАЦИЯХ. 2006, 2006
  14. § 3. Метапсихология и онтология экстремальной ситуации
  15. 2.2. Правила поведения людей и психологическая безопасность в различных ситуациях экстремального характера