<<
>>

4.1. Общие закономерности изменения познавательных процессов при длительном стрессе

В большинстве работ, посвященных познавательным процессам при стрессе, рассматривается только негативный вариант стрессовой трансформации мышления [440, 441 и др.]. Это было вызвано насущной необходимостью "исправления" неблагоприятных изменений процессов мышления, возможных при стрессе.

Такие изменения, сказываясь на целеполагании, ценностных ориентациях, могут существенно менять направленность решений человека, деформируя его личность [300, 309, 347]. Принимая во внимание возможность неблагоприятных влияний стресс-факторов на характер мышления, не следует забывать, что при стрессе, тем более при эустрессе, могут происходить значительные благоприятные изменения познавательных процессов и процессов самосознания, осмысления действительности, памяти и т. д. [453, 456, 517 и др.]. Учитывая эти замечания, ниже мы изложим общую схему изменений мышления при длительном стрессе, составленную на основании собственных исследований, а также на основании анализа литературы, посвященной изучению познавательных процессов и мышления при стрессе [442, 445, 454, 489, 492, 508 и др.]. Эмоциональность мышления при стрессе

Одно из первых проявлений влияния эмоций, обусловленных стрессом, на мышление – это возникновение экстатичной либо дискомфортной окраски мысленных образов, представлений, намерений и т. п. Следует сказать, что и дальнейшие, более глубокие стрессовые изменения мышления, как правило, взаимосвязаны с эмоциями, сопряженными со стрессом. Попытка изложить структуру изменения мышления при стрессе без указаний на взаимозависимость при этом мышления и эмоций, конечно, схоластична и искусственна. Тем не менее мы предпримем такую попытку, оправдывая ее тем, что, не упоминая эмоций, мы будем иметь в виду их присутствие при стрессовых трансформациях мышления, а также тем, что введение в схему субсиндрома изменений мышления при стрессе всего многообразия эмоциональных проявлений создало бы столь громоздкую и не подкрепленную фактами концептуальную модель, что исчезла бы прагматическая ценность такой модели.

Можно считать целесообразным подразделение изменений мышления при стрессе на три типа: активизация мышления субъекта с адекватным отражением действительности в сознании субъекта, гиперактивизация мышления и "уход" от решения стрессогенных проблем (рис. 19).

Рис. 19. Схема развития когнитивного субсиндрома стресса Активизация мышления при стрессе

Первый тип изменения мышления в большинстве случаев может проявляться в виде активизации дискурсивно-логического мышления. Может усиливаться либо интегративное осмысление всей информации, которой располагает субъект (информации о текущем моменте, извлекаемой из фондов памяти и как продукта ассоциаций и представлений и т. д.), либо дезинтегративное (дифференцирующее) осмысление такой информации. В первом случае происходит своего рода композиционная концептуализация стрессогенной ситуации. Это приводит к возникновению в сознании сравнительно упрощенного схематизированного представления о ситуации с выделением главных, по мнению субъекта, аспектов и с отсеиванием субъективно малозначимых. Во втором случае у человека при стрессе происходит декомпозиционная концептуализация экстремальной ситуации и всей информации, ассоциируемой с этой ситуацией. При этом расширяется сфера осмысляемой информации, поступающей к индивиду в текущий момент, извлекаемой из памяти, креативно воссоздаваемой и т. п. Очевидно, что оба вида стрессовой активизации мышления имеют адаптационно-защитное значение и направлены на овладение стрессогенной ситуацией.

Оптимальным для такого овладения и купирования стресса явилось бы гармоничное сочетание или чередования композиционной и декомпозиционной концептуализации стрессогенной ситуации. Чрезмерное усиление одного либо другого типов стрессовой трансформации мышления лишило бы его целесообразности в смысле правильного понимания экстремальной ситуации и выходов из нее. Чрезмерная зауженность мышления, упрощенная мысленная схематизация происходящих событий могли бы увести субъекта от верных решений; поиски разрешения критических событий пришли бы в тупик, что могло бы затормозить процесс мышления.

Так же и чрезмерно широкий мысленный охват информации, относящийся (и не относящейся) к критической ситуации, требующей разрешения, привел бы к невозможности такого разрешения. Это, в свою очередь, могло "застопорить" мышление. В обоих вариантах чрезмерность дискурсивного мышления способствовала бы его приостановке, осознанию субъектом неразрешимости стрессогенных проблем, растерянности и возможно привело бы к тем или иным негативным эмоциям [545 и др.].

Можно различать активизацию мыслительных процессов при стрессе по направленности интересов личности: либо "вовне" (экстравертированная), либо "в себя" (интравертированная). Активизация первого вида – повышение интенсивности анализа стрессогенной обстановки в поисках выхода из экстремальной ситуации для всех членов группы, для блага других и т. п. (социально-положительная), только для себя, в ущерб другим, поиски способа мести и т. п. (социально-отрицательная). Активизацию мышления второго вида также можно подразделять на положительную: углубленность "в себя", которая сопровождает интенсификацию решения актуальных задач, творческую активность, обострение интуиции и т. п.; отрицательную: с "уходом" от решения стрессогенных проблем.

