<<
>>

2.1. Роль игры в процессе социализации личности.

Человеческая культура издавна имеет игровой характер – это и шаманские обряды, и театрализованные представления поклонения богам в период посева и сбора урожая, и чётко отработанные сценарии восхождения на трон царственных особ и проч.

Так, любой монарх в период новой истории содержал штат, специально занимающийся разработкой и обслуживанием определенных церемо­ний взаимодействия царской особы с подданными. Практически на протяжении всего существования человеческого общества игра оказывала значительное влияние на ход его развития. Именно этот вид деятельности ответствен за созидание человека, неслучайно определяемого голландским культурологом Й. Хейзенгой как homo ludens – человек играющий. Автор трактует основные функции игры следующим образом: «… мы стремимся насколько возможно подготовиться к исключительным жизненным ситуациям, репетируя свои реакции и добиваясь, таким образом, их большей подконтрольности с помощью фантазии и игры»[23].

Игра помогает раскрепостить воображение. Игра дает человеку возможность стать более гибким, обрести определённый опыт, и в большей мере реализовать себя как личность. Игра дает ему ощу­щение свободы и ответственности за свою жизнь. Игра – это способ самовыражения человека и способ его приспособления к окружающему миру. Это также произвольная внутренне мотивированная деятельность, предусматривающая гибкость в решении вопроса о том, как использовать тот или иной предмет. К тому же это средство для выражения чувства, исследования отношений и самореализации. В игре физические, умственные, эмоциональные качества включаются в творческий процесс.

Игра способствует:

1. Освоению новых стилей социально приемлемого поведения.

2. Введению в психическое пространство человека новых способов эмоционального реагирования.

3. Формированию новых социально-ролевых моделей, которые смогут практически спонтанно активироваться в определенной жизненной ситуации.

Начало нового тысячелетия характеризуется всеобщим интересом к «проектной культуре». Именно поэтому во многих организациях, фирмах, общеобразовательных и государственных учреждениях всё чаще проходят «деловые игры», организовываются тренинги различной направленности и прочие проектные формы обучения сотрудников, персонала, учащихся.

Современное общество обращает внимание на формирование человека не только мыслящего, но и, что особенно примечательно, на человека действующего, способного конструировать свою жизнедеятельность и желательный образ самого себя в зависимости от поставленных целей.

Д.Г. Мид, писал, что «то, чем мы себе кажемся, является не столько нашей сущностью, сколько внедрённым окружающими в наше сознание образом»[24] Согласно Джорджу Миду поведение строится из ролей, принимаемых на себя индивидом и проигрываемых им в процессе общения с другими участниками группового действия. Человек не может произвести адресованное людям действие, не приняв на себя роли других и не оценивая собственную персону с точки зрения других.

Принятие на себя роли и её проигрывание – это и есть отношение к событию и создаваемому образу. Вместе с тем, нераздельность различных сторон этого процесса обусловливает их внутреннюю взаимосвязь. Отношение к происходящему событию выражено в действиях, предписанных «сценарием» роли и мотивированных интересами участников социального процесса, и предполагает понимание ими (т.е. представленность в форме образа) значения и смысла этих действий.

И. Гофман также придерживается теории ролевого поведения, для него выражение «весь мир – сцена» выступает в качестве социальной метафоры. В своих работах он опирается на понятие «театрализация жизни», стремясь раскрыть, как устроены различные социальные институты, считая их аналогами «театров» (так для описания отношений между людьми и правил, которых они придерживаются, общаясь, друг с другом, Гофман применяет выражение «на сцене», «вне сцены» и «за сценой»). Также он использует понятие «ролевой дистанции», означающее способность человека дистанцироваться от своей социальной роли, снимать свою «социальную маску», надевать другую, т.е. не воспринимать социальную роль как данную раз и навсегда. Что предполагает постепенную смену ролевой идентичности[25].

В своей работе Гофман показывает, как человек в процессе социального взаимодействия способен не только смотреть на себя глазами партнера, но и корректировать собственное поведение в соответствии с ожиданием другого, чтобы создать наиболее благоприятное впечатление о себе и достичь наибольшей выгоды от этого взаимодействия. Личность имеет социальное происхождение. Ее формирует диалог, только через общение с другими людьми – формируется личность. Человек понимает себя, разговор с другими учит его разговаривать с самим собой, учит мыслить. Еще Аристотель говорил о первичности социального опыта. Индивид обретает в себе партнера, вырабатывает самовосприятие не прямо, а опосредованно. Воспринимая точку зрения других членов социальной группы, к которой он принадлежит, либо некую обобщенную позицию этой группы в целом. Благодаря усвоению истинных или воображаемых установок других в отношении себя, человек научается смотреть на себя и соответственно действовать «объективно» и тем самым становится полноценным «субъектом» социального действия.

Помимо этого, Гофман ввел понятие переднего плана исполнения роли, под которым он понимал «стандартный набор выразительных приемов и инструментов, намеренно или невольно выработанных индивидом в ходе исполнения». К ним он относил обстановку (мебель, декорации, физическое расположение участников) и личный первый план (пол, возраст, отличительные знаки официального положения, манера одеваться, внешность, осанка, речь, выражение лица, жесты и т.п.). Любая роль, выбранная для исполнения уже имеет свои наработки предшествующими исполнителями, поэтому новый исполнитель выбирает один из вариантов исполнения, привнося что-то свое.

Обращаясь к историческим корням понятия «личность», к материалам ритуальной и театральной маски, собранными такими научными дисциплинами, как этнография и семиотика, к анализу раннего значения слова личность – «persona» мы находим, что «персона» означает маску актера. Особое значение имеет анализ социально – психологических аспектов явления «маскировки» в древних ритуалах, которые были прямым историческим источником возникновения театра. Театральная маска – это «изображение какого-либо существа, надеваемая и носимая с целью преображения в данное существо»[26]. Маска является тем инструментом, созданным человеком, для выделения в обществе лиц с особым положением. Установления механизмов «обратного отображения» норм коллективной жизни и формирования образа открытого социальным контактам «человека без маски». «Маска» формирует у остальных членов сообщества принимаемый всеми стереотип поведения посредством ритуала. Ритуал же является тем символическим действием, который призван создать пространственно – временную определенность общности и поддерживать ее посредством индивидуального осуществления обобщенных образцов (типов) поведения.

Греческая трагедия была основным предметом исследования в школе исторической психологии. В области психологии личности ряд авторов рассматривают так называемую сценическую модель личности. Согласно «сценической модели» сущность личности, вернее «личностного» в человеке, как раз и не может быть сведена к самотождественности. Личностные психологические механизмы формируются у человека как условие убеждения других людей в том, что он (этот человек) есть то, кем и чем он претендует быть. Поэтому личность есть «искусство» (не искусство быть личностью, а сама личность как создание искусства), своеобразный язык, способ выражения результатов творчества индивида по формированию самого себя. Язык этот ближе всего к языку театра, строится по типу поведения актера на сцене. И другой человек может быть понят как личность при условии, если мы относимся к его поведению как к тексту, имеющему, в частности, и скрытый смысл, подтекст.

Обращение к культуре древнего театра, к этому сложному феномену, в рамках которого появилась «маска», понятия «роль», «персонаж», «актер». Возможно, позволят не только выявить позитивные аспекты «сценической модели», но и вычленить те основные психологические механизмы, новообразования, которые можно назвать собственно «личностными», «персонологическими». В рамках сценического представления наиболее «собирательное» значение приобретает театральная маска. К ней «стягиваются» все особенности античной драмы. Подобно хору, она выполняет функцию оценки происходящего, является «телесным воплощением» эмоциональных состояний. Вносит «дистанцию» между актером, с одной стороны, и хором и зрителями – с другой, и, наконец, имея резонатор для усиления голоса, сливается с речью актёра как такового.

Сам факт возникновения «маски» в рамках античного театра, на наш взгляд, говорит о том, что понятие «личность» связано с исторической необходимостью превращения природно–родового, «естественного» человека в человека общественного. Способ этого превращения задается сценической «искусственностью» и присутствует в особом мире театрального представления, в «сценическом космосе». Опираясь на особенности театрального представления, попытаемся представить себе пути этого преобразования.

В структуре сценического «пространства» выделяются три различные позиции, или «места», – это актер, хор, зритель. «Зритель» и «актер» противостоят друг другу, чему соответствует и функция «маски» – вносить дистанцию между актером и зрителями, подчеркивая принадлежность первого к особой категории существ – героев. Актер и его персонаж оказываются в положении «обсуждаемого», наблюдаемого, тогда как зрители – в позиции наблюдателей, а хор формулирует «правила наблюдения», или способы оценки событий, изображаемых актером. Таким образом, в сценическом представлении одновременно присутствуют как бы три точки зрения, расчленяющие мифологический сюжет на отдельные события, на способы их «рефлексии» и всезначимость их взаимосвязанности.

Возможность перемены точек зрения иллюстрируется самим принципом, или «механизмом», катарсиса: зритель, с одной стороны, отождествляет себя с трагическим персонажем, с другой стороны, это отождествление не может быть полным в силу «дистанции», вносимой маской, и диалогического отношения, складывающегося между актером и хором в его драматической функции. Хор здесь как бы указывает направление, способ «перенесения» страданий героя. Стать на точку зрения хора – значит, для зрителя понять судьбинный «подтекст» поведения героя и тем самым достичь просветления. Смысл катарсиса, таким образом, – в «самоотстранении» страшных переживаний, не полное перевоплощение в другого (в героя), а вживание, сопереживание страстям героя.

Результатом словесного оформления первоначальной ритуальной импровизации является сценарий, разыгрываемый между запевалою хора, хором и актёром. Отдавая роли свою индивидуальность, не имея ни возможности, ни надобности включать в дело свою личность, античный артист, подобно жрецу, подобно шаману, производит такую «под­становку», которая необходима зрителю.

Для зрителя античного театра актёр как личность, индивидуальность, значил даже меньше, чем характер-маска. Актер здесь сопоставим вообще не с ге­роем пьесы, а с ролью этого героя, которую ему предстоит «принять на себя» и воспроизвести.

Рассматривая жизненную театрализацию, некоторые авторы (А. Авдеев, В. Хализев, Н.А. Хренов, Г. Волков) чаще всего используют понятие «маска-образ», включающего в себя весь комплекс выразительных средств, который можно применять и в процессе общения. «Маска-образ» – это визуально-вербальная оболочка персонажа создаваемого исполнителем в сценическом пространстве»[27]. По мнению Г.А. Волкова «маска-образ» предоставляет возможность человеку и в повседневном общении жить двойной жизнью[28]. «Маска-образ» отделена от личности исполнителя и существует как модель другого «Я», его alter ego. Создание «маски-образа» определяет сознательность осуществляемого действия, контроль человека над своими действиями, физическими и психическими, – до, во время и после их свершения.

«Маска-образ» представляет собой некий знак, который имиджируемый передаёт аудитории имиджа через создание иной пластики тела, выразительности движения, походки, мимической характеристики, свойственной именно этому персонажу, через набор голосовых приёмов, подбор костюма и грима, словом производит отбор различного рода знаков, которые помогают наиболее колоритно проявить и создать имидж-образ.

Использование игротерапевтических методик и приёмов как формы и способа воздействия на личность в целях построения и коррекции поведения получило широкое распространение в работах Н.В. Иванова,[29] М.М. Кабанова,[30] А.Л. Гройсмана[31] и других психологов и психотерапевтов, посвящённых коллективной (групповой) и индивидуальной психотерапии. Одним из направлений данного метода является так называемая ролевая психотерапия. Методика, в которой используются все формы взаимодействия личности в коллективе. Это и информационно-коммуникативные, регуляционно-коммуникативные и аффективно-коммуникативные действия, облегчающие взаимодействие в группе и оптимизирующие деятельность коллектива в целом.

Огромную роль в предположении о значимости ролевой психотерапии в построении имиджа сыграла, на наш взгляд, социально-психологическая доктрина основателя психодрамы Дж. Морено, возникшая, также, из истории театрализованного действа. Суть её заключалась в следующем: один из участников, актёр, выполняющий терапевтическую и гуманистическую функции alter-ego, играет определённую роль другого участника, героя, для того, чтобы лучше понять себя при исполнении последним собственной жизненной роли. Последующий «обмен ролями», осуществляемый в реальных условиях, способствует разрыву одних (нежелательных) и формированию других (желаемых) отношений в социуме.

Процесс психодрамы разделяется на три этапа: 1) подготовительный, 2) основной (само представление или «инсценизация») и 3) заключительный (когда происходит обмен впечатлениями). Вначале определяется «проблема», выбирается «герой», чья проблема разыгрывается, и выделяются подыгрывающие лица, помогающие разобраться в конфликте, оппонирующие главному действующему лицу («протагонисту») или намечающие для него правильное рациональное решение («alter-ego», или «дублёр»). «Дублёр», или вспомогательное «Я», помогает герою найти продуктивный выход из создавшейся ситуации, а «протагонист», чья проблема ра­зыгрывается, проецирует свои переживания из мира пси­ходрамы в мир реальный, адаптируясь в нем при помощи наигранных шаблонов правильного поведения.

Метод психодрамы может быть успешно применён не только в лечебном процессе, но и в управлении стра­тегической службой, при решении ряда практических проблем, например для психотехнической экспертизы, и профотбора, а также для проведения консультаций вступающих в брак.

К театрализованным формам могут быть отнесены методы психотерапевти­ческой драматизации и инсценизации, имагопсихотерапии, ролевые варианты групповой техники, тренинг актерской «психотехники» и др.

Приемы имагопсихотерапии в наибольшей степени разрабатывались старейшим ленинградским психотерапев­том И. Е. Вольпертом. Суть метода – в использовании одного из приемов театральной практики – воображения и мысленного воспроизведения положительного образа. Приемы имагопсихогигиеиы, по Вольперту, заключаются в усвоении каждым человеком привычки к мысленному воспроизведению некоторого возвышенного образа или комплекса образов, способных служить опорой в жизни, источником воодушевления в большом деле. Этот метод некоторыми своими гранями соприкасается с аутогенной тренировкой, особенно с ее высшими «моде­лями воображения».

Тренинг «актерской психотехники» и упражнения, применяемые с этой целью в школе К. С. Станиславского, имеют не только большое значение в деле профессиональ­ной подготовки актера, но оказываются полезными и в процессе имиджирования. Индивидуальная и групповая тренировка в отработке упражнений на внимание, воображение и развитие фантазии помогает в процессе построения имиджа «пробудить творческое воображение» и выстроить желаемый имидж-образ. Упражнения должны быть сформированы с учетом пси­хотерапевтических установок, близких к принципам «театра для себя» (термин Н. Н. Евреинова, который писал об «инстинкте театральности», присущем любому человеку и имеющем глубокие психологические и социаль­ные корни)[32].

Возможность применения театрализованных форм психотерапевтического воздействия связана с особым значе­нием эмоциональных факторов и благотворным влиянием позитивных сценических переживаний в корректировке поведения и переживаний человека. При использовании ролевых игр благодаря возможной смене ролей человек может «отчуждаться» от реальной и непродуктивной роли, рефлексивно оценить себя «со стороны», аккумулируя лишь положительное.

Коррекция поведения с помощью театрализованных средств, в практике имиджирования, осно­вана на использовании эффектов коллективной психоло­гии. Отклонения в поведении, возникшие в определенных микросоциальных условиях, не могут быть выправлены вне коллектива, предоставляющего возможность трени­ровки группового взаимодействия и формирования адап­тивного поведения у лиц с нарушениями и деформациями общения.

В известной степени широко используются методики театрализации и инсценизации в программе общеобразовательной школы. Используя принципы театрализации событий и ситуаций, «деловых игр», создавая адекватный психологический климат на производстве, можно добиться оптимизации деятельности ряда коллективов. Организация управления межличност­ным общением с помощью игровой коррекции, положи­тельно ориентирующей, словесной и операциональной сти­муляции деятельности коллектива оказывает психогигиеническое воздействие на человека.

Основой групповой психотерапии и ее ролевого вари­анта является поэтапно-реконструктивная работа с лич­ностью и системой ее отношений, характеризующих «основные роли, в исполнении которых проявляется ее индивидуальность»[33].

Поведение человека определяется его способностью соразмерять свои поступки с действиями других[34]. Мертон считает, что роль — это самовоспитанная установка социального ожидания, которое оказывает давление на поведение личности в зависимости от цен­ностных ориентаций последней[35].

Для объяснения меха­низма исполнения роли привлекаются различные личностно-психологические категории. В. Коту дифференци­рует термины «принятие роли» и ее «разыгрывание»[36]. Т. Ньюком различает роли, предписанные обществом (личность находится под давлением определенных обще­ственных ожиданий), и роли воспитательно-поведенче­ские, определяющие поведение конкретных лиц в зави­симости от популярности роли и предъявляемых к роли требований[37]. Т. Парсонс, оперируя понятием роли, стре­мится показать, что она является основой по меньшей море трех уровней интеграции – психологического, со­циального и культурного, представляя собой канал, по которому свойства и состояния отдельной личности вли­яют на функционирование различных общественных и культурных систем[38]. С. Сарджент считает ролью «куль­турную, личную и ситуационную детерминанту»[39], но за­мечает, что роль никогда не является только чем-то од­ним из трех указанных звеньев. Многогранность категории роли была отмечена, в частности, И. С. Коном: «Понятие роли, широко употребляемое обществоведами, весьма многозначно. В обыденном сознании ролью назы­вается такой аспект поведения, деятельности лица, кото­рый является для него отличным от его «подлин­ного я».

Развивая психологическую теорию роли примени­тельно к задачам психотерапии, Дж. Морено понимал под ролью процесс создания структуры всего человече­ского поведения, определяемого влиянием малых групп.

Каждый человек об­ладает способностью к творчеству.

Театр должен стать «высшей инстанцией для реше­ния жизненных вопросов»[40]. Необходим повседневный «театр общений», суть кото­рого – в том, чтобы научить людей моделям правильного общения и способам преодоления деформаций процессов общения.

Имиджмейкерам, офис-менеджерам, также как режиссёрам и актерам нужны, не только опыт и прак­тическое умение интуитивно действовать в образе, умозрительно «выстраивать» роль, образ и оценивать его, но и теоретические знания природы творческого процесса, понимание его психологиче­ских законов. Необходимо знать, как преломляется в образе лич­ность художника, какие ее качества способствуют проявлению спо­собностей, с помощью каких педагогических мер можно эти способ­ности полностью реализовать. А также и то, каким образом необходимо добиваться живого, органичного действия в роли, знать особенности построения образа, способность актера к двойной жизни на сцене, технологические при­емы подготовки роли.

Актёрское мастерство и режиссура помогает специалисту сферы сервиса развить в себе определённые навыки в следующих областях:

Для сферы общения выделяется первый круг способностей: коммуникабельность, эмоциональная устойчиво­сть, профессиональная зоркость, динамизм, оптимизм, креативность и гибкость мышления.

Для развития творческих способностей выделяется второй круг способностей: воображение, образная память, образное мышление, способность переводить абстрактную идею в образную форму, активная реакция на явления действительности, тонкая чувствительность, общая эмоциональная восприимчивость. Сюда включаются и художественные специфические свойства лично­сти и чувства: тонкий вкус, чувство меры, чувство формы, поэтиче­ские чувства, т.е. способность в обыденном видеть особенное, неповторимое.

Из области театральной режиссуры выделяется третий круг способностей, необходимых для любой сферы деятельности: аналитические, суггестивные (суггестивные способности позволяют режиссеру (имиджмейкеру) осуществлять эмоционально-волевое воздействие на актеров (клиентов) в процессе репетиций (имиджирования)), экспрессивные, организаторские, а также событийно-зре­лищное мышление.

Из области актерской профессии выделяется четвертый круг способностей, необходимый как для построения личностного имиджа, так и для индивидуальной работы с человеком в процессе имиджирования: сценический темперамент, способность к перевопло­щению, сценическое обаяние, заразительность и убедительность, сценически яркие внешние данные.

<< | >>
Источник: ВГУИС. ТЕХНОЛОГИЯ СОЗДАНИЯ ИМИДЖА. Учебное пособие. Владивосток - 2015. 2015
Помощь с написанием учебных работ

Еще по теме 2.1. Роль игры в процессе социализации личности.:

  1. 1.1. Роль игры в процессе социализации личности
  2. 3.1 Роль игры в процессе социализации личности.
  3. 1.3. Социализация личности
  4. 2.2. Правовая социализация личности
  5. Глава 5. Социализация личности.
  6. Междисциплинарный взгляд на коллективное бытие человеческой личности: соборность и социализация
  7. Междисциплинарный взгляд на коллективное бытие человеческой личности: соборность и социализация
  8. Равномерность как соотносительное свойство материальных процессов. Роль классов соравномерных процессов в метризации времени
  9. ТЕМА 7. Международные миграционные процессы: российский Дальний Восток Л.Н. Гарусова[142] Международная миграция: сущность, значение, возможности регулирования. Особенности миграционных процессов на российском Дальнем Востоке. Проблема адаптации и социализации мигрантов как фактор национальной безопасности
  10. Личность и главенствующая роль ее характера
  11. РОЛЬ ЛИЧНОСТИ B ИСТОРИЧЕСКОМ РАЗВИТИИ
  12. § 5. Роль науки в жизни современного общества и в формировании личности
  13. Глава девятнадцатая РОЛЬ НАРОДНЫХ MACC И ЛИЧНОСТИ B ИСТОРИИ
  14. Динамика личности осужденного и воспитательный процесс.
  15. Глава 13. ЭМПАТИЯ ЛИЧНОСТИ И ЕЕ РОЛЬ В ВОЗНИКНОВЕНИИ СИТУАЦИЙ ЗАТРУДНЕННОГО И НЕЗАТРУДНЕННОГО ОБЩЕНИЯ
  16. Глава 13. ЭМПАТИЯ ЛИЧНОСТИ И ЕЕ РОЛЬ В ВОЗНИКНОВЕНИИ СИТУАЦИЙ ЗАТРУДНЕННОГО И НЕЗАТРУДНЕННОГО ОБЩЕНИЯ
  17. 4. Роль подсказки в процессе психологической поддержки