<<
>>

Смыслодающий горизонт.

Смысл — это дар и дарение, которое связано со смыслодающим горизонтом. Для того чтобы говорить о личностном смысле относительно бытия личности, а не только на основе отношения мотива (к цели, мотиву и т.д.), мы берем личностный смысл в полноте как смысл личности — отношение личности в собственной работе к собственному конкретно-историческому акту (поступку) и фактичности в мире и времени.

При этом смысл личности (в деятельности) конституируется в работе из определенного горизонта смысла бытия (в бытии в мире и времени) личности в зависимости от смыслонаполняющего горизонта бытия. Имеется три фундаментальных смыслодающих горизонта: 1) трансгрессия бытия, жизневосхождение, 2) рекурсивность бытия, жизнесохранение (стойкость бытия), 3) охваченность небытием, жизнепадение. Травматический (трагический) опыт становится источником мученичества (страдания), мужества, испытания (стойкости) или иллюминации, мудрости (рост, трансгрессия) в свете смыслодающего горизонта бытия личности. Любой конкретный личностный смысл имплицирован и конкретизируется в горизонте фактического смысла бытия. Если психологическая концептуализация стресса обязательно предполагает обращение к процессам оценки и совладания, а также, эмоциональным явлениям (а это бесспорно так), то является крайне необходимым привлечение понятия личностный смысл события в концептуальную среду стресса, травмы.

В предлагаемом нами подходе стресс трактуется, скорее, не в контексте процессов, состояний или свойств индивида и окружения, а в свете становления события конкретной личности в конкретной жизненной ситуации в жизненном мире, т.е. в психологии человека в драмах жизни (Выготский Л.С). Предполагается, что именно в рамках смыслового отношения личности к событию, в частности, развертываются и когнитивные, и эмоциональные, и поведенческие реакции, в том числе происходит процесс оценивания воздействия опыта на субъекта (Магомед-Эминов М.Ш., 1987, 1990, 1996, 1998). Более того, мы можем сказать, что определение значимости воздействия на основе взвешивания личностных и ситуационных детерминант происходит в рамках не только когниций, но и отношения личности, которая в собственной работе относится к собственным переживаниям и действиям, т.е. к личностным и ситуационным факторам и их связям.

Следуя смысловой трактовке феномена стресса, мы утверждаем не только смысловой характер взвешивания личностных факторов и факторов окружения, но и отношение личности (определяющее это взвешивание) к непосредственной ситуации взаимодействия из трансцендентного горизонта целостного события собственного бытия. Этот смысловой горизонт очерчивает темпоральное разнесение фактического смысла личности в мире между ближними и дальними смыслами, между конкретным смыслом, модусом существования и сингулярным смыслом собственного единичного бытия в мире. Обсуждаемые термины, в том числе структура, процесс и развитие травмы, получают свое определение в горизонте трансформации личности в переходе из повседневной реальности в неповседневную и обратно. Травма — циркулярный, рекурсивный феномен и связан с экзистенциальным приливом и отливом (Магомед-Эминов М.Ш., 1998). В ситуации трансординарной экзистенциальной транзитности (ТЭТ), образуется экстремальная организация структуры личности, или экстремальная констелляция модусов бытия личности. Дальнейший характер работы этой экстремальной констелляции личности (ЭКЛ) зависит от различных аспектов, обсуждение которых можно найти в более ранних наших работах (Магомед-Эминов М.Ш., 1990, 1996, 1998, 2005, 2006, 2007).

Подчеркивая важную роль смысловой работы личности, нельзя не отметить, что смысл личности не совпадает с когнитивной оценкой, определением значимости и значения стрессора, а связан с трансгрессивной работой личности. Смысл отличается от оценки соотношения транзакции «личность — ситуация» тем, что отношение личности к событию и ситуации, в которой разворачивается событие (как предмет действия), определяется из трансгрессивного, внешнего по отношению к данной ситуации, точнее, разнесённого горизонта жизненного мира.

Формирование этого горизонта разнесения фактического смысла, создающего пространственно-темпоральное и бытийное разнесение личности в жизненном мире, наиболее ясно и остро осознается именно в масштабной и соразмерной человеческому событию бытия человека экстремальной ситуации. Вот почему процесс травмы получает свое определение одновременно из горизонта прошлого, настоящего и будущего. Поэтому процессуальная динамика травмы должна быть раскрыта на почве континуальной темпоральной трансформации личности. В противном случае процесс травмы распадется на дискретные хронологические этапы. Хронологическая фазная динамика процесса и континуальная трансформация процесса травмы не совпадают. Для объяснения темпорального связывания диссоциации процессов переживания травмы в травматической ситуации и посттравматической ситуации мы ввели в рассмотрение принцип связывания и понятие работы личности с травматическим опытом. Диссоциативные фрагментарные процессы травмы связываются, в том числе, темпорально в горизонте бытийной работы личности в мире (Магомед-Эминов М.Ш., 1998).

В заключение обсуждения смысловой концепции травмы и стресса представляется уместным дать следующую историческую справку. Физиологическое понятие стресса, введенное Селье, стало укореняться в психологии, прежде всего, на почве исследований адаптации человека к экстремальным катастрофиче ским ситуациям существования. Таким образом, обсуждая проблему экстремальности, необходимо учитывать, что осознание феномена экстремальности, как бы мы его ни называли, в литературе складывалось на пересечении, минимум, трех источников: 1) исследований социально-психологических последствий катастрофических событий, 2) исследований в медицине и психологии травматического невроза, психической травмы, 3) исследований физиологического стресса — общего адаптационного синдрома и последовавших за этим исследований «эмоционального», психологического стресса.

Подводя итог данного обсуждения, можно сделать следующий вывод: экстремальность необходимо определять не только из инстанции экстенсивности, превосходящей адаптационные ресурсы, нарушающей го-меостаз и автоматические адаптивные активности и приводящей к расстройству. Экстремальность необходимо раскрывать также из горизонта интенсивности -качественной специфики существования человека в мире. Тогда экстремальный фактор или ситуация открывается как событие существования человека в неповседневном жизненном мире.

<< | >>
Источник: Магомед-Эминов М. Ш.. феномен экстремальности. 2008

Еще по теме Смыслодающий горизонт.:

  1. Горизонт события.
  2. Горизонты понимания
  3. 3. Практические горизонты теории
  4. Глава 10 Новый горизонт
  5. Правовые горизонты российской секьюритизации
  6. «В году 363 Царь Ра, Святой, Сокол Горизонта,Бессмертный, Живущий Вечно, был в земле Хенна.
  7. Содержание 2
  8. 2.2.2 Подземные воды
  9. Иррациональные уравнения и неравенства
  10. 4.6.2. Основные перспективно-пространственные закономерности построения античной головы
  11. Наша дифференциация была проведена до сих пор в пределах тематического поля, очерченного повседневным жизненным миром человека.
  12. Травма как транзитный феномен.