Развитие стрессовых трансформаций мышления может привести либо у "уходу" от решения стрессогенной проблемы (вплоть до возникновения психопатологических состояний или асоциальных устремлений личности), либо к возникновению инсайтных форм мышления. В последнем случае переход от дискурсивно-логического к инсайтному мышлению часто опосредуется стадией мыслительной растерянности, эмоциональной подавленности, а иногда с переживаниями горя, безвыходности и т. п., что можно рассматривать как стадию "псевдоухода" от решения стрессогенной проблемы. Такая стадия, как правило, необходима для возникновения мыслительного "озарения", инсайтного решения задачи, казавшейся неразрешимой [9]. Существуют специальные тренажи для усиления в человеке способности к состоянию напряженно-спокойной готовности к мгновенным действиям в хронически опасной ситуации [9]. Известны базирующиеся на обширной практике методологические подходы к объяснению сущности способностей человека к инсайтным озарениям [545]. Анализ стрессового инсайтного мышления выявляет в нем феномен взаимной "экспансии" сознания и неосознаваемых психических процессов (подсознания). Именно в этом ракурсе, мы полагаем, следует рассматривать феномены так называемой субсенсорной чувствительности, "замедления" времени и др., многочисленные описания которых известны [29 и др.]. Возможно, с подобного рода "экспансией" связано возникновение и других многих стрессовых иллюзий, таких, как кажущееся искажение визуального пространства [117], сдвиг его [119]. Подверженность таким иллюзиям при стрессе индивидуальна и может по ряду признаков прогнозироваться для людей [122].

К другому типу стрессового изменения мышления может быть отнесена гиперактивизация мышления. Ею могут быть обусловлены навязчивые мысли и образы, возникающие при стрессе, бесплодное фантазирование в экстремальной ситуации и т. д. Иногда трудно сказать, чем в большей мере могут быть вызваны эти проявления ментальной гиперактивности – многолетним "стрессом жизни", трансформирующим личность, или же личностными особенностями, предрасполагающими индивида к "стрессу жизни" [465, 554 и др.]. Карл Менингер категорически возражает против того, чтобы гиперактивность мышления при стрессе (как правило, сопровождающуюся активизацией вегетативных симптомов) рассматривать как "тревожность", которая, по его мнению, – самостоятельный феномен, появляющийся или усиливающийся при стрессе [479]. Со стрессовой гиперактивностью мышления связывают "гиперпастороженность", проявляющуюся в виде бессонницы, т. е. защитного бодрствования, боязливости и т. п. [479]. Ментальная стрессовая гиперактивность часто сопряжена с возникновением в экстремальной ситуации гиперэмоциональности, гиперподвижности. Примеры систематического гиперэмоционального сопровождения разрешений кризисов общения при длительном стрессе в космическом полете можно видеть в воспоминаниях В.И. Севастьянова [239]. Указанные гиперэмоциональные реакции, например, сопровождали осмысления того, что очередной кризис общения исчерпан… Замечания В.И. Севастьянова свидетельствуют о необходимости сохранения при стрессе критичности мышления в плане анализа ситуации и собственной роли в ней. При стрессе могут возникать неблагоприятные социально-психологические концепты: обидчивость, вспыльчивость, недоверчивость или, напротив, избыточная доверчивость, неоправданная реальным положением дел; застойность неадекватных представлений субъекта об отрицательном к нему отношении окружающих людей и о необходимости защитных и агрессивных действий и т. п. [555 и др.]. После прекращения действия экстремальных факторов люди вспоминали эти негативные мыслительные акции, оценивая их как неадекватные имевшейся ситуации и неуместные [520].

<< | >>
Источник: Л.А. Китаев-Смык. Психология стресса. 1983

Еще по теме 4.1. Общие закономерности изменения познавательных процессов при длительном стрессе:

  1. 4. Познавательные процессы при стрессе. Когнитивный субсиндром стресса
  2. 2.1. Общие закономерности эмоционально-поведенческих реакций при стрессе
  3. 3.1. Общие закономерности усиления превентивно-защитной вегетативной активности при стрессе
  4. 2.1.2. Изменение интеллектуальных процессов при стрессе
  5. 2.1.3. Изменение физиологических процессов при стрессе
  6. 4.4. Особенности памяти при длительном гравиинерционном стрессе
  7. 4.3. Пространственная ориентация человека при длительном гравиинерционном стрессе
  8. 3.3. Вегетативные реакции при длительном гравиинерционном стрессе
  9. 2.1.1. Изменение поведенческих реакций при стрессе
  10. 2. Изменение текущего состояния спасателя при ведении работ в условиях риска, опасности для жизни, длительных и интенсивныхфизических нагрузок, острых эмоциональных воздействий:
  11. 4. МОРФОФУНКЦИОНАЛЬНЫЕ ИЗМЕНЕНИЯ ОРГАНОВ И КРОВИ ПРИ СТРЕССЕ
  12. 4.2. Изменение зрительного восприятия при кратковременном гравиинерционном стрессе
  13. 3.3. Негативные последствия длительного стресса
  14. Глава VI Познавательная деятельность в изменённой информационной структуре