<<
>>

В кризисные периоды развития общества всегда актуализируется интерес к ресурсным возможностям человека, его личности.

В этом плане обострение криминогенной обстановки в стране – резкое уве- личение уровня преступности, числа преступлений с применением оружия, захват заложников, похищения людей, террористические акты и др.

– предъявляют повышенные требования к организации работы оперативно-розыскных служб. Рост профессионализма преступников, их технической оснащенности, возросшая агрессивность и жестокость преступлений создают особо сложные условия противоборства с ними. В осложнившейся оперативной обстановке все большее значение приобретает человеческий фактор. В силу этого резко возрастает актуальность исследования закономерностей профессионального становления и самоопределения личности.

Психологический анализ профессиональной деятельности специ- алистов предполагает привлечение определенного понятийно-кате- гориального аппарата, средств и способов их использования. Состав этих понятий определяется содержанием той отрасли научного знания, к которой обращается исследователь. В данном случае предстоит осуществить исследование определенного вида служебно-трудовой деятельности, а именно охранной деятельности.

Однако исходно необ- ходимо и правомерно обращение к понятийному аппарату психологии труда и к одному из разделов юридической психологии – психологии юридического труда.

Проблема профессионального самореализации личности является многоплановой, междисциплинарной и изучается специалистами целого ряда смежных областей научного знания (психологии, педа- гогики, социологии, аксиологии и др.). В настоящее время в научной литературе отчетливо обнаруживается тенденция на создание единой теории, системно объясняющей профессиональное становление чело- века, особенностей его профессиональной самореализации.

Профессиональные аспекты структуры личности исследовались как в работах зарубежных психологов, так и в советской и российс- кой психологии личности.

В настоящее время можно утверждать, что проблема профессионального самореализации личности относится к числу активно разрабатываемых психологических проблем.

Несмотря на повышенный интерес к этой проблематике, в психо- логии нет общепринятого определения понятия «профессиональная самореализации личности», как нет единства в представлениях иссле- дователей о факторах его детерминирующих, и динамике.

В новых экономических условиях профессиональная карьера стала рассматриваться не только как общественно-значимая, но, в первую очередь, как личностно-значимая, определяющая ценностные аспекты личности. В этом плане профессиональное становление личности яв- ляется во многих случаях главным компонентом структуры личности взрослого человека.

Анализ жизненного пути личности, установление причинно-следс- твенных связей с внутренними и внешними факторами лежит в основе исследований, результаты которых стали теоретической базой концепции профессионального становления личности (Рубинштейн С.Л., 1946; Леонтьев А.Н., 1972; Шорохова Е.В., 1977; Выготский Л.С.; 1983, Ломов Ф.Б., Сурко Е.Н., 1980; Крупнов А.И., 1985; Абульханова К.А., Александров Ю.И., Брушлинский А.В., 1996; Судаков К.В., 1996; Шадриков В.Д., 1996).

Традиционно считалось, что возрастная изменчивость несвойствен- на психологическим характеристикам взрослого человека. Высшие про- явления интеллектуальной активности относились к периоду поздней юности (Пиаже Ж., 1969). Благодаря накоплению знаний о структурах развития психофизиологических функций взрослого человека было выявлено ускорение процессов созревания и замедление процессов старения в сфере интеллекта современного человека. Это приводит к выводу о росте потенциалов развития зрелого человека.

В наиболее обобщенном виде проблема профессионального становле- ния личности рассматривается в трудах Б.Г. Ананьева (1972, 1977, 1980). В результате ряда психофизиологических исследований установлено, что действие возрастных факторов разнонаправлено и при снижении одних функций наблюдается явный рост других.

Например, при наличии практического опыта у взрослых повышается чувствительность и стаби- лизируется система восприятия в целом. Таким же образом, в среднем возрасте зафиксирован наиболее высокий уровень объема внимания, вербальные функции также максимально возрастают к 40 годам.

Б.Г. Ананьев провел многолетнее исследование возрастного разви- тия людей от 18 до 35 лет. Фактически, это период профессионального становления, длящийся обычно до 35–40 лет. Достаточно высокий уровень психофизиологических функций, по Б.Г. Ананьеву, свидетель- ствует о высоким потенциале обучаемости взрослого человека, под которым в данном случае понимается способность человека воспри-

нимать информацию, запечатлевать и сохранять ее в памяти, активно перерабатывать для решения различного рода задач.

Наиболее важный вывод, который был сделан на основе проведен- ного исследования – уровень функционального развития интеллекта взрослого человека на разных этапах возрастной эволюции остается достаточно высоким. Никаких резких спадов в динамике этих функций не наблюдается. А это значит, что обучаемость взрослого человека (возрастной диапазон до 40 лет) не снижается. Мы полагаем, что наиболее значимым выводом исследований Б.Г. Ананьева является положение о том, что уровень функционального развития интеллекта на разных этапах развития взрослого человека остается достаточно высоким, следовательно, формирование профессионально-значимых свойств личности и профессиональное становление взрослого человека в возрасте от 18 до 40 лет имеет высокий потенциал.

Разрабатывая то же направление, Е.И. Степанова (1981) утверждает, что уровень мышления зависит от образования и практического опыта. Выявлено, что возраст вместе с образованием и профессиональной деятельностью оказывает усиливающее влияние на интеллектуальное развитие человека.

Б.Г. Ананьевым и его учениками была выведена формула о том, что

«…зрелость (взрослость) есть лишь завершение процессов развития и реализации уже сформировавшихся механизмов, свойств и структур поведения, заложенных в детстве.

Поэтому зрелость рассматривается как стационарное состояние, характеризуемое более или менее полной стабилизацией функций и свойств сложившейся личности, образо- вавшегося интеллекта, определившейся ценностной ориентации» [Ананьев Б.Г., 1980, с. 203].

Исходя из данных, полученных Б.Г. Ананьевым, его последователи рассматривают личностные факторы развития взрослого человека, представляя направленность личности как систему установок по отношению к труду, к людям, к обществу (Кулюткин Ю.Н., 1981; Степанова Е.И., 1981; Ядов В.А., 1975). Согласно их исследованиям, направленность личности включает всю систему отношений, установок, жизненных устремлений, планов, идеалов личности. Кулюткин Ю.Н. определяет направленность как «…ядро личностного “Я”, в котором выражается стремление человека к самореализации, к росту и развитию в той или иной сфере жизнедеятельности» [1981, с. 22].

В настоящее время вопросы профессиональной карьеры личности продолжают разрабатываться с позиций различных направлений ис- следовании современной отечественной психологии. Причем в рамках

разработки общей теории Р.Г. Фаизова (1999) предлагает выделять несколько специфических, хотя и тесно взаимосвязанных между собой аспектов в ряде смежных областей науки, направленные на создание целостной теории, системно объясняющей жизненный путь человека, а, следовательно, и процесс профессионального становления.

Одним из таких направления является психофизиологический подход, обсуждающий профессиональное становление как проблему адаптации в социальной и профессиональной среде, проблему возможностей и способностей взрослого человека. В контексте изучения психофизи- ологических аспектов проблематики профессионального становления личности рассматриваются вопросы, исследовавшиеся учеными школы Мерлина В.С. (1964, 1986) и посвященные психофизиологическим харак- теристикам иерархических структур индивидуальности (Андрос О.Я., 1992; Аминев Г.А., 1988; Аминев Г.А., Аминев Э.Г., 1996; Аминев Г.А., Давлетгареева Р.Г., Борисова Е.В., 1994; Белоус В.В., Найманов А.Г., 1989; Данилова Н.Н., 1992; Жуков В.В., 1999; Крупнов А.И., 1987); ха- рактеристикам темперамента в свете теории интегральной индивиду- альности (Белоус В.В., 1983, 1987, 1990; Крупнов А.И., 1983), проблеме распознавания уровней интегральной индивидуальности (Белоус В.В., Найманов А.Г., 1989), нейропсихологической зависимости в структуре интегральной индивидуальности (Жуков В.В., 1999); проведены много- сторонние исследования психических функций человека, значимые для профессионального становления личности (Величковский Б.М., 1977; Голубева Э.А., 1980, 1983).

Дикая Л.А. рассматривает проблему функ- циональной межполушарной асимметрии мозга в динамике обучения (1996), а также подходы к изучению процесса профессионального са- моопределения (1998). Проведен клинико-феноменологический анализ показателей развития “Я” взрослого человека (Логонда Г.В., 2000).

Взаимосвязь личностных характеристик с психофизиологическими особенностями индивида также исследуется зарубежными авторами (Andreasen A. end al. 1993; Brihler Ch., 1989).

В литературе имеются попытки объяснения процесса профессиональ- ного становления личности с точки зрения представлений о волновых механизмах нейро- и психорегуляции. Так, Аминев Г.А. (1988), Аминев Г.А., Аминев Э.Г. (1996), Конопкин В.А. (1995) разрабатывают теорию “хронок- вантов”, которые складываются в основной ритм жизни и характеристики основного ритма жизни связаны со свойствами иерархической индиви- дуальности и с ростом биодетерминации на биодинамическом уровне. Кроме того, исследуется характер нейропсиходинамической зависимости в структуре интегральной индивидуальности (Жуков В.В., 1999).

Еще одним направлением изучения профессионального становления личности является деятельностный подход, определяющий значимость профессионального становления в структуре личности (Антонова Н.В., 1997; Ломов Ф.Б., Абульханова К.А., Конопкин О., 1991; Климов Е.А., 1996; Кудрявцев Т.В., Шегурова В.Ю. Никитюк Б.А., 1995, 2000; Фаизова Р.Г, 1999; Schrepp M., 1995). С точки зрения деятельностного подхода про- фессиональное становление личности также рассматривается в работах Ломова Ф.Б., Сурко Е.Н. (1980), Абульхановой-Славской К.А. (1983, 1991), Конопкина О.Н. (1995), Никитюк Б.А. (1995).

На основе системного и субъектного подходов в современной психологии интеллект исследуется как поликомпонентная система адаптации субъекта к условиям его деятельности (Ломов Б.Ф., 1985; Рубинштейн С.Л., 1973; Cattell R.B., 1970).

Идеи ценностной детерминации Я-концепции (самотождест- венности) личности и характера ее жизнедеятельности, включая профессиональные аспекты, обоснованы классиками отечественной науки (Бахтин М.М., 1986; Выготский Л.С., 1983; Леонтьев А.Н., 1981; Мясищев В.Н., 1995; Рубинштейн С.Л., 1990).

Важным направлением в изучении проблемы профессионального становления личности являются исследования, связанные с пове- дением, исполняемыми ролями, стилем и продуктивностью жизни, проведенные в работах Андрос О.Я. (1992), Рябикиной З.И. (1997), Серкова А.К. (1992), Шкуратовой И.П. (1994), Ядова В.А. (1975), Enc B. (1995), Lowental M., Haven R.C. (1995).

Исследования в области профессионального становления личности и ее профессиональной самореализации рассматривали особенности про- фессионалов в отдельных сферах деятельности, содержание и динамики карьеры (Гуревич К.М., 1970; Джанерьян С.Т., 1989, 1998; Зеер Э.Ф., 1996; Климов Е.А., 1996; Кудрявцев Т.В. и Шегурова В.Ю., 1983; Митина Л.М., 1997; Молоткова Е.А., 1997; Прокопьева Е.В., 2000; Пряжников Н.С., 1996;

Рябикина З.И., 1995, 1997; Стамбулова Н.Б., 1999 и др.).

Еще одним направлением исследования профессиональной само- реализации личности являются работы, посвященные анализу психо- логических кризисов профессиональной сферы (Ермолаева Е.П., 1988, 2001; Джанерьян С.Т., 1996; Дикая Г.В., 2000; Дикая Л.Г., Шахнач Л.В. 1996; Зеер Э.Ф. 1996; Реан А.А., 1988; Шапкин С.А., Patterson J.M. и др., 1995).

Периоды социальной нестабильности всегда сопровождаются труд- ностями в самоопределении личности по отношению к социальной дейс- твительности, в частности, к профессиональной среде (Андреева Г.М., 1997), сложностями в адаптации к социальным изменениям [Ядов В.А.,

1975, 1987). В этих условиях становится необходимым рассмотреть представления личности о путях и субъектах профессионального раз- вития, что проделано в работах Е.И. Головахи (1988), С.Т. Джанерьян (1996, 1998), Е.Г. Молл (1998), З.И. Рябикиной (1995, 1997).

Так, например, Ермолаева Е.П. делает вывод о том, что в настоящее время отчетливо проявляется тенденция изменений в профессио- нальной сфере, вызванная дестабилизацией общества, что приводит к ментальному и функциональному распылению профессий (2001). Психологически это проявляется в утрате профессиональной иден- тичности, равнодушии к профессиональным обязанностям и нормам, замещении профессиональных ценностей и морали ценностями и це- лями другой среды – профессиональной и внепрофессиональной.

В результате воздействия экономических и социальных факторов, с одной стороны и личностных, с другой, профессиональное становление личности происходит на фоне профессиональных кризисов, которые в массовом порядке продуцируют профессиональных маргиналов, отвер- гающих или негативно оценивающих свою прежнюю идентичность.

В рамках изучения проблемы профессионального становления личности так же активно разрабатываются ее аксиологические аспекты. Ряд работ направлен на исследование ценностных аспектов профес- сиональных и смысложизненных интересов личности (Белоконь М.А., 1999; Брагина В.Д., 1976; Головаха Е.И., 1988; Гольников Р.В., 2000; Горская Г.Б., 1998; Гульянова Н.А., 2001; Долгов П.Т., 1999; Зинченко Е.В., 2000; Кон И.С., 1984; Логонда Г.В., 2000; Молоткова Е.А., 1997; Ни О.П.,

2000; Никандров Н.Д., 1997; Петкова С.М., 1997; Прокопьева Е.В., 2000;

Рукавишникова Н.Г., 1998; Brihler 1959).

Ценностно-смысловые детерминанты межличностного взаимо- понимания как смысложизненные и ценностные ориентации, само- отношение, направленность личности в общении стали объектом исследования в недавнее время (Желтонова Ю.А., 2000).

Исследуются ценностные и смысловые жизненные ориентации личности, ее мотивации; раскрываются понятия самоопределения, самопредъявления и самораскрытия личности, и в связи с ними рас- сматривается профессиональная Я-концепция.

Психологами подробно исследовались проблемы ценностных ориен- таций и профессиональной мотивации (Агеев В.С., 1990; Ольшанский В.Б., 1994; Ядов В.А., 1975 и др.), профессионально специфические особеннос- ти социального восприятия (Агеев В.С. Теньков А.А., 1990; Бодалев А.А., 1977; Кукосян О.Г., 1981; Панферов В.Н., 1977; Чугунова Э.С., 1983). Проблемы планируемой профессиональной карьеры, содержание,

компоненты и характеристики идеалов профессионального пути ис- следованы в работах Е.И. Головахи (1988), Е.Г. Молл (1998).

На рубеже 20–21 веков отмечены появлением исследований проблем саморазвития и самопредъявления личности (Скрипкина Т.П., 1984; Шкуратова И.П., 1998), однако разработка однозначного определения понятия самораскрытия еще продолжается. Исследователи сравни- тельно недавно приступили к всестороннему анализу социально-пси- хологических и личностных факторов самораскрытия (Зинченко Е.В., 2000), основываясь на определение зависимости самораскрытия от межличностных отношений (Лосенков В.А., 1983; Гозман Л.Я., 1987; Кон И.С., 1978), а также на данных о проявлении когнитивного стиля в сфере общения и его связи с самораскрытием (Шкуратова И.П., 1994; Антипина Т.Г., 1998 и др.).

Важным направлением исследований рассматриваемой проблема- тики является изучение динамики профессионального становления. Один из первых отечественных психологов, исследовавших проблему профессионализма, В.Т. Кудрявцев (1981) выделил в качестве критериев оценки уровня его развития отношение личности к профессии и уро- вень выполнения деятельности. По его мнению, профессиональное становление личности проходит в своем развитии четыре основные стадии: формирование профессиональных намерений, профессиональ- ное обучение, профессиональная адаптация и частичная или полная реализация личности в профессиональном труде.

Развитая ориентация человека в мире профессий является одним из компонентов мировоззрения. Направленность личности (потреб- ности, интересы, идеалы) является важным регулятором психической активности, при этом процесс формирование профессиональной на- правленности обуславливает индивидуальные особенности личности взрослого человека. Одним из направлений развития личности как субъекта труда, считает Е.А. Климов (1996), является формирование индивидуального стиля профессиональной деятельности, а, следова- тельно, профессиональной направленности личности. Рассматривая периодизацию профессионального развития личности автор предлагает выделять следующие этапы профессионального становления:

– оптант (выбирающий профессию);

– адепт (обучающийся профессиональному мастерству);

– адаптант (приступивший профессиональной деятельности);

– интернат (адаптированный в профессиональной среде);

– мастер (владеющий развитыми профессиональными знаниями, умениями и навыками);

– авторитет (профессиональные знания, умения и навыки развиты на высоком уровне);

– наставник (не имеющий физических возможностей выполнять профессиональные обязанности на высоком качественном уровне, но способный передать мастерство).

Однако в результате вынужденной смены вида профессиональной деятельности человек может вновь оказаться на предыдущих ступенях профессионального становления.

Реальная психология конкретного профессионала определяется в данной работе ведущим идентификационным основанием, в выборе которого субъект не свободен: он личностно детерминирован и зависим от культурных, социальных, экономических факторов.

Л.М. Митина предлагает концепцию двух моделей профессиональ- ного становления: адаптивной и модели развития. Адаптивная модель подразумевает наличие у специалиста определенного набора знаний, умений и опыта. Модель профессионального развития характерна стремлением к полному овладению профессиональной деятельностью и к постоянному самосовершенствованию (1998).

Профессиональное становление личности на начальном этапе подра- зумевает базовое и специальное профессиональное образование и вклю- чает социологический, психологический и педагогический аспекты.

Оно берет начало в период юности и характеризуется как про- фессиональное самоопределение. Само развитие профессиональных аспектов структуры личности может происходить уже в процессе дальнейшего профессионального обучения, в частности, при получении высшего образования. Однако вручение диплома и присвоение звания специалиста не означает завершение процесса профессионального становления, а наоборот, формирование профессиональных компо- нентов структуры личности только начинается.

Значимость образования для взрослых определяется соответствием его направления возможностям личности углублять и расширять свои жизненные планы и перспективы, развивать представления о цен- ностях личности и таким образом формировать профессиональную карьеру. Опыт практической профессиональной деятельности часто приводит к потребности повысить образовательный уровень и таким образом, происходит формирование профессиональной “Я-концепции”, мотивационная направленность на непрерывное совершенствование профессиональных навыков в изменяющейся деловой среде. Возросшая личностная значимость профессиональной карьеры определяет цен- ностные аспекты личности профессионала.

Профессиональное становление личности специалиста не ограничи- вается этапом выбора сферы приложения сил. Это длительный, сложный, многоступенчатый процесс, который только начинается с момента выбора человеком будущей профессии и продолжается до момента прекращения им активной трудовой деятельности. Конечным продук- том процесса профессионализации является формирование личности профессионала – «специалиста особого класса, способного достигнуть высочайшего мастерства в результате реализации своего природного потенциала, благодаря гармонизации своих индивидуально-психологи- ческих, врожденных возможностей с требованиями, предъявляемыми самой осваиваемой профессией» [Русалов В.А., 1991, С. 97].

В то же время проблемы обучения взрослых людей за некото- рым небольшим исключением (см., например, Витлин Ж.Л., 1983) исследовались явно недостаточно. Э.Ф. Зеер, исследуя проблемы профессионального образования, отмечает, что «личностно ориенти- рованное образование основывается на методологическом признании в качестве системообразующего фактора личности обучаемого: его потребностей, мотивов, целей, способностей, активности, интел- лекта и других индивидуально-психологических особенностей. Это образование предполагает, что в процессе обучения максимально учитываются половозрастные, индивидуально-психологические и статусные особенности обучающихся. Учет осуществляется через содержание образования, вариативность образовательных программ, технологии обучения, организацию учебно-пространственной среды. Принципиально изменяется взаимодействие обучаемых и педагогов. Они становятся субъектами процесса обучения» [2002, С. 42].

Необходимо отметить, что большинство исследований по психо- логии обучения взрослых проводились в рамках обучения молодежи в средней вечерней школе и не были связаны с профессиональной деятельностью, что не обесценивает их результаты, однако несколько их ограничивает.

Исследования жизненных целей личности советскими учеными ограничивались ориентацией на потребности, определенные обществен- но-значимыми факторами (Петкова С.М., 1997). Эта позиция является отражением формальных взглядов, превалировавших в советский период развития психологической науки, когда целенаправленно недооценивалась роль личностного развития, профессионального становления личности вне зависимости от его оценки обществом в целом. Нам представляется данная точка зрения достаточно обоснованной, но несколько ограни- ченной, так как авторами акцентируются качества личности, несколько

размывающие индивидуальность, уводящие от творческой сущности личности, они ориентированы, в основном на внешнюю авторитарную оценку трудовой деятельности личности. Профессиональное станов- ление взрослого человека является средством развития творческого потенциала личности. Приобретая значительный жизненный опыт и способность видеть и оценивать жизненные перспективы, взрослый человек углубляет и обобщает полученную информацию самостоятельно, побуждаемый внутренними мотивами. Смысложизненные интересы присущи только данной личности и отражают возможности реализации путей собственного развития. В этом процессе житейские понятия также являются полезными и эффективными, однако, они должны подвергаться пересмотру при изменении жизненной ситуации. Опора на жизненный опыт, постепенное его расширение является одним из принципов, опре- деленным теорией обучения взрослых (Владиславлев А.П., 1978).

Итак, в настоящей диссертационной работе мы рассматриваем профессиональную самореализацию личности как формирование про- фессиональной компетентности в определенной области деятельности, готовность к постоянному профессиональному развитию и расшире- нию сферы компетенции в соответствии с мотивами и потребностями личности профессионала.

Все вышеизложенное заставляет нас остановиться на специфике деятельности сотрудников общественной безопасности и тех пси- хологических требованиях, которые эта деятельность предъявляет к личности профессионала.

Теоретико-методологический анализ научной литературы по про- блеме профессиональной самореализации и самоопределения личнос- ти, что позволило раскрыть ее сложный, многоаспектный характер и показать специфику различных подходов к ее изучению. Вопросы профессионального становления и самоопределения личности разра- батываются с позиций различных отраслей современной психологии: психологии личности, психологии труда, акмеологии и социальной психологии. Причем, следует отметить, что в научной литературе отчетливо обнаруживается тенденция на создание единой теории, системно объясняющей профессиональное становление человека.

В отечественной психологии наиболее широкое распространение получил субъектно-деятельностный подход, концептуальные положения которого были заложены С.Л. Рубинштейном и получили дальнейшее развитие в работах К.А. Абульхановой, А.В. Брушлинского, А.А. Деркача, А.Н. Леонтьева и др. В рамках этого подхода деятельность рассматри- вается как наиболее универсальная форма осуществления человеком

своей преобразующей активности. В качестве основных принципов психологического анализа в данном случае предлагается рассматривать принцип единства деятельности и сознания, принцип развития, при- нцип активности отражения в процессе деятельности. Большой вклад в разработку данной проблематики внесли результаты исследований Л.И. Анцыферовой, В.А. Бодрова, В.Г. Зазыкина, А.К. Марковой, опи- сывающие профессиональное становление как целостный, непрерыв- ный процесс. Это позволило раскрыть процесс профессионализации, включающий проблемы процесса выбора профессии и овладения специальностью, вхождения специалиста в профессиональную среду, социальные факторы регулирования степени профессионализации, осуществить анализ условий, закономерностей и особенности изме- нений личности в процессе восхождения к профессионализму.

Анализ теоретических предпосылок познания трудовой и служебной деятельности показывает, что в психологии оформились три основных подхода к изучению психологических условий деятельности: а) анализ профессии как социально-психологической единицы, несущей в себе основные требования к деятельности и ее исполнителям; б) анализ субъек- тов деятельности, направленный на выявление тех сторон и условий труда, в которых наиболее полно проявляются субъектные характеристики участников труда; в) анализ формирования профессионализма участ- ников деятельности как наиболее полного выражения психологической стороны труда. При этом ведущее положение занимает подход, связанный с исследованием профессионализма как интегральной категории анализа процесса функционирования и развития деятельности.

В то же время, как показал критический анализ научной литературы, большиснтво исследований в области психологии юридического труда остаются в рамках первого, описательного подхода. Многочисленные работы посвящены выделению и анализу либо тех требований, кото- рые предъявляют отдельные виды профессиональной деятельности к личности сотрудников правоохранительных, правоприменительных и правоисполнительных органов (Баранов П.П., Мещерякова А.В.,2000; Бовин Б.Г., 1997; Богданов В.М. 1984; Бузыкина Ю.Ю., 2005; Васильев В.Л., 2000; Деркач А.А., Маркова А.К.,1998; Папкин А.И.,1996; Столяренко A.M., 1087; Целиковский С.Б., Коноплева И.Н., 2004 и др.), либо проблемам профессиональной деформации личности (Безносов С.П., 1995; Буданов А.В., 1992; Волков В.В., 1971; Медведев B.C., 1996; Пономарев И.Б., 1979 и т.д.). Однако даже в таком контексте ощущается явный недостаток работ, посвященных психологии де- ятельности сотрудников милиции общественной безопасности.

С увеличением интереса к феномену самореализации личности, обусловленным пониманием ее определяющей роли в жизнедеятель- ности человека, несомненна и возрастающая потребность научного обоснования и изучения самореализации личности как психологи- ческой проблемы. В настоящее время существуют терминологичес- кие расхождения и различия в толковании понятия самореализации личности разными авторами, а так же отсутствуют разработанные психологические теории и модели самореализации личности.

Изучение человека как единого целостного образования разорвано, рассеяно по множеству областей знания.

Подобное состояние во многом обусловлено тем, что науки о человеке перешли от синкретичного (целостного) подхода к человеку, характер- ного для древности и средневековья, когда на первом плане находились проблемы гуманизма, духовности, соотношения души и тела на второй, аналитический этап развития. Данный этап характеризуется, как извест- но, дифференциацией целостного подхода и появлением отдельных наук таких, как психология, социология, физиология и других, с помощью которых анализируются частные стороны, свойства и проявления чело- века. На этот подход в основном опираются ученые в настоящее время. Однако сейчас наметился переход к следующему этапу «синтетического человекознания» (данное выражение принадлежит Б.Г. Ананьеву [9]). На данном этапе предстоит объединить знания отдельных наук на новой основе и вернуться к глобальным характеристикам человека с учетом современного состояния науки и общества в целом.

В настоящее время проблема развития и использования челове- ческого потенциала рассматривается в новом аспекте. Более высокие требования предъявляются к самостоятельности, креативности, ини- циативе и предприимчивости человека, что вызвано происходящими в обществе изменениями. Б.Г. Ананьев неоднократно отмечал усиление влияния человеческого фактора на различные стороны действитель- ности. Все это обусловливает возрастание актуальности проблемы самореализации личности.

В зарубежной научной литературе термин «самореализация» (self- realisation) впервые приводится в словаре по философии и психологии, изданном в 1902 г. В Лондоне: «Самореализация – осуществление возможностей развития Я». Такое определение соответствует такому пониманию, согласно которому высшим конечным результатом раз- вития является самореализация или самоосуществление.

Термин «самореализация» используется в отечественной и зарубеж- ной психологической, педагогической, философской, социологической

и другой общественно-научной литературе. В отечественных психоло- гических и педагогических исследованиях он начал употребляться в 90-х годах ХХ века, в социологических и других общественно-научных – в период строительства коммунизма. В философских исследованиях, использование понятия «самореализация» и идей, положенных в его основу, уходит в глубокое прошлое. В общенаучных исследованиях, прежде всего, общефилософских, данный термин использовался как в рамках диалектической философии, так и с метафизических пози- ций [109].

Несмотря на то, что в настоящее время термин «самореализация» используется все чаще, в отечественной психологической, социологи- ческой, педагогической, философской и другой справочной литературе (энциклопедиях, словарях и т.д.) определения этого термина отсутс- твуют. Не приводятся они и в больших энциклопедиях и толковых словарях русского языка.

На процесс самореализации оказывают влияние две группы усло- вий: внутренние и внешние. Под внутренними условиями принято понимать степень развитости способностей, качества характера, воли, привычки человека, гибкость или ригидность мышления и так далее; под внешними – наличие или отсутствие социального заказа на способности, его потенции, мера востребованности их со стороны социальных структур и целого.

Внутренние условия, так или иначе, проявляются в процессе развития человека, развертывания его судьбы, реализации различных сценариев жизненного пути. В процессе развертывания судьбы происходит или не происходит профессиональный, психологический; гражданский, мораль- ный и т. п. рост человека, раскрытие им своих способностей. В данном случае рост трактуется как последовательное удовлетворение все более высоких потребностей человека. В соответствии с законом иерархии потребностей движение к подлинной самореализации не может начаться, пока человек не освободится от доминирования низших потребностей. При доминировании низших потребностей не происходит раскрытия самых глубинных способностей и потенций человека.

Создание внешних условий для самореализации всех членов об- щества прерогатива разумной социальной политики. При этом необ- ходимо учитывать тот факт, что на различных этапах жизни человека необходима своеобразная социальная помощь. Понятно, что помощь в развитии для ребенка, юноши и пенсионера будут различными.

Наиболее близкими к понятию «самореализация» являются понятия

«самоактуализация» и «самоосуществление». Понятие «самоактуали-

зация», как правило, описывается в психологической литературе со ссылкой на работы А. Маслоу. В зарубежных психологических и фило- софских словарях термин «самоосуществление» (self-fulfillment) чаще трактуется как свершившийся, конечный результат самореализации, полная реализация возможностей личности.

В различных науках о человеке, на разных этапах их существования, так или иначе, появляется термин «самореализация».

Идея самореализации имеет давнюю историю в философии. «В качестве высшей ценности самореализация трактуется в философии Упанишад (с VIII до V в. до н.э.) и в даосизме (VI-V вв. до н.э.). На Западе учение о самореализации восходит, по крайней мере, к Аристотелю и отчасти Платону, представляя собой не только теоретический анализ этого феномена, но и практические рекомендации путей и способов индивидуального самоосуществления» [257, с. 3]. В конце XIX – начале XX вв. в англоамериканских теориях, в особенности у представителей идеализма, принцип самореализации обретает характер этической заповеди. По мнению многих философов, данная тенденция сохра- няется в XX в. в философии экзистенциализма.

Ранее, в советской общественной системе, проблема самореализации игнорировалась. Существовали обязательные, определенные формы самореализации личности, в основе которых лежала система идеалов и ценностей, дающая ответы на все духовные и мировоззренческие воп- росы. Такая форма самореализации избавляла от необходимости поиска своего места в жизни и обеспечивала иллюзорную защищенность.

Изменения в общественной жизни повлекли за собой совершенно иной социальный запрос – на принятие человеком самостоятельных, индивидуально выверенных решений. Все это создало условия для подлинной самореализации, основным признаком которой является альтернативность, возможность выбора [82].

Многие исследователи считают, что самореализация оказыва- ется сложной вследствие условий человеческого существования. Самореализация предполагает планирование своей жизни и де- ятельности, самосоздание условий своей активности направленной на более полную реализацию своих способностей и возможностей. В современном мире создание этих условий оказывается достаточно сложным, а чаще невозможным.

Известно, что важнейшей сферой самореализации человека явля- ется труд. Р.А. Зобов и В.Н. Келасьев выделяют критерии позволяющие судить об успешности или неуспешности самореализации в трудовой деятельности.

Наиболее известным показателем успешности или неуспешности самореализации человека в труде является показатель внешней продук- тивности деятельности. Речь идет преимущественно о количественных показателях, конечно, при сохранении некоторого требуемого уровня качества (количество знаний, усвоенных студентом, количество новых разработок в той или иной сфере науки и т. д.). Часто о самореали- зации судят преимущественно по этому показателю. Для общества действительно важно, каков внешний результат, в каком количестве продукции он выражается. Эта продукция необходима для сущест- вования и процветания общества [73].

Другим важнейшим показателем самореализации в труде является показатель меры удовлетворенности человека процессом своего труда. Если человек достигает высоких результатов, но при этом не получает удовлетворения, нет оснований говорить об успешной самореализации. С этой точки зрения самореализации нет и у студента, который, полу- чая высокие оценки, тем не менее не испытывает удовлетворения от изучаемых предметов. Только в том случае, когда высокие результаты подкрепляются внутренней удовлетворенностью, появляются веские (но еще недостаточные) основания, чтобы говорить о состоявшейся самореализации [там же].

Следующим, не менее важным показателем самореализации явля- ется нервно-психическая «цена», которую человек вынужден платить за свою результативность и удовлетворенность. Даже при высокой продуктивности и удовлетворенности вряд ли можно говорить об успешной самореализации, если человек вынужден расплачиваться за нее своим физическим или психическим здоровьем.

Итак, самореализация имеет место, если налицо: высокая продук- тивность (результативность), удовлетворенность своим трудом – при отсутствии разрушающих нервно-психических затрат. По сочетанию этих трех показателей можно судить о мере самореализации человек в том или ином виде труда.

«Под самореализацией... понимается практическое осуществление человеком его задатков, способностей, дарований и черт характера че- рез ту или иную сферу социальной деятельности с пользой для самого себя, коллектива и общества в целом... Самореализация продолжается всю жизнь, но в ней можно выделить ряд конкретных актов – “пиков” глубоко индивидуального процесса самореализации...» [264, с. 31].

Следует также иметь в виду, что самореализация предполагает трансформацию способностей, замыслов, установок человека (его внутреннего содержания) в поведение. Поэтому одни работают для

удовлетворения своих биологических потребностей, другие – ради реализации именно своих способностей, ценностных установок, часто явно утопического характера. Таким образом, мотивы самореализации могут быть совершенно различными.

Феномен самореализации имеет явно выраженный междисципли- нарный характер. Он представляет интерес не только для психологов, но и для социологов, философов, социальных и медицинских работников. Проблема самореализации личности, это психологическая проблема, осо- бенности и закономерности которой могут быть выявлены посредством психологической науки с привлечением междисциплинарных знаний.

Самореализация как междисциплинарный феномен не может исследоваться без использования научного знания, полученного не только в смежных, но и на первый взгляд далеких друг от друга фун- даментальных математических, физико-математических, естественных и других науках [109].

При рассмотрении самореализации личности как процесса и как результата, необходимо учитывать то, что мы рассматриваем сверх- сложную систему – личность. Система эта взаимодействует с другими людьми и социумом. Таким образом, при рассмотрении таких сложных систем как личность необходимо учитывать знания о саморазвитии и самоуправлении систем, нужен новый метод и язык описания, позволяющий представить разные группы процессов как некоторое целостное образование. Базой для такого метода мог бы послужить системно-структурный подход (синергетический). Рабочими поняти- ями такого подхода являются понятия элементов и связей. Системно- структурный подход ориентирует исследователя на изучение объекта с позиций взаимодействия его элементов.

Мы отдаем себе отчет, о том, что некоторые качества человека не могут быть выражены на языке связей и элементов. Например, чувства, эмоции, самосознание человека выступающие как сложные качества, которые невозможно описать на языке структурных теорий, и тем более на него нельзя переложить такие особенности, как индиви- дуальное своеобразие, неповторимость человека, его субъективный мир. Однако это ни сколько не умаляет возможностей данного метода, а лишь демонстрирует необходимость его дальнейшей разработки и приспособления к нуждам наук о человеке.

Синергетика – это дисциплина, которая находится на стыке ряда наук (физики, химии, биологии и т.д.). Основная задача этого междис- циплинарного направления научных исследований, возникшего в 70-е гг. XX в., – познание общих закономерностей и принципов процессов само-

организации различной природы. «В рамках синергетики изучается такое совместное действие отдельных частей какой-либо неупорядоченной системы, в результате которого происходит самоорганизация – возникают макроскопические, пространственные, временные или пространственно- временные структуры, причем рассматриваются как детерминированные, так и стохастические процессы» [252, с. 4].

Термин «синергетика» ввел Г. Хакен (Штутгартский университет, ФРГ). Он происходит от греческого «synergeia» – совместное или кооперативное действие. Иными словами, рассматривается процесс самоорганизации, происходящий в системах, состоящих из большого числа составляющих, и определяющийся совокупным кооперативным действием. Эффект самореализации заключается в самопроизвольном, спонтанном обра- зовании упорядоченных структур в неупорядоченных стохастических системах; самоорганизующаяся система способна изменять внутреннюю структуру и способы поведения. «Процесс самоорганизации представляет собой автоматический процесс, при котором выживают комбинации, выгодные с точки зрения адаптации» [252, с. 5].

Синергетика исследует принципы эволюции сложных, открытых, динамичных систем, т.е. описывает класс систем и процессы, подпа- дающие под феномен самореализации. Развитие является процессом самоорганизующимся. Сам процесс жизнедеятельности обуславливает самодвижение, самодетерминацию субъекта и соответственно расши- ряет спектр возникающих на жизненном пути противоречий. Процесс самореализации человека, как правило, происходит в социальном ок- ружении, где человек является центром этой системы. Взаимодействуя с социальным окружением, человек на своем жизненном пути в про- цессе самореализации осуществляет как профессиональный выбор, так и выбор профессионального окружения, в наибольшей степени способствующий продуктивности и удовлетворенности; отдавая пред- почтение тем или иным путям своего развития, субъект основывается на более удачном опыте применения своих способностей в личных устремлениях. Самореализация включает в себя самопроектирова- ние, то есть представление о том, каким человек хочет видеть себя в ближайшем и отдаленном будущем. Посредством самоорганизации и самоуправления субъект осуществляет достижение поставленных целей, саморазвертывание своего жизненного пути. Самореализация приобретает продуктивный характер тогда, когда она направлена на развитие личности и использует адекватные субъективные стратегии [103, 104, 118, 119]. Соответственно, феномен самореализации должен рассматриваться в свете синергетической парадигмы.

Личность является сложной самоорганизующейся системой, кото- рой нельзя навязать пути ее развития. Исходя из этого, необходимо понять, как способствовать ее собственным тенденциям развития.

Итак, проблема самореализации занимает важное место в системе наук о человеке. В силу ее актуальности и значимости в поисках ответа на вопрос о раскрытии человеческого потенциала к ней обращаются пред- ставители разных наук. Очевидно, что проблема самореализации должна рассматриваться в системе наук о человеке. Проблема самореализации личности, бывшая ранее прерогативой философского исследования, является современной, сверхсложной психологической проблемой.

Понятие системы как психологической категории, было заложено еще Л.С. Выготским, который, рассматривал динамическую смысловую систему как единство аффективных и интеллектуальных процессов сознания [5]. В дальнейшем А.Г. Асмолов, развивая положения Выготского, использовал понятие динамической смысловой системы для обозначения многомерной системной организации смысловых образований. Эта система, по Асмолову, характеризуется собственной внутренней динамикой, определяемой сложными иерархическими отношениями между ее составляющими. Являясь производной от деятельности человека и его позиции, динами- ческая смысловая система выражает содержательные характеристики личности как целого и выступает единицей ее анализа [16].

Рассматривая человека, его личность и бытие как сложные системы, большинство исследователей исходят из общенаучного определения по- нятия системы как совокупности элементов, находящихся в отношениях и связях друг с другом, которые образуют определенную целостность, единство [243]. В качестве основных характеристик системы выделяются: целостность, структурность, иерархичность, взаимообусловленность системы и среды, множественность описания. При этом психологичес- кие системы характеризуются такими специфическими особенностями как динамичность, самоорганизация и целеустремленность. Данные характеристики нашли свое отражение в таких сложно организованных системах как «многомерный мир человека» А.Н. Леонтьева, «жизнен- ные миры» Ф.Е. Василюка, «смысловая сфера личности» Б.С. Братуся,

«смысловая реальность» Д.А. Леонтьева и др.

В.Д. Шадриков, характеризуя психологическую систему как спе- цифическую, указывает на временной компонент, обуславливающий ее функционирование. Это система «… развивающаяся во времени, изменяющая состав входящих в нее компонентов и связей между ними при сохранении функций» [цит по 177, с. 121].

По мнению В.Е. Клочко, для того, чтобы психика выступала объек- том психологического исследования, необходимо, что бы предметом психологии являлась психологическая система. Психологическая сис- тема при этом обладает такими особенностями, какими не обладают другие системы, а именно системные качества не только порождаются в подобных системах, но и отражаются ею, что позволяет данным системам проводить процесс саморегуляции [58]. Принцип системной детерминации был положен В.Е. Клочко в основу разработанной им теории самоорганизующихся психологических систем. В данной теории сам человек понимается как психологическая система. Определение особого психологического пространства, обозначенным вслед за А.Н. Леонтьевым как «многомерный мир человека», позволило пре- одолеть противопоставление внутреннего и внешнего [91, с. 7–15]. По словам В.Е. Клочко, человек, понимаемый как целостная психо- логическая система, выступает в единстве с той частью объективного мира, которая имеет для него значение, смысл, ценность [90]. При этом смыслы понимаются В.Е. Клочко как особые системные и сверх- чувственные качества предметов, намечающие границы многомерной системы «человек». Именно они, являясь шестым измерением мира человека, определяют поле сознания и делают мир реальным.

А.Ю. Агафонов, рассматривая человека как смысловую модель мира, определяет человека как пересечение «четырех смысловых сфер (биосфера, когнитивная сфера, социальная сфера, духовная сфера) в континууме пространства и времени, и объединение этих сфер в кон- тинууме их атрибутов» [4, с. 128]. Сам человек, как индивид обладает телесностью, целью активности которой является выживание. Человек как субъект обладает сознанием, активность которого заключается в познании. Как личность, человек обладает социальностью, целью которой является адаптация. Человеку как индивидуальности присуща духовность, целью которой является творчество. При этом сам смысл понимается Агафоновым как уникальный психический продукт, такой, каким является человеческая жизнь, «сознательный опыт каждого человека» [там же, с. 69].

Системный подход для исследования самореализации предлагает Э.В. Галажинский. Опираясь на основные положения подхода В.Е. Клочко, он рассматривает исторические вехи в становлении проблематики само- реализации личности, с точки зрения развития системности в науке.

Самый «нижний», досистемный уровень – это уровень непос- редственного, простого знания, рассмотрение предмета исходя из него самого, «предметоцентризм». Психология начала свою историю

с этого уровня. Она считала своим предметом сознание и пыталась понять его назначение, структуру и принципы работы, не выходя за пределы самого сознания (интроспекция). Ни о какой самореализа- ции личности речь вообще не шла [114]. Примерно в это же время в психологии началась «бархатная» революция – состоялся ее выход

«за пределы сознания», сменился предмет науки.

Разрешение внутренних противоречий науки стадии «предме- тоцентризма» закономерно обусловливает возникновение первого, собственно системного определения предмета науки. Другое дело, что этой «дозы» системности может хватить для первичной постановки проблемы, ее объективации, но может не хватить для решения.

Первый уровень системности возникает на фоне конкретизации понятий «внешнее» и «внутреннее», сопровождающей выход науки за пределы «внутреннего» (сознание), которое и составляло полный пред- мет науки, замыкая ее на себя. Новый предмет исследования (психика) стал рассматриваться не только с точки зрения выявления внутренней сущности, внутреннего качества, которое обнаруживается лишь в ак- тах воздействия на него внешних явлений, но и с точки зрения связи психики с целым классом различных явлений. По мнению В.Е. Клочко, это и обусловило возможность постановки проблемы самореализации. С другой стороны, человек, который и выступает в качестве субъекта самореализации, в психологии так и не появился.

Психическое стало исследоваться в различных связях и отноше- ниях – по отношению к сознанию, мозгу, поведению, деятельности, субъекту, личности и т.д. Произошло достаточно быстрое обнаруже- ние различных характеристик психического, не сопоставимых между собой. Предмет психологии стал превращаться в нечто неуловимое,

«расползающееся» по разным микросистемам, в каждой из них откры- валась какая-то определенная качественная специфика психического или особая его функция. Принципы детерминизма, устанавливающие причинную связь между «внутренним» и «внешним», гипертрофиру- ющие при этом роль либо первой, либо второй из взаимодействующих сторон, не могут не гипертрофировать понимание детерминации по- ведения человека, его жизнедеятельности в пользу либо внутренних, либо внешних факторов. Понятно, что очень непросто объяснить детерминацию самореализации личности, используя принцип детер- минизма, устанавливающий причины на полюсе внешнего. Поэтому и остались нерешенными проблемы детерминации инициативного поведения (свободного, творческого, за пределами необходимости, нефункционального и т.д.). Самореализацию также можно отнести

к числу инициативных форм поведения, т.е. такого поведения, которое инициируется самим субъектом.

Итак, уходя от противоречий досистемного «предметоцентризма», психология вышла на первый уровень системности, что и привело к выделению множества аспектов в исследовании психического. Невозможность соединить разнокачественные характеристики психики, открывавшиеся в различных связях, в которые включалась психика для ее изучения, привела к тому, что различные школы и направления про- должали углубленно изучать значимые для них связи и отношения.

Второй уровень системности характеризуется тем, что в основу ее положено понятие однородности, однотипичности явлений. Наиболее ясно суть этой формы выразил Б.Ф. Ломов. «Будучи многообразными, психические явления выступают как явления одной природы. Поэтому они и сами могут рассматриваться как система» [142]. На базе при- нципов деятельностного подхода, личностного подхода, принципа отражения возникли различные моносистемы, ставшие предметом исследования в соответствующих научных школах, каждая из которых брала один из принципов в качестве исходного.

Деятельность – это «система, имеющая строение, свои внутренние переходы, свое развитие» [131]. Личность – это развивающаяся система,

«процесс становления личности можно представить себе как развертыва- ние целостной органической системы, в которой каждая часть предпола- гает каждую иную и порождается целостной системой» [Анцыферова Л.И., 1981, с. 6]. Психика объективно является «системой... компонентов, изначально развивающихся из единого основания» [Брушлинский А.В., 1982, с. 5]. За каждой системой постулатами закреплена способность к самодвижению, саморазвитию, выходу за пределы самой себя.

Легко представить, что эти постулаты могут снять большинство проблем, в том числе и проблему самореализации, но не разрешают их. Ясно, что ни внешнее, даже если оно и действует на человека, ни деятельность, направленная на внешний мир, ни мозг, ни психика не являются сами по себе субъектами деятельности и познания. Но ведь и личность, взятая в изоляции от внешнего, от деятельности, от психики, от мозга, субъектом быть не может.

Проблема самореализации личности может быть решена, если указан- ные моносистемы объединить, но это требует выхода на третий уровень системности, куда выводит внутренняя тенденция развития науки.

Теория психологических систем возникла как результат осознан- ного следования тенденции развития науки, переходящей на новый уровень системного переопределения своего предмета.

Третий уровень системности связан с открытием метасистемы, по отношению к которой изолированные до сих пор моносистемы могут быть определены как подсистемы, то есть элементы моносистемы. Доказано, что переход к третьей форме подготовлен диалектическим отрицанием второй формы системного подхода, при реализации которой накопилось определенное количество внутренних противо- речий и сформировалось достаточное количество предпосылок для перехода. «Третья форма системного подхода, к которой приблизилась современная психология, позволит осуществить интеграцию всех изо- лированных моносистем (личность, психика, деятельность, природная и социальная системы), позволит представить их взаимодействие и те продукты взаимодействия, которые определяют дальнейшее развитие той интегративной целостной системы, в которую объединены все моносистемы и в которой они выступают как взаимодействующие подсистемы. Такую интегративную целостность мы и определяем как психологическую систему» [92].

Проблемы самореализации личности могут быть разрешены в про- цессе дальнейшего развития системного взгляда на природу человека как целостного явления.

Таким образом, в отечественной психологии продолжается развитие подхода к личности как к системному качеству, присущему человеку. Смысл, выступая как системное качество, приобретаемое индивидом в его жизненном пространстве, определяет феномен его личности, самого человека и его жизни. Система личностных смыслов лежит на пересечении основных сфер функционирования личности как психологического органа человека, соответственно, ее организация должна отражать и личностное развитие индивида, и онтологическую сложность всей структуры человеческой жизнедеятельности.

Как нами уже упоминалось ранее, трактовки личности у различных исследователей отличаются, однако одной из ведущих характеристик личности выделяется её направленность. Она, так или иначе, выявляется в изучении всей системы психических свойств и состояний личности: потребностей, интересов, склонностей, мотивационной сферы, идеалов, ценностных ориентации, убеждений, способностей, одаренности, харак- тера, волевых, эмоциональных, интеллектуальных особенностей и т.д.

Действительно, направленность выступает как системообразующее свойство личности, определяющее ее психологический склад. Именно в этом свойстве выражаются цели, во имя которых действует лич- ность, ее мотивы, ее субъективные отношения к различным сторонам действительности: вся система ее характеристик. В глобальном плане

направленность можно оценить как отношение того, что личность получает и берет от общества (имеются в виду и материальные, и ду- ховные ценности), к тому, что она ему дает, вносит в его развитие.

То, как именно конкретная личность участвует в тех или иных социальных процессах (содействует их развитию, противодействует, тормозит или уклоняется от участия в них), зависит от ее направлен- ности, которая формируется в процессе развития личности в системе общественных отношений.

Направленность личности является как бы исходным звеном, фунда- ментом личности, частично охарактеризовать который может потребнос- тно-мотивационная сфера. На этом фундаменте формируются жизненные цели личности. Следует различать цель деятельности и жизненную цель. Человеку приходится выполнять в течение жизни множество разнооб- разных деятельностей, в каждой из которых реализуется определенная цель. Но цель любой отдельной деятельности раскрывает лишь какую-то одну сторону направленности личности, проявляющуюся в данной де- ятельности. Жизненная цель выступает в роли общего интегратора всех частных целей, связанных с отдельными деятельностями. Реализация каждой из них есть вместе с тем частичная реализация (и в то же время развитие) общей жизненной цели личности.

Направленность личности – это уже сложившаяся система ее важнейших целевых программ, определяющая смысловое единство ее инициативного поведения, противостоящего случайностям бытия. Иначе говоря, это то, что феноменально дает себя знать в непреходя- щих жизненных устремлениях субъекта [142].

Структура любой системы неразрывно связана с ее функциями. Поскольку общая регуляционная функция психологического склада личности состоит из функций его компонентов, в его общей структуре тоже могут быть соответственно выделены связи первого и второго порядков.

Мы полагаем, что ведущим, системообразующим компонентом психологического склада личности является ее направленность. Все остальные компоненты, так или иначе «работают» на нее. Это относится даже к мировоззрению человека. В своей до-личностной форме направленность в виде совокупности врожденных биологи- ческих потребностей начинает определять внешнюю и внутреннюю активность ребенка еще тогда, когда у него нет даже намека на общее понимание мира, но и у взрослого человека потребности в гораздо большей степени определяют его постижение действительности, чем это постижение – его потребности.

Нам важно наметить лишь самое общее представление о структур- ных связях между ними, которое сводится к тому, что мировоззрение скорее помогает человеку развить свою направленность, чем первично определяет ее.

Ясно видна, например, служебная роль по отношению к направ- ленности личности ее способностей и характера. Бывают, правда, случаи, когда они не вполне ей соответствуют. Но тогда индивид, осознав это несоответствие, пытается «подтянуть» их до уровня своей направленности.

Если в отдельные моменты поведения личности на первый план может более отчетливо выступать роль то одного, то другого ее пси- хологического компонента, то в целом ее деятельность определяется всеми ими. При этом чем в более ответственной обстановке личность действует, тем более полно в регуляции ее действий участвуют все ее компоненты. Вот почему даже явно робкий по характеру человек в иные моменты может вести себя мужественно, несдержанный – сдержанно, легкомысленный – серьезно, рассеянный – внимательно.

Б.И. Додонов считает направленность личности интегративным свойством человека. В качестве человечности, как ни в каком другом, сказывается единство человека и общества. Талантливость (талант, гени- альность) обычно трактуется как высшая степень развития способностей. Но так ее можно трактовать только при очень широком понимании этих способностей. А это не только препятствует нахождению собственного места способностей в системе психологического склада личности, но и скрывает сложную диалектику развития таланта, ведя к ряду неверных выводов также и практического, прикладного порядка. Считается, что максимума своего развития способности достигают к 20-25 годам. Далее постепенно начинается возрастное снижение способностей. Конечно, не все люди стареют одинаково быстро. Существуют многочисленные факты, когда отдельные лица добиваются самых высоких своих твор- ческих успехов в возрасте за 60 и даже за 70 лет.

Все это свидетельствует о том, что креативность человека определя- ется не одним, а, по крайней мере, двумя факторами, динамика которых характеризуется разной направленностью. Снижение способностей с возрастом может компенсироваться и даже сверхкомпенсироваться продолжающимся обогащением идеальных содержаний его мировоз- зрения и направленностью характера. Снижается способность к на- иболее интенсивному и безошибочному оперированию информацией, но часто продолжают расти возможности личности к рассмотрению действительности с все новых и новых оригинальных точек зрения,

определяемых все обогащающимися отношениями человека к миру. Все стороны личности тесно взаимодействуют друг с другом. Доминирующее влияние всегда остаётся за социальной стороной личности – её миро- воззрением и направленностью, потребностями и интересами, идеалами и стремлениями, моральными и эстетическими качествами.

Статус и социальные функции – роли, мотивация поведения и ценностные ориентации, структура и динамика отношений – всё это характеристики личности, определяющие её мировоззрение, жизнен- ную направленность, общественное поведение, основные тенденции развития. Совокупность таких свойств и составляет характер как систему свойств личности, её субъективных отношений к обществу, другим людям, деятельности, самому себе, постоянно реализующихся в общественном поведении, закреплённых в образе жизни [7].

Теоретический анализ проблемы направленности личности в пси- хологии позволяет говорить о том, что направленность не просто является центральным компонентом личностной структуры, но еще играет ведущую роль в функционировании личности. Она формирует и организует вокруг себя потребностно-мотивационную сферу челове- ка, его личностные свойства таким образом, чтобы максимизировать возможности реализации направленности.

Субъективным выражением направленности личности можно считать смысл жизни.

Исследование проблемы смысла жизни относится к числу меж- дисциплинарных. Смысл жизни является традиционной проблемой, изучаемой в философии и теологии, в литературе, где он исследуется преимущественно с содержательной стороны: в чем состоит смысл жизни, какой смысл жизни можно считать истинным, добрым, до- стойным. В современной социологии рассматриваются различные варианты смыслов жизни, которые вербально продуцируют различные индивиды, в разных культурах, социальных группах, имеющих различ- ное образование, их связь с макросоциальными переменными. Вопрос, в чем состоит смысл жизни, не входит в компетенцию рассмотрения психологии. В сферу интересов психологии личности входит, однако, вопрос о том, какое влияние оказывает смысл жизни или переживание его отсутствия на жизнь человека, а также проблема психологических причин утраты и путей обретения смысла жизни. Смысл жизни – это психологическая реальность независимо от того, в чем конкретно чело- век видит этот смысл. В психологии проблема смысла жизни изучается преимущественно под углом зрения того, как и под влиянием каких факторов происходит формирование смысла жизни в индивидуальном

развитии, и как сформировавшийся смысл жизни или его отсутствие влияет на жизнедеятельность и сознание личности.

Г.Л. Тульчинский выделяет три аспекта проблемы смысла жизни:

1) смысл жизни как социально-идеологическая модель должного; 2) как объективная направленность жизнедеятельности, которая может и не осознаваться; 3) как субъективно осознаваемый смысл.

Иные аспекты выделяются И.Ф. Вединым: 1) объективные основания смысла; 2) реализация этих оснований; 3) представления о смысле.

На уровне индивидуальной личности обе эти схемы становятся едины и выражаются следующим образом: объективная осмысленность жизни – субъективные представления о смысле. Отсутствие смысла может выступать причиной многих психических заболеваний, в том числе специфических «ноогенных неврозов», и разных видов откло- няющегося поведения. Фундаментальным психологическим фактом является широкое распространение в нашем столетии чувства смыс- лоутраты, бессмысленности жизни, прямое следствие которого – рост самоубийств, наркомании, насилия и психических заболеваний, в том числе специфических ноогенных неврозов – неврозов смыслоутраты.

Хотя смысл жизни каждого человека уникален, существуют и единые, универсальные смыслы – ценности, представляющие собой обобщен- ные типичные смыслы. По Франклу, человек не может лишиться смысла жизни ни при каких обстоятельствах, смысл жизни всегда может быть найден. Как показывают исследования, возможностей обрести смысл много. Смысл доступен любому человеку, вне зависимости от пола, возраста, интеллекта, образования, характера, среды и религиозных убеждений, что подтверждается многочисленными эмпирическими данными, полученными В. Франклом и его последователями. То, что придает жизни смысл, может лежать и в будущем (цели), и в настоящем (чувство полноты и насыщенности жизни), и в прошлом (удовлетво- ренность итогами прожитой жизни) [137]. Чаще всего смысл жизни и мужчины и женщины видят в семье и детях, а также в профессиональ- ных делах. Однако вопрос обретения смысла, это вопрос не познания, а призвания, человек не изобретает или интеллектуально конструирует смысл своей жизни, а находит его посредством конкретных действий. Следовательно, если индивид действует в сходных ситуациях подобном образом, то, по нашему мнению, можно предполагать наличие некой неосознаваемой стратегии смыслообразования.

Таким образом, можно утверждать, что жизнь любого человека, поскольку она к чему-то устремлена, объективно имеет смысл, ко- торый, однако, может не осознаваться человеком до самой смерти.

Смысл жизни, таким образом, можно в феноменологическом аспекте определить как более или менее адекватное переживание интенцио- нальной направленности собственной жизни [137].

С психологической точки зрения главным является не осознанное представление о смысле жизни, а насыщенность обычной повседнев- ной жизни реальным смыслом. Именно объективно сложившаяся направленность жизни несет в себе истинный смысл, а любые попытки сконструировать себе смысл жизни интеллектуальным актом будут быстро опровергнуты самой жизнью. Вместе с тем жизненные ситуации (или психологические исследования) могут ставить перед человеком задачу на осознание смысла своей жизни. Осознать и сформулировать смысл своей жизни – значит оценить свою жизнь целиком.

По Д.А. Леонтьеву, возможны четыре варианта отношений между смыслом жизни и сознанием [136].

1. Неосознанная удовлетворенность. Это жизнь, протекающая гладко и без рефлексии и приносящая чувство удовлетворения, не побуж- дая к раздумьям о ее смысле.

2. Неосознанная неудовлетворенность. Человек испытывает фрустра- цию, пустоту, неудовлетворенность, не осознавая причин этого.

3. Осознанная неудовлетворенность. Человек испытывает чувство отсутствия смысла и активно, осознанно и целенаправленно этот смысл ищет.

4. Осознанная удовлетворенность. Человек в состоянии дать себе отчет в смысле своей жизни, это осознанное представление не расходится с реальной направленностью жизни и вызывает по- ложительные эмоции.

Отдельно следует отметить пятый случай – вытеснение смысла жиз-

ни, когда адекватное осознание объективной направленности жизни

несет в себе угрозу для самоуважения. Если жизнь человека объективно имеет недостойный, мелкий или, более того, аморальный смысл, то осознание этого ставит под угрозу самоотношение личности. Чтобы сохранить самоуважение, субъект внутренне бессознательно отрека- ется от истинного смысла своей реальной жизни и заявляет, что его жизнь лишена смысла. На деле за этим стоит то, что его жизнь лишена достойного смысла, а не то, что она не имеет смысла вообще [136].

С этой типологией перекликается типология, предложенная Ю.В. Александровой, в которой учитываются три варианта соотношения объективного смысла жизни, соответствующего высшей мотивации, и субъективного, принятого самим человеком. В первом варианте они соответствуют друг другу, во втором объективный смысл вытесняется

из осознания, оставляя переживание вакуума, и в третьем он вытесня- ется из сознания, замещаясь в нем другим – субъективным смыслом, не совпадающим с объективным. В последнем случае мы имеем дело с тем, что В.Э. Чудновский характеризует как смыслы-эрзацы, которые

«как будто дают возможность человеку легко и быстро достичь удов- летворения жизнью, минуя трудности поиска ее подлинного смысла». К таким эрзацам относятся, в частности, алкоголизм и наркомания.

Таким образом, можно предположить, что смысл жизни представляет собой концентрированную описательную характеристику наиболее стержневой и обобщенной динамической смысловой системы, ответс- твенной за общую направленность жизни субъекта как целого [137].

В результате теоретического осмысления различных подходов к интерпретации ценностно-смысловой детерминации было установ- лено, что особенности протекания жизнедеятельности определяются уровнем смысловой регуляции, осуществляемой системой смысловых образований и связей между ними.

До сих пор речь шла о направленности как системообразующем свойс- тве личности в связи с анализом ее смыслов. Но это свойство имеет также и другие формы проявления. Анализируя психологический склад личности, вряд ли можно обойтись без рассмотрения ее ценностей и ценностных ориентации, мотивационной сферы, потребностей привязанностей, сим- патий, антипатий, интересов и ряда других характеристик, которые хотя и связаны с потребностями, мотивами и целями, но не сводятся к ним.

Существует множество определений понятия «ценность», как име- ющих общий, очень широкий смысл, так и сводящих это понятие до одного из явлений мотивационного процесса. Так, например, Э. Толмен определяет ценность как привлекательность целевого объекта, то есть она наряду с потребностью определяет нужность ценности. В более общих определениях понятию «ценность» может придаваться несколько значений, в зависимости от рассматриваемого аспекта, так что ценности были определены как предельные нормативные основания актов созна- ния или поведения людей. Строго говоря, это означает, что ценности неправомерно рассматривать как отдельные сущности «сами по себе».

Ценности всегда занимают определенное место в отношениях людей, принимающие эти ценности в качестве предельных оснований своих мыслей и действий. С точки зрения ценностного подхода, моральное правило или оценка имеют основание в ценностных предпосылках, а поскольку эти предпосылки не являются всеобщими, то, значит, каждое моральное правило или оценка обоснованы только в рамках сообщества, принимающего соответствующие ценности.

Понятию «ценность», как составляющей личности, придается неодинаковое значение в различных психологических школах. Так, на- пример, 3. Фрейд не касался прямо проблемы ценностей, но соотнесен- ность с ними все-таки подразумевалась. «Суперэго» Фрейда представляет собой по существу хранилище как бессознательных, так и социально обусловленных моральных установлений, этических ценностей и норм поведения, которые служат своего рода судьей или цензором деятель- ности и мыслей Эго, устанавливая для него определенные границы. Фрейд в своих работах указывает на три функции суперэго – совесть, самонаблюдение и формирование идеалов. Формирование идеалов свя- зано с развитием самого Суперэго. По словам Фрейда, «суперэго ребенка в действительности конструируется по модели суперэго его родителей, оно наполнено тем же содержанием и становится носителем традиции и переживающих время суждений ценности, которые передаются, таким образом, от поколения к поколению». Итак, в характерологии Фрейда подразумевается, что добродетель является естественной целью челове- ческого развития, однако связь между характером и этикой высказывает- ся неявно. Как справедливо отмечает Э. Фромм, «она и должна оставаться довольно путаной, частью из-за противоречия между фрейдовским релятивизмом и имплицитным признанием гуманистических этичес- ких ценностей, частью из-за того, что Фрейд, уделяя главное внимание изучению невротического характера, недостаточно внимания уделял анализу и описанию зрелого уровня развития характера». По Фрейду, основные потребности и мотивы поведения самой личности неосоз- наваемы и находятся в состоянии конфликта с социальными нормами. В этой связи совершенно справедливо высказывание Б.В. Зейгарник:

«Неприемлемым в учении Фрейда в методологическом отношении является для нас не факт признания бессознательного, а его трактовка как явления, противоречащего сознанию, – это, во-первых, а во-вторых, признание того, что основным механизмом развития личности является биологическая потребность, удовлетворение которой не может произой- ти из-за социальных нормативов». Эту же критику можно отнести и к представителям истинктивизма и бихевиоризма, данную Э. Фроммом,

«это представление о биологически имманентных ценностях. Доводы некоторых представителей этого направления мысли сводятся к тому, что такие переживания, как любовь, преданность, групповая солидар- ность, коренятся в соответствующих чувствах животных».

Многие неофрейдисты, в частности, Э. Фромм, пытались соци- ологизировать теорию Фрейда. Так, по мнению Фромма, у каждого человека имеется потребность в ценностях, которые направляют его

поступки и чувства. Фромм делит их на две категории:

а) официально признанные, осознаваемые (религиозные и гума- нистические) ценности;

б) действительные, бессознательные (порожденные социальной системой).

Типология социальных характеров американского социолога пси- хоаналитического направления Д. Рисмена построена на внешнем или внутреннем происхождении ценностных ориентации личности, Социальный характер он определяет как «более или менее постоянную, социально и исторически обусловленную организацию стремлений индивидуума и его возможностей их удовлетворить».

Анализ связей между ценностями личности и общества осуществлялся также при исследованиях социальной установки. У. Томас и Ф. Знанецкий понимали под социальной установкой состояние сознания индивида относительно некоторой ценности. Поведение личности в обществе оценивалось ими с точки зрения «социальной ситуации», включающей в себя социальные нормы и ценности, социальную установку индивида и определение им ситуации. Определение ситуации индивидом, исходя из собственных установок или групповых норм, позволяет судить о его сте- пени приспособляемости к социальному окружению, конформности.

Иногда выделяются три группы ценностей – смысловых универсалий, кристаллизовавшихся в результате обобщения типичных ситуаций, с ко- торыми обществу или человечеству пришлось сталкиваться в истории. Первую группу составляют ценности творчества – наиболее естественные и важные, но не необходимые. Вторая группа – это ценности пережива- ния, по Франклу. Наиболее значимыми являются ценности отношения. Эта группа ценностей заключается в отношении человека к факторам, ограничивающим его жизнь. Таким образом, ценностные ориентации как предмет психологического исследования занимают место на пересечении двух больших предметных областей мотивации и мировоззренческих структур сознания, но данная структура ценностных ориентации лишь косвенным образом отражает социокультурные факторы.

В этой связи примечательна точка зрения М. Рокича. Он определяет ценности как устойчивое убеждение в том, что определенный способ поведения или конечная цель существования предпочтительнее с лич- ной или социальной точек зрения, чем противоположный или обратный способ поведения, либо конечная цепь существования. По мнению Рокича, ценности характеризуются следующими признаками:

1) общее число ценностей, являющихся достоянием человека, сравнительно невелико;

2) все люди обладают одними и теми же ценностями, хотя и в различной степени;

3) ценности организованы в системы;

4) истоки ценностей прослеживаются в культуре, обществе и его институтах и личности;

5) влияние ценностей прослеживается практически во всех соци- альных феноменах, заслуживающих изучения.

М. Рокич выделяет два класса ценностей:

а) терминальные ценности – убеждения в том, что какая-то конечная цель индивидуального существования с личной или обществен- ной точек зрения стоит того, чтобы к ней стремиться;

б) инструментальные ценности – убеждения в том, что какой-то образ действий является с личной и общественной точек зрения предпочтительным в любых ситуациях.

Терминальные ценности носят более устойчивый характер, чем инструментальные, причем для них характерна меньшая межинди- видуальная вариативность.

В советской психологии сложился целый ряд школ и направлений, в которых аналогичные подходы к пониманию ценностей рассматри- ваются в различных аспектах изучения свойств личности. Б.Г. Ананьев рассматривает ценностные ориентации как одно из центральных звеньев в комплексном изучении личности и закономерностей ее развития. С.Л. Рубинштейн также писал, что «ценности производны от соот- ношения мира и человека, выражая то, что в мире, включая и то, что создает человек в процессе истории, значимо для человека». По мнению А.Г. Здравомыслова, ценности выступают важным связующим звеном между обществом, социальной средой и личностью, ее внутренним миром. Анализируя функционирование ценностей в процессе жиз- недеятельности, следует исходить из субъект-объектного отношения к этим ценностям, значения их приписываются субъектом объектам внешнего мира, как он их переживает и оценивает. Ценностные отно- шения субъекта к внешнему миру опосредованы ориентацией человека на других людей, на общество в целом, на существующие в нем идеалы, представления и нормы. Как отмечает В.П. Тугаринов, «отдельный человек может пользоваться лишь теми ценностями, которые имеются в обществе. Поэтому ценности жизни отдельного человека, в основе своей – суть ценности окружающей его общественной среды.

Содержательное наполнение ценностных ориентаций традици- онно представляется как единство эмоционального, когнитивного и поведенческого элементов Изучаемый феномен как общественная

структура ценностных ориентации можно представить двумя вза- имосвязанными уровнями: обыденным (обычаи, традиции, нормы, оценки) и теоретическим (идеалы, принципы, понятия). Также струк- тура индивидуальных ценностных ориентации представлена в виде трех сфер: эмоционально-чувственной, рациональной и волевой. Все компоненты, входящие в обе структуры, не только взаимосвязаны, но и способны последовательно взаимообусловливать друг друга. В про- цессе развития ценностных ориентаций происходит эмоциональное переживание внешней ситуации, явления-ценности. Это первая наиболее непосредственная и интуитивная связь личности с новым явлением действительности, и в процессе установления этой связи актуализируются установки, потребности, мотивы личности.

Когнитивную основу элемента ценностных ориентаций, составляет рациональное оценивание побуждений, мотивов, поступков возмож- ные в результате становления ценностных ориентаций, где важное место принадлежит поведенческому компоненту.

В процессе становления ценностных ориентаций взаимосвязи между элементами, их конкретное содержание могут быть различными, это и обнаруживается в характере ценностных ориентаций личности. В итоге ценностную ориентацию можно определить как избиратель- ное отношение личности к явлению-ценности, имеющее результатом овладение этим явлением в процессе деятельности [11].

Таким образом, в деятельности проявляется функциональное на- значение ценностных ориентаций.

Ценностные ориентации являются качественными характеристиками личности, объединяющими психическое и социальное в человеке и за- нимающие важное место в регуляции его поведении. Ценностные ори- ентации стимулируют развитие психической активности личности.

Ценностные ориентации выполняют ряд функций. Исследователем Э.В. Соколовым выделяются следующие важнейшие функции ценнос- тных ориентаций: экспрессивная, способствующая самоутверждению и самовыражению индивида. Человек стремится принятые ценности передать другим, достичь признания, успеха; адаптивная, выражающая способность личности удовлетворять свои основные потребности теми способами и посредством тех ценностей, которыми располагает данное общество; защиты личности – ценностные ориентации выступают своего рода «фильтрами», пропускающими лишь ту информацию, которая не требует существенной перестройки всей системы личности; познаватель- ная, направленная на объекты и поиск информации, необходимой для поддержания внутренней целостности личности; координации внутренней

психической жизни, гармонизации психических процессов, согласование их во времени и применительно к условиям деятельности [224].

На основе сложившихся ценностных ориентаций осуществляется саморегуляция деятельности человека, которая заключается в спо- собности человека сознательно решать стоящие перед ним задачи, осуществлять свободный выбор решений.

Итак, ценностные ориентации, обеспечивают общую направлен- ность поведения личности, социально значимый выбор ею целей, ценностей, способов регуляции поведения.

Ценностные ориентации лежат в основе выбора жизненных це- лей человека, они объясняют причины его поведения. Их характер и содержание определяют общую направленность личности, которая, в свою очередь, обусловливает активность человека, выраженную в особенностях процессов освоения социальных ценностей [9].

Проблема мотивов и мотивации поведения – одна из стержневых и наиболее сложных в психологии. «Трудность здесь состоит в том, – пи- сал Б.Ф. Ломов, – что в мотивах и целях наиболее отчётливо проявляется системный характер психического; они выступают как интегральные формы психического отражения». В своё время Гегель так выразил своё понимание человека: «Субъект есть деятельность удовлетворения влечений». Не случайно, поэтому многие психологи подчёркивали, что потребности и мотивы составляют ядро личности человека.

Действительно, в качестве мотива назывались самые различные психологические феномены. Это – намерения, представления, идеи, чувства, переживания (Л.И. Божович) [23]; потребности, влечения, побуждения, склонности (Х. Хекхаузен) [252]; желания, хотения, при- вычки, мысли чувство долга (П.А. Рудик) [209]; морально-политичес- кие установки и помыслы (А.Г. Ковалёв) [95]; психические процессы, состояния с свойства личности (К.К. Платонов) [177]; предметы вне- шнего мира (А.Н. Леонтьев) [182]; установки (А. Маслоу) [152]; условия существования (В.К. Вилюнас) [38]; побуждения, от которых зависит целенаправленный характер действий (В.С. Мерлин) [156]; соображение, по которому субъект должен действовать (Ж. Годфруа) [53]. Вообще-то, подобное многообразие взглядов не должно удивлять, если согласиться с тем, что само поведение человека весьма разнообразно.

Исходя из вышесказанного видно, что, несмотря на выдающуюся значимость самой проблемы, исследователи до сих пор затрудняются в определении мотива, его места в структуре психического и отно- шениях между мотивами и другими психическими процессами. Дело порой доходит до того, что предлагается снять с повестки дня ту или

иную психологическую категорию. Поэтому А.Н. Леонтьев с грустью констатировал в своё время, что проблема мотивации и мотивов на- поминает ему мешок, куда ссыпали самые разные понятия.

Тем не менее, большинство психологов сходится на том, что мо- тивация – это вся совокупность различных побуждений: мотивов, влечений, потребностей, интересов, влечений, мотивационных уста- новок или диспозиций, идеалов и т.п., что в наиболее широком смысле подразумевает детерминацию поведения вообще.

Проблема мотивации поведения относится к числу наиболее острых проблем, как в методологическом, так и в теоретическом отношении. Когда ищут ответ на вопрос: «Что же такое мотивы?», нужно пом- нить, что это одновременно ответ на вопросы: «Зачем?», «Для чего?»,

«Почему?», «Отчего человек ведёт себя именно так, а не иначе?». Чаще всего бывает так: что-то, что принимают за мотив, позволяет ответить только на один или два из перечисленных вопросов, но никогда на все. Это снижает объяснительный потенциал даваемого определения, и психологи приступают к поиску другого, более адекватного постав- ленной задаче. На этом этапе возникает необходимость определиться с тем пониманием мотива, объяснительный принцип которого является более близким автору статьи. По нашему мнению, мотивы могут быть внутренние: намерения, представления, идеи, чувства, переживания (Л.И. Божович) и внешние, опредмеченные (А.Н. Леонтьев). В данном случае имеется в виду различные виды мотивов, имеющих разное происхождение и разную психологическую характеристику. То есть в первом случае мы говорим о мотивах развития личности – внут- реннем побуждении личности расширить свой кругозор, повысить эрудицию и общекультурный уровень, то есть потребность заниматься самосовершенствованием. Во втором же случае мы говорим о позна- вательных мотивах – мотивах учения, обусловленных содержанием или самим процессом обучения. Распространённость этой точки зрения обусловлена тем, что принятие цели (предмета) в качестве мотива отвечает на вопросы «Зачем?» и «Для чего?» осуществляется поведение. То есть, таким образом, объясняется целенаправленный, произвольный характер поведения человека.

Именно предмет придаёт целенаправленность побуждениям че- ловека, а самим побуждениям смысл. Отсюда вытекает и смыслооб- разующая функция мотива (А.Н. Леонтьев).

В развитой А.Н. Леонтьевым теории деятельности предмет действия выступает как его сознаваемая непосредственная цель. Выделение действия определяет необходимость психического отражения субъектом мотива

действий и его предмета (цели) – разумный смысл для человека того, на что направлена его активность. Совпадение или не совпадение в конкретных видах деятельности мотивов и целей используется А.Н. Леонтьевым как критерий для выделения категорий деятельности и действий. При их несов- падении выделяется категория действия, мотив которого относится к той деятельности, в которую оно включено. Следовательно, действие может осуществляться только в том случае, если его предмет будет выступать перед субъектом в своём отношении к мотиву деятельности и отражаться субъектом в форме сознания предмета действия как цели.

С.Л. Рубинштейн также отмечал, что, только «включаясь в прак- тическое осознание субъектом отношения к его потребностям, пред- меты становятся объектами его желаний и возможными целями его действий» [205]. Более того, глубина связей потребностей и целей определяется тем, что сами побуждения могут действовать опосре- довано, через осознанную субъектом цель. Анализ борьбы мотивов, сопутствующей образованию намерения, показывает, что человек может стремиться к цели, не имеющей для него собственной побуди- тельной силы. Достижение таких целей возможно при специальном предварительном анализе наличной ситуации, действий в ней с учётом их последствий. Это «внутренний интеллектуальный план» образо- вания намерения, приводящий к перестройке мотивационной сферы субъекта в направлении достижения цели.

Регуляционные функции цели в организации деятельности сущест- венно зависят от того, даётся ли цель субъекту в готовом виде или она продуцируется им самостоятельно. Цель может быть дана субъекту в виде требования, вопроса, указания, рекомендации. В этом случае цель не возникает из развития собственных потребностей субъекта, а накладывается на уже существующую потребностно-мотивационную структуру. При этом она может ей соответствовать в разной степени. Важным моментом здесь является совпадение мотивационной сфе- ры субъекта с характером предлагаемой ему цели – принятия им её как собственной, отвечающей собственным мотивам. В этом случае не нарушается связь мотива и цели, что является предпосылкой для развёртывания деятельности по её достижению. Таким образом, можно говорить о том, что для более эффективного обучения в сфере высшего образования необходимо ставить студентам задачи, не принуждая к действию, а формулируя их как предложение или вопрос.

Другая система отношений складывается при осуществлении субъектом инициативных действий, отвечающим самостоятельно пос- тавленным целям. Эти системы более сложны. Специфика мотивации,

регулирующей осуществление инициативных действий, обусловливает содержание и особенности целей, характер тех образов, которые при- дают целям определённость. В этом случае самообучение как процесс, включённый в обучение, должен проходить от менее сложного к более сложному. Кроме этого необходимо учитывать интересы самого обу- чающегося и дать понять, что он сможет использовать полученные данные в своих целях.

При более углублённом рассмотрении можно выделить ряд моти- вов, лежащих в основе учебной деятельности студентов. Например: профессиональные (отражающие значимость учебной деятельности для овладения будущей профессией); мотивы материального поощ- рения (стипендия, поощрение со стороны родителей); утилитарные (личная выгода, благополучие после окончания вуза), хотя с возрастом наблюдается тенденция к снижению данной зависимости (В.С. Собкин). У определенной части студентов может действовать мотив боязни неуспеха. По данным Г.Ш. Габдреевой, этот мотив встречается пре- имущественно у студентов с выраженной тенденцией к тревожности. Уже на первом курсе этих студентов преследует постоянная тревога по поводу результатов предстоящего контроля знаний, боязнь отсева, чувство неуверенности в себе и т.п.

Наряду с широкими мотивами нередко выделяются узкие социаль- ные мотивы, отражающие значимость успехов для микросоциальных отношений. К ним можно отнести, в частности, мотив социального престижа, мотив социальной идентификации.

Для выявления реально действующего мотива должны использо- ваться, прежде всего, методы, позволяющие судить о побуждениях ис- пытуемого, не обращаясь к его самоотчету, например, проективные.

Существенную помощь при решении данной задачи может оказать изучение целеобразования.

Образ будущего результата еще не образует цели, он становится ею, лишь связываясь с мотивом. В зависимости от мотивов, с которыми связывается цель, она приобретает различный личностный смысл. Возможно различное отношение одной и той же цели к различным мотивам. В случае их разной направленности имеет место целеоб- разование в конфликтной ситуации. Классификация потребностей есть вместе с тем классификация целей, которые могут возникать на основе этих потребностей: гностические, коммуникативные, связанные с удовлетворением естественных потребностей и т.д.

«Встреча» потребности и предмета, ей отвечающего, не заканчи- вается формированием неосознанных мотивов и установок. Встреча

самих мотивов и установок с препятствиями может приводить к фор- мированию целей. К числу других особенностей «встречи» потребности и предмета, способствующих выделению целей, относятся овладение предметом в ходе совместной деятельности, неполное удовлетворение потребности предметом, соотнесённость предмета одновременно с несколькими потребностями.

Осознание мотива может иметь двоякие следствия: возникновение мотивов-целей, направленность деятельности при этом не меняется; возникновение целей – «антимотивов». Активность субъекта направ- лена здесь на нейтрализацию или подавление действия осознанного мотива. В этом случае возникают новые мотивы или происходят изменения в иерархии мотивов. Именно иерархические отношения в потребностно-мотивационной сфере создают возможность появления целей, направленных против актуальных потребностей.

Таким образом, цель всегда является связанной с мотивами, она детерминируется ими в свою очередь, изменяя сами мотивы в направ- лении достижения цели.

Мотивацию можно рассматривать, как спусковой механизм всех психических процессов и их проявлений. Она приводит в движение абсолютно все процессы. Мотивация связана с такими процессами как: эмоции, целеобразование, воля и т.д. Она пронизывает все процессы и влияет на качественные и количественные показатели личности.

Мотивы и цели деятельностей принадлежат личности, которая их выполняет. Соотношение деятельности и мотива как личностного образования не простое и не однозначное. Тот или иной мотив, воз- никший у личности и побуждающий ее к определенной деятельности, может этой деятельностью и не исчерпаться; тогда, завершив данную деятельность, личность, начинает другую (или же реализует этот мотив в общении). В процессе деятельности мотив может измениться, и точ- но так же при сохранности мотива может измениться выполняемая деятельность (ее программа, структура, состав действий и т.д.).

Мотивационная сфера личности в целом неразрывно связана с пот- ребностями, которые объективно закономерным образом детермини- руют поведение человека. Мотив является субъективным отражением потребностей, опосредованным положением в обществе.

На наш взгляд, наиболее общим понятием, обозначающим перечис- ленные выше характеристики личности (и ряд других, не перечислен- ных здесь), является понятие «субъективные отношения личности». Речь идёт о том, как личность относится к тем или иным событиям и явлениям мира, в котором она живёт. В данном случае термин «от-

ношение» подразумевает не только и не столько объективную связь личности с её окружением, но, прежде всего ее субъективную пози- цию в этом окружении. «Отношение» здесь включает момент оценки, выражает пристрастность личности.

Как уже не раз отмечалось, личность в своем развитии включается во многие как большие, так и малые общности людей. Участие в жизни каждой из них формирует у нее и определенные субъективные отноше- ния как к той, в которую она включена, так и к другим общностям. При этом иногда возникают те или иные «перекосы» в развитии личности, которые выражаются в том, что некоторые из ее частных отношений начинают доминировать над общими отношениями, интересы какой- либо группы она ставит выше интересов общества.

В процессе жизни в обществе у каждого индивида формируется сложнейшая многомерная, многоуровневая и динамическая – система субъективно-личностных отношений. Её можно было бы описать как многомерное «субъективное пространство», каждое из измерений ко- торого соответствует определенному субъективно-личностному отно- шению (к труду, собственности, другим людям политическим событиям и т.д.). Эти измерения и представляют собой то, что Э. Эриксон называл

«радиусами значимых отношений». «Субъективное пространство» да- леко не всегда совпадает с «пространством» общественных отношений, в которые личность включена объективно. Нередко можно встретить факты «смещения» субъективных отношений личности относительно тех общественных отношений, в которые она включена объективно. Ценностные ориентации лежат в основе выбора жизненных целей человека, они объясняют причины его поведения. Их характер и со- держание определяют общую направленность личности, которая, в свою очередь, обусловливает активность человека, выраженную в особенностях процессов освоения социальных ценностей.

Самореализация человека может принимать различные формы, например самореализация в спорте, искусстве, науке и других сферах деятельности человека. Б.С. Гершунский отмечает, что смысл жизни каж- дого человека состоит в его наиболее полной жизненной самореализации [259]. Кроме того, принимая во внимание то, что смысловая сфера каждого человека наполнена различными значениями и ценностями, складывается впечатление, что изучение самореализации личности можно проводить только в индивидуальных исследованиях каждой конкретной личности. Однако, такой подход не исключает того, что личности, избравшие для себя определенный путь развития (например профессиональный), не будут иметь нечто общее в своей ценностно-смысловой и мотивационной

структуре, на основании которой возможно построение условной клас- сификации в целях дальнейшего, более глубокого изучения компонентов самореализации (рисунок 1). Наличие общего в смысловой структуре подтверждают исследования О.Д. Черкасовой [259]. В качестве основания подобной классификации должна выступать относительно устойчивая на протяжении всей жизни характеристика. По нашему мнению, в качестве таковой может выступать направленность личности, являющаяся её фун- даментом. В качестве динамического компонента личности выступают, по нашему мнению, смысложизненные ориентации.

[enw

C a m o p e a n w s a 4 w e

[enw

[enw

Moww? Moww? Moww?

O64we moww? gne ? 6op›w

рисунок 1. Структура самореализации

Смысловая реальность обнаруживает себя во многих различных формах и не может быть сведена к однопорядковым структурам; соот- ветственно, для анализа разных ее аспектов требуются разные методы и методологические подходы. Ни один метод или методологические подход не может охватить смысловую реальность в целом, поэтому ее эмпирическое исследование требует применения комплексной иссле- довательской стратегии и разных, дополняющих друг друга, методов и подходов [136].

<< | >>
Источник: Волков А.А.. Профессиональная самореализация сотрудников милиции общественной безопасности. 2010

Еще по теме В кризисные периоды развития общества всегда актуализируется интерес к ресурсным возможностям человека, его личности.:

  1. ПОНЯТИЕ ИНТЕРЕСА. РОЛЬ ОБЩЕСТВЕННЫХ И ЛИЧНЫХ ИНТЕРЕСОВ В РАЗВИТИИ ОБЩЕСТВА
  2. 1. соотношение интересов личности, общества и государства
  3. Гаранина О.Д.. Человек – личность – общество. Философское учение о человеке и обществе, 2003
  4. Идея гармонии интересов личности и общества - одна из центральных идей русской философии XIX в.
  5. Правовое государство, основные признаки. Соотношение государства правового и полицейского, тоталитарного - авторитарного и m.n. Гражданское общество, его свойства, структура. Личность, ее правовой статус. Общество рыночное - общество традиционное.
  6. Категория интереса в науке (лат.interest - иметь значение) является одной из базовых, характеризующих активное отношение человека к окружающему его миру.
  7. Необходимость развития личности в обществе.
  8. Подступ к неизвестному всегда вызывает не только интерес, но и определенное чувство тревоги.
  9. Ветхий” и “новый” человек как две полярности развития личности
  10. Ветхий” и “новый” человек как две полярности развития личности
  11. Ветхий” и “новый” человек как две полярности развития личности
  12. Экстремальность метапсихологически мы определили как ситуацию возможности, а именно, двоякой возможности: возможности невозможности, открывающей возможность возможности.
  13. “Новый” человек: его проявления и развитие
  14. “Новый” человек: его проявления и развитие
  15. “Новый” человек: его проявления и развитие
  16. Relic: каким оно должнобыть, чтобы последующее развитие ментальности на его основе стало возможно?
  17. “Ветхий” человек: его проявления и развитие
  18. “Ветхий” человек: его проявления и развитие
  19. “Ветхий” человек: его проявления и развитие
  20. 2.6 Производственные возможности общества и их границы. Кривая производственных возможностей общества (кривая трансформации). Альтернативные (вмененные) издержки. Закон возрастания альтернативных издержек